# ЛИНИЯ СТАЛИНА

USER wbk

НИКОЛАЙ СКАТУЛИН

В О Е Н Н О – И Н Ж Е Н Е Р Н Ы Е

В О Й С КА

ЛИНИЯ СТАЛИНА – ЗАПАДНАЯ ГРАНИЦА

С А П Е Р Ы

М И Н Е Р Ы

П О Д Р Ы В Н И К И

Ф О Р Т И Ф И К А Т О Р Ы

П О Н Т О Н Е Р Ы

П Е Р Е П Р А В Щ И К И – Д Е С А Н Т Н И К И

М О С Т Р О С Т Р О И Т Е Л И

М А С К И Р О В Щ И К И

М Е Х А Н И К И

Э Л Е К Т Р ИКИ

Д О Р О Ж Н И К И

ШТУРМОВЫЕ БАТАЛЬОНЫ

СИРОИТЕЛИ

ЗАГРПДИТЕЛИ

ДВА ОЧЕРКА ОБ УЧАСТНИКАХ ВОЙНЫ

ВИД – ВОЕННО–ИНЖЕНЕРНАЯ ДОКТРИНА

Книга двадцать пятая

Из цикла Любовь и Ненависть

Первое издание

1

г. Минск – 2007г.

Николай Иванович Скатулин

2

Оглавление

1. Изречения

4

1. Военно-инженерные войска

5 – 48

3

2. Очерк. На войне, как на войне 49 – 63

3. Очерк. Сапер на большой войне. 64 – 84

4. Локальные войны 85 – 88

5. Никто не хочет умирать 88 – 91

6. Ветераны инженерных войск 91 – 93

7. ВИД – Военно-Инженерная 94 – 98

Доктрина

8. Боевые мысли вслух 99 – 100

Изречения

1. Мы били троянцами, была Троя. Fuimus Troes,

fuit Ilium То есть, мы тоже были на вершине славы. –

Воскликнул троянский жрец Понт, когда увидел

охваченную пожаром Трою.

4

2. Мы тоже были советскими, когда был

рукотворный Советский Союз. И были на вершите

мировой славы. Теперь по-уральски «ельцы», по-

русски – грабли, говорим мы, потеряли голову и сами

себя похоронили заживо.

3. Разрушу и построю. Destuam et aedifikabo.

Евангелие от Марка. В смысле, я разрушу этот храм

рукотворный и за три дня другой нерукотворный

построю. То есть воссоздам, и напишу истину Богов.

4. Сказал, что мог, и пусть, кто может, сделает

лучше. Feci, quod potui, faciant meliora potentes. Это

заключительные слова речей римских консулов. Что-то

в этом смысле сказал и Марк Тулий Цицерон.

5. Я сказал, и спас свою душу. Dixi et salvavi

animam meam. Библия. Пророк Изекиилль.

6. Если хочешь мира, готовься к войне. Si vis

pacem para bellum. Что-то в этом роде изрек Римский

писатель Вегетий.

5

6

Военно-инженерные войска


№1

Данное издание, небольшая книга, имеет цель

напомнить кратко читателям о создании, развитии и

совершенствовании военно-инженерного дела в армии

Российского государства, Советского Союза, и после

создания новой армии, республики Беларусь. Наш этот

труд, является обзорным исследованием военных

действий армии и военно-инженерного дела в армиях.

Итак, мы рассматриваем вопросы военно-инженерного

дела Русской армии, Красной Армии и кратко Армии

Республики Беларусь.

Мы отмечаем, что. военно-инженерные войска не

предназначены стрелять, непосредственно поражать

противника огнем. Но они создают условия для

7

активного действия войск на поле боя. Известно, что

когда-то военно-инженерное дело получало развитие в

связи и в зависимости от военного искусства армии на

пол боя. Необходимо было выполнять в бою и

операции сложные военно-инженерные мероприятия,

которые не могли выполнить все другие рода войск.

Сегодня в состав Военно-инженерных войск входят:

САПЕРЫ, МИНЕРЫ, ПОДРЫВНИКИ, ФОРТИФИКАТОРЫ,

ПОНТОНЕРЫ, МЕХАНИКИ, ПЕРЕПРАВЩИКИ –

ДЕСАНТНИКИ, МОСТРОСТРОИТЕЛИ, МАСКИРОВЩИКИ,

ЭЛЕКТРИКИ, ДОРОЖНИКИ, ШТУРМОВЫЕ ИНЖННЕРНЫЕ

БАТАЛЬОНЫ, СТРОИТЕЛИ, ЗАГРАДИТЕЛИ. И теперь

далеко не всегда дело отстоит так, как было раньше.

План искусства общевойскового боя и операции

разрабатываются в зависимости от возможностей

военно-инженерного искусства. Что могут сделать

саперы, то может сделать и армия. Без возможностей

саперов не может быть устойчивой и крепкой обороны

в сражении. Без возможностей саперов не может и речи

вестись об успешном наступлении в ходе операции. Без

возможностей саперов не могут быть войска защищены

от средств огневого, ядерного и химического

поражения.

И останавливаем читателя на главном вопросе,

который больше всего волнует нас. На фоне этого

глобального масштаба, многосотлетнего отрезка

времени, ставим вопрос и частично пытаемся ответить,

что нам делать? Что нас ждет завтра? Исходя из того

факта, что было вчера? И что есть сегодня?

Повествование не является подлинно

историческим документом, и не претендует на

всеобъемлимое описание событий, связанных с

8

созданием и развитием военно-инженерных войск, с

учетом уроков прошлого, трех армий. Книга является

кратким обзором некоторых моментов исторических

событий и героев прошлого времени, связанных с

военно-инженерным делом. История прошлого –

поучительная штука. Но скептики говорят, что история

никого, никогда и ничему не научила. Только сама

жизнь дает людям уроки познания и

совершенствования самой жизни армии и военно-

инженерного дела. В соответствии с этим, мы должны

знать, что делать, когда США, СОЕ – то есть Страны

Объединенной Европы – замышляют, строят планы,

нацеливают на нас ракеты и бомбардировщики, ведут

активную против нас разведку. Не исключено, что

Беларусь не является продуктом захвата территории

агрессора, но является проходным двором, к богатым

кладовым залежам России. Это не является тайной для

мира, и мы должны об этом во всеуслышание говорить.

К тому же, сосед наш, Речь Посполитая, не очень

надежный друг, засылает к нам шпионов,

дестабирующие элементы, как чужие, так и

«доморощенные». Возникает вопрос, почему мы

должны стесняться, об этом писать, и не разоблачать

коварные замыслы недругов?

Поэтому, заметим сразу же, мы намерены

выдвигать свои постановочные вопросы военной

угрозы, военного дела, военной мысли, тактики,

оперативного и стратегического искусства, военно-

политической обстановки на сегодняшний день,

которые отличаются от обще принятых догм, и которые

9

могут быть найти отражение в книге без основания, в

качестве гипотез. Предвидение стоит очень дорого.

Так же, мы намерены ставить вопросы, на

которые должны отвечать сами читатели. Без

постановочных вопросов правильных или спорных,

хвалебных или обвинительных, или трудно

понимаемых, без новизны вопросов, книга будет не

интересная, не поучительная и это будет никому не

нужная, как книжная белиберда, в угоду чьих-то

фамильных фанфар. И, если чьи-то фамилии попадутся

на острие наших похвал или обсуждений, это мы

считаем нормальным явлением. Мы будем судить, и

сами будем судимы.

Не вдаваясь во многие подробности, начнем

повествование сначала зарождения военно-

инженерного дела в Русской армии. В древние времена

не будем углубляться. Только отметим, как известно,

что военно-инженерное дело в армиях зародилось с

развитием инженерной мысли, как инженерного

искусства в далекие времена, как средство борьбы

воюющих сторон. Скажем, необходимо было

защищаться от врага, для этого возводились земляные

валы, деревянные тыны, частоколы, строились

каменные и кирпичные стены и крепости. А при осаде

крепостей потребовались обычные лестницы,

метательные орудия или подкопы под сооружения. Так

же, со временем, потребовались фортификационные

укрепления для защиты границ и войск в полевых

лагерях. Все это и другое, обусловленное вооружением

и тактикой армий, привело в развитию военно-

инженерного дела, созданию войск специального

назначения, минерных рот, понтонных команд,

10

саперных рот, батальонов, и даже инженерных полков,

бригад и армий в составе Вооруженных Сил Русской

Армии и Красной Армии. И сейчас защитой от

поражения ракет, бомб, является матушка земля,

фортификационные сооружения.

В основе зарождения военно-инженерного дела в

России, послужил Указ Петра 1, о создании школы

Пушкарского приказа от 10 января 1701 года. А

штатная организация инженерных подразделений,

была введена Петром 1 Указом от 8 февраля 1712 года.

В составе артиллерийского полка включалась минерная

рота, численностью 175 человек, инженерная команда

35 человек и понтонная команда 36 человек. Надо

заметить, что в то время и сама артиллерия была родом

инженерного искусства. И сейчас артиллерия является

огнестрельным военным искусством, с доставкой

разрушительной силы к цели.

№2

С давних времен, и особенно с царствования

Ивана Грозного и Петра 1, Россия вела непрерывные

войны, защищаясь от нападавших врагов. Строились

укрепленные районы, засеки. От нападения татар была

возведена оборонительная линия между Царицином и

рекой Доном. От нападения шведов строилась

оборонительная линия по границам городов Псков,

Смоленск, Брянск. И в наше недалекое время, как

свидетельство, на западной границе была создана

«Линия Сталина». На сотни километров, были

возведены инженерными войсками, долговременные

огневые точки, знаменитые ДОТы. Была укреплена и

переоборудована знаменитая Брестская крепость.

11

Мы хотели бы упомянуть фамилии полководцев,

которые сыграли выдающую роль в создании военно-

инженерного дела: Петра 1, Суворова, Шувалова,

Кутузова, Сталина. Показательно, что царь Павел 1, во

время его чествования, приказал, первый тост

поднимать в его честь, а второй – за Александра

Васильевича Суворова. Вот такая была представлена

высокая честь таланту А.В. Суворову. А также следует

на наш взгляд перечислить фамилии, заслуженную

плеяду мастеров военно-инженерного дала, с времен

инженеров Корчмина, Ганнибала, Сухтелена, Князева,

Оппермана, Ласковского, Теляковского, Тотлебена,

Карбышева.

Саперы гордятся, что в инженерном училище

получили образование такие великие исторические

люди, как Кутузов, писатели Достоевский, Григорович,

академик живописи Трутовский, физиолог Сеченов.

Мы гордимся воспитанниками инженерного училища

адмиралом Нахимовым и контр-адмиралом

Истоминым.

А в инженерной академии и инженерном

училище, в свое время, лекции читали Менделеев,

Болдырев, Квист, Войницкий, Глушинский, Карлович,

Паукер, Петров, Леер, Плюцинский, Величко, Кюи,

Шиллинг, Шиллер, Якоби и другие мастера

инженерной мысли.

№3

Большой вклад в победу русский войск был

положен военно-инженерными войсками в Полтавском

сражении, при штурме Измаила, в Бородинском

сражении, при обороне Севастополя, при обороне

12

Порт-Артура. И конечно, достойный вклад был внесен

инженерами при защите и обороне крепости Осовец, а

позднее героями Брестской крепости, Одессы, снова

Севастополя, Ленинграда, Сталинграда, и героями

обороны Курской баталии.

С развитием военного искусства, инженерные

войска непрерывно совершенствовались, роль их на

поле боя возрастала. Достаточно упомянуть, что к

концу войны с Японией, к 1905 году, на Дальнем

Востоке в инженерных войсках насчитывалось уже:

– саперных батальонов – 20,

– понтонных батальонов – 4,

– воздухоплавательных батальонов – 3,

– телеграфных батальонов – 2,

– крепостных саперных рот – 4,

– минных рот – 5,

– крепостных телеграфов – 1,

– электротехническая команда – 1,

– конно-саперные команды – 2.

Интересно сравнить это количество инженерных

войск со штатами артиллерийского полка, которое ввел

указам Петр 1. И, подумав, можно оценить глубину

времени, как военная мысль изменяла, приоритеты в

армии, как рос потенциал силы и могущества армии, и

как это сказалось, и отразилось на будущих полях

сражений и битв армий. Все ли было сделано

правильно и так ли было сделано, чтобы потом можно

было уверенно сокрушить врага? Прошлое и настоящее

всегда занимает умы людей, чтобы опередить время

будущих событий, чтобы выиграть время и победить

противника. Фантасты утверждают, творите и вы

победите!

13

№4

В ходе первой мировой войны военно-

инженерное дело поднялось на новую ступень, в

соответствии с размахом военных действий и

выполнения боевых задач войсками. К началу войны,

скажем, к 1910 году, военно-инженерные войска

русской армии, состояли из саперных и понтонных

батальонов и рот, инженерных парков, из

воздухоплавательных и авиационных частей,

автомобильных и телеграфных рот, и

железнодорожных частей. Полевые военно-

инженерные войска к началу первой мировой войны,

выросли значительно за пять лет, и состояли из:

– саперных батальонов –39,

– отдельных саперных рот – 1,

– понтонных батальонов – 9,

– отдельных понтонных рот – 1

– искровых рот – 7,

– полевых инженерных парков – 39,

– осадных парков – 4,

– корпусных авиаотрядов – 30,

– авиарот – 6,

– планировалось саперных батальонов – 40.

Кроме того, в крепостных инженерных войсках

были саперные и минные роты, искровые и военно-

голубиные станции, подразделения телеграфов,

воздушно-плавательные подразделения и авиаотряды.

В запасных частях имелись 5 саперных и понтонных

батальонов и телеграфный батальон.

И это не случайно. Это отличный показатель

необходимости саперов на войне. Хвала и слава

14

рулевому! Хотя этого было недостаточно, как считают

многие обозреватели инженерного дела, все-таки это

была большая инженерная сила армии, но очень

громоздкая, в силу выполнения многих специальных

работ и направлений. В дальнейшем из инженерных

войск выделились части и подразделения в свои

отдельные рода войск, в силу их специфического,

самостоятельного выполнения боевых задача, по

обеспечению боевых действий армии. Таким образом,

наши военно-инженерные войска, являются

родоначальными войсками многих родов войск, как

железнодорожные, авиационные, автомобильные, как

войска связи. Как не похвалить руководство армии, что

военная мысль работала продуктивно и целесообразно.

Но следует заметить, что на сегодня, и у самих

военных инженеров, очень много специальных

подразделений для выполнения боевых задач,

перечитайте, как отмечено на обложке книги. При этом,

это еще не весь перечень, выполняемых задач

инженерными войсками.

№5

Пятилетняя первая мировая война, с 1914 по 1918

год, как всякая будущая война, была противоречивая,

непрогнозируемая, неожидаемая для специалистов

военной мысли, по своему характеру и действию.

Сначала война носила Маневренный характер, в 1914

и 1915 году, а затем приобрела свойство Позиционной

войны, с 1916 года по 1918 год. В первом периоде,

армии всех воюющих стран, не умели вести активно

оборону, не отрабатывали войска в мирное время

оборону, как равный тактический и оперативный прием

15

в противовес маневренному наступлению. Во многих

войнах полководцы пытались добыть победу на «Ура!».

Вспомним, к примеру, как Черчилль в Дарданеллах на

«Ура!» погубил пятидесятитысячную английскую

армию в открытом бою при десантировании войск на

берег. Как Россия потеряла армию в знаменитом

«Брусиловском прорыве». Как Красная Армия в

финской войне «заморозила» триста тысячную армию.

И как опять же на «Ура1» Красная Армия поставила

под разгром многомиллионную армию в начале

Великой Отечественной войны. Основные склады,

продовольствие, боеприпасы и самолеты были

подставлены под удар германцев у Западной границы.

К примеру, на западной Украине из 64

бомбардировщиков на аэродроме за первое утро войны,

уцелело только 16 самолетов. Надо было бомбить

нефтеносные районы Румынии, а с аэродрома смогли

подняться только 10 самолетов.

И поэтому часто, противоборствующие стороны,

не достигали успеха, несли поражение в бою. Поэтому,

на втором этапе Первой мировой войны, исчерпав

людские и материальные возможности, армии перешли

к позиционной войне, то есть, в оборонительной войне.

Стали зарываться войска в землю. А для этого было

много поводов, обусловленных различными

причинами, которые не входят в рассмотрение наших

вопросов.

В Маневренный период, первой мировой войны,

при наступлении саперы использовались для

устройства мостов и переправ через небольшие реки, а

через крупные привлекались понтонные батальоны.

16

При отступлении саперы устанавливали фугасы,

минировали дороги и мосты, а так же разрушали их.

Что интересно отметить, так это то, что в период

Позиционной войны создавались, или были попытки

создать, две укрепленные фортификационные полосы

на расстоянии 6-8 километров одна от другой. А через

15-30 километров рекомендовалось построить еще две

полосы, чтобы была глубокоэшелонированная оборона.

При этом, каждая укрепленная полоса состояла из трех

линий окопов. Первая линия окопов занималась

солдатами передовых рот, вторая – батальонных

резервов, третья линия окопов предназначалась для

полковых резервов. Все отдельные окопы соединялись

сплошными траншеями. Кроме того, впереди первых

окопов устраивались секреты в окопах на расстоянии

до пятидесяти метров. Расстояние между первой и

второй траншеей было 200-300 метров. А между

второй и третьей траншеей 500-1000 метров. При этом,

все траншеи имели ходы сообщения между собой. Эти

грандиозные фортификационные сооружения

достигали длины до 80 километров. Знаменательно,

что траншеи отрывались по пояс и в полный рост,

перекрывались и возводились блиндажи и укрытия.

Все работы производились войсками под

непосредственным участием и руководством саперов.

Саперы определяли, где и как надо возводить окопы.

Такую оборону трудно было пробить ударными силами

войск противника, но было, все-таки, вполне возможно.

Об этом свидетельствует «Брусиловский прорыв» Юго-

западного фронта. Но эта Позиционная война не была

взята на вооружение Красной Армией.

17

№6

Мы не случайно отвели небольшую страничку

идее окопов первой мировой войны. Из прошлого мы

смотрим в даль на будущее. Но, забегая вперед,

повторяя, заметим, что необходимое значение

обороны, Позиционной войны, не было принято на

вооружение военной мысли в Красной Армии перед

Второй мировой войной. В основном учитывалась,

теоретически и практически на учениях, Маневренная

война Гражданской войны в России с 1917 года по 1922

год, больших масс кавалерии, а также бои с японцами в

Монголии, танковые атаки. Поэтому, одна Брестская

крепость и линия Сталина, так называемые укреп

районы, УРы, оказавшаяся в тылу Красной Армии не

защищенными крупной группировкой войск, и войска,

находящиеся не защищенными, на голом поле боя, без

фортификационной защиты, без жесткой обороны,

окопных полос и опорных пунктов, без минно-

взрывных заграждений, проволочных заграждений, не

могли остановить нашествие танковых орд фашистов.

Еще следует заметить и добавить, что в дивизиях,

корпусах и армиях, на всей Западной границе, перед

вторжением фашистов, не было в наличии саперных

батальонов, они были заняты на посторонних работах.

А это значит, что войска были лишены маневров при

наступлении, закрепления позиционной обороны, и

планового отхода и отвода войск из под ударов

противника. Без саперов воевать войскам всегда

немыслимо трудно, а чаще и невозможно. Вот это еще

незапланированный урок.

18

И все это большой минус военного мышления

Генерального штаба, Наркомата Обороны, и, в

частности, Шапошникова, Ворошилова, Буденного,

Тимошенко, Жукова, и самого Сталина. Известно, что

политика управляет войнами. Но она не должна

управлять армиями и войсками на поле боя. Полем боя

руководит тактика, операция и стратегия плановой и

управленческой целесообразности. Но мы понимаем,

что теперь, спустя 60 лет, нам легко рассуждать, и

поэтому мы никого не обвиняем, а только

рассматриваем очередной постановочный вопрос

обзорно.

№7

Мы сейчас рассмотрим гипотетическую версию,

что если инженерные войска и Красная Армия,

правильно бы использовались, на полную силу

инженерного обеспечения, то можно было бы избежать

разгрома кадровой Красной Армии в начале войны

фашистами. Случилось так, что на границе правильно

была построена линия Обороны Сталина. Это говорило

о том, что Советский Союз не собирается ни на кого

нападать, а только обеспечивает свою безопасность.

Четыре европейские страны, Франция, Германия,

Финляндия, и Советский Союз, прикрывались

оборонительными линиями. Но опять, случилось так,

что граница Советского Союза, отодвинулась на запад.

Почему? Этот вопрос не нашей компетенции, и линия

Сталина оказалась в глубоком тылу Красной Армии.

Эти условия для творческой военной мысли

Генерального штаба стали весьма благоприятными. Что

делать и как делать? Поскольку угроза нападения со

19

стороны Германии стала явной. Поэтому, к западной

границе, Генеральным штабом, и руководством

военного Наркомата, в течение года, было выдвинуто

огромное количество войск, возможно до 5 миллионов

человек. Понятно, что эти войска надо было пускать в

дело. Они не имели квартир, военных городков,

военных баз, полигонов. Войска были посажены на

голое поле, в предвидении не Позиционной войны, а

Маневренной стратегии. Вопрос для нас остается

открытым. Правильно ли это было сделано? Думается,

вот тут-то и кроется смелая ошибка Генерального

штаба и Наркомата Обороны. Мы не критикуем, мы

рассматриваем этот вопрос. Надо было основную часть

войск посадить на линии Сталина, с передовой зоной в

пятьдесят километров, с эшелонированием в глубину

на сто и двести километров. Устроить позиционные

полосы, с тремя, четырьмя траншеями и с огневыми

точками и блиндажами, с артиллерией и танками на

прямой наводке и в засаде. Кроме этого инженерного

обеспечения, Генеральный штаб должен был

предусмотреть, группировки войск на опасных флангах

и во втором эшелоне. Эти группировки явились бы

средством нанесения ударов во фланги, вклинившегося

противника в линию обороны. И в предвидении, в

случае разгрома врага на линии обороны, или

истощения его сил, могли быть использованы для

контрудара, окружения его основных сил в его

стратегической глубине перед линией обороны

Сталина. Сделай Генеральный штаб все это, то была

бы другая война, и не исключено, что Красная Армия

была бы намного раньше в Варшаве и в Берлине. Но

этого не случилось. А был предметный урок. Ведь

20

финны, на линии Маннергейма, преподнесли жестокий

урок Генеральному штабу и Наркомату Обороны, как

надо оборонять линию Сталина. Опять уроки ничему

не научили. Это бесшабашность русской души или

зазнайство руководства, шапками закидаем?

И если бы фашисты знали об этих планах, этой

Оборонной мощи, может, и не рискнули бы нападать.

Оттянулось бы время, Гитлер немолод, и новый поход

на Москву, может быть, и не состоялся. Для справки: в

нашей книге «Борьба умов» отмечено, что в 1941 году

Сталину было 62 года, Черчиллю – 67, Гитлеру – 61,

Рузвельту – 59. Но миром и умами «великих» правила

не


мудрость,


а


лиходейство,

человеконенавистничество. Итак, если бы фашисты

напали на непреодолимую, сильную линию Сталина,

то, наверняка, сломали бы себе танковую шею на

инженерных заграждениях, как на Курской линии

инженерных заграждений. Вывод напрашивается

однозначный, что Генеральный штаб, Наркоман

Обороны, неправильно оценивали стратегическую

военно-политическую обстановку с военно-

инженерной точки зрения, а так же возможностей и

последствий начала войны. До сих пор нам не

попадались на глаза, вот такие разумные планы

Генерального штаба на Начальный перед войны. В этом

случае, линия Сталина, и ее позиционное обеспечение,

являлись бы инженерным обеспечением страны.

Поэтому, линия Сталина, с философской точки зрения,

с ее Позиционным военно-инженерным обеспечением,

как потенциальная функция, есть стратегический

аргумент Победы. Тут не доработали и инженеры.

Правда, они не имели большого голоса и веса, тем

21

более оперативного или стратегического при большой

политической игре. Инженеров наверху меняли, как

дамские перчатки. Предварительно назовем фамилии.

Перед Великой Отечественной войной

инженерной делами занималось Главное военно-

инженерное Управление Красной Армии.

Начальниками управления были Михайлов,

Петровский, Хренов, а с марта 1941 года Котляр.

Главную военно-инженерную инспекцию возглавлял

М.П. Воробьев. Маршал Воробьев во время войны, и

после войны при Сталине, занимал должность

Начальником инженерных войск Советской Армии,

был «сослан» Сталиным начинжем в Киев. О

взаимоотношения Воробьева и Сталина есть

упоминание в моей книге «Борьба умов». А общим

руководством, всеми делами инженеров, занимался

заместитель Наркома Обороны, маршал Б.М.

Шапошников. Карты-то были в руках у Шапошникова,

а он имел влияние на самого Сталина. Только один

Шапошников называл Сталина по имени и отчеству.

Видимо механизм понимания между инженерами, в

частности с Котляром, Шапошниковым и Сталиным не

сработал. И это очень дорого стоило Красной Армии.

№8

Подобного плана активной обороны страны на

линии Сталина в теоретических предпосылках мы не

встретили после войны. И ни один стратег об этом не

22

оговорился. У Жукова и Штеменко, в воспоминаниях

мемуарного порядка, написано много всякой ерунды.

Масса цифр воинских частей, которые двигаются на

шахматной доске, непонятно зачем и куда и почему?

Но нет главного, полностью отсутствуют Доктрины

планов и их осуществление: тактики, операции и

стратегии боев, битв и войны, как картины великих

художников. Возможно, мы военные обозреватели, не

всегда способны понять гениев. Говорят, что Бог одним

в головы всыпал бриллиантовые звезды, а другим на

место ума кидал горстями грязь. Но помним, как сказал

Командующий русской армии Алексеев на понятном

языке:

– С Богом! В атаку! Вперед!

И у него тогда не хватило ума, разведку огневых

точек противника, перед передним краем, проводить

боем, батальоном солдат, как это делал гений Жуков.

Стоимость солдатский голов на каждой войне разная,

это зависит от головы полководца, когда чужой крови

не жалко. Однако продолжим, какие планы имели

войска на Западной границе. Нам попадались

непонятные планы, которые находились в

мобилизационных пакетах соединений на Западной

границе, в которых требовалось, в случае начала

войны, нанести контрудары в таком-то направлении.

Это были планы, чистой воды утопические, пещерные.

Разве можно определить заранее место нанесения

контрударов каждой воинской части при

несуществующей еще войне, и при незанятых

позициях войсками Красной Армии для отражения атак

противника? По несуществующему наступлению

противника? Да, танкоопасные направления есть, и

23

могут быть обнаружены направления главных ударов.

Но без управления, без связи, без согласованности, без

руководства, без прикрытия с флангов, без вторых

эшелонов, без пополнения и снабжения, без

наращивания контрударов, как можно воевать

вслепую? И, наконец, без инженерного обеспечения?

Без саперов? Эта смелость контрударов доходит до

абсурда. При этом, немцы наверняка знали об этих с

ног сшибательных ударах. И они не подставляли себя

под них. Если бы был предусмотрен план инженерного

обеспечения, и он бы претворялся в жизнь, тогда бы

можно было бы рассматривать вопрос разумного

начала военных действий Генерального штаба и

Наркомата Обороны в начальный период Великой

Отечественной войны.

Опыт ведения Позиционной войны был

использован во время Курской битвы, при

непосредственном руководстве маршала Воробьева и

Сталина. Тут есть, что обсуждать. Это отличный

показатель, хвала и слава рулевому! Этот опыт был

учтен, и блестяще использован военной мыслью

полководцев Красной Армии, в ходе войны, при защите

Ленинграда, Сталинграда, Одессы, Севастополя. Но не

можем принять только оборону не на Невском пятачке,

бессмысленное кровавое побоище Жукова. И благодаря

успехам деятельности военно-инженерных войск, не в

последнюю очередь, Великая Отечественная война,

периодически много раз носила Маневренный характер

и Позиционное свойство. Красная Армия

останавливала врага на занятой позиции, а с помощью

военно-инженерных войск, полевых укреплений и

минно-взрывных заграждений, накапливала силы,

24

саперы разрушали заграждения противника,

оборудовали переправы через реки, пропускали войска

на оперативный простор и обеспечивали победу наших

войск. Поэтому не случайно Сталин изрек:

– Саперы – труженики войны! – Это наша

гордость и слава! Слава и самому рулевому!

№9

Продолжим рассмотрение значения военно-

инженерных войск в первой мировой войне.

Инженерные войска значительно усиливали в

Позиционной войне полосы окопов и траншей,

оборудованием проволочных, колючих сетей. Впервые

инженеры применили электрические заграждения.

Саперы устанавливали минные поля и взрывные

фугасы. Всем известны шрапнельные мины штабс-

капитана Карасева, а также противотанковые мины

Равенского, Драгомирова, Саляева.

Большой вклад в развитие военно-инженерного

дела в Русской армии снес начальник инженеров Юго-

западного фронта К. И. Величко в 1916 году. По его

инициативе и под его руководством, были созданы

замаскированные плацдармы и военные объекты,

обеспечивающие внезапность наступления. В 1916

году, при подготовке и осуществлении прорыва Юго-

западным фронтом, подполковник Карбышев являлся

производителем работ управления начальника

инженеров 8 армии, под непосредственным

руководством Величко.

В это же время получила большое значение

инженерная разведка, проделывание проходов в

заграждениях противника, прокладывание дорог,

25

колонных путей для войск в ходе наступления. Для

выполнения всех видов работ и задач, обучались

специальные команды, а войскам придавались

саперные роты и батальоны, и специальные военно-

дорожные отряды. В годы ВОВ такой отряд получил

наименование ООД – отряд обеспечения движения.

Были случаи, когда обучались войска инженерами,

способам закрепления захваченных позиций и

техническим приемам борьбы с противником. Военно-

инженерная мысль все время нарастала. Наряду с

ручным способом проделывания проходов в минно-

взрывных и проволочных заграждениях противника,

были случаи применения удлиненных зарядов.

Достаточно заметить творчество унтер-офицера

Семенова, тележку рядового Савельева, подвижную

мину Сидельникова, ползучие мины Канушина и

Дорошина, мину «Крокодил» полковника Толкушина.

А мина Семенова дожила до второй мировой войны. Ее

использовали англичане в удлиненном заряде «змея». В

это время широкое распространение получили разные

виды проволочных заграждений, такие, как заборы в

несколько рядов, рогатки, ежи.

В это время, по инициативе Начальника

инженеров фронта Величко, в штаты полков, дивизий,

корпусов и армий, вводятся штатные должности

войсковых инженеров. Это упорядочило руководство

военно-инженерной службой в армии в целом и лучше

обеспечило подготовку и ход боевых действий частей.

Производится увеличение инженерных войск, и

реорганизация инженерных подразделений, рот,

батальонов и полков. Итак, в штаты пехотных полков

вводится саперная команда из 120 человек, в состав

26

кавалерийского корпуса вводится саперная рота. И

сделано было много и других нововведений, что

улучшило боевое обеспечение войсковых частей и

соединений.

В ходе войны был накоплен богатый боевой опят.

И на основе этого были переработаны наставления и

руководства для инженерных войск и всех родов войск.

Так были написаны следующие издания:

1. Наставление по войсковому инженерному делу

для офицеров всех родов войск, изд. 1916 г.

2. Указания по укреплению позиции, изд. 1916г.

3. Наставление для борьбы за укрепление

позиции, изд.1916г.

4.Наставление по подрывным работам, изд. 1916.

5. Наставление по мостам и переправам.

№10

После окончания первой мировой войны и

революции 1917 года молодая Красная Армия

совершенствовалась и была доведена до 5 миллионов

человек. А в ее составе развивались и

совершенствовались военно-инженерные войска.

Отметим, что в Центральном военно-техническом

управлении была образована коллегия по обороне

страны, которую возглавлял Величко, а старшим

инженером у него был Карбышев. В это время в стране

и армии были огромные трудности во многих сферах

жизнедеятельности. Сегодня, мы даже не можем

представить, что, например, запасы железа в стране на

февраль 1919 года, составляли около 700 тонн, еще на

фронтах имелось 115 тонн железа. Как мы видим, что

железо было на вес золота. Об этом факте лично

27

Ленину докладывал главнокомандующий всеми

вооруженными силами Республики И.И. Вацетис.

Поэтому, только в виде исключения, железобетонные

работы велись в крепости Кронштадт, при

оборудовании оснований под тяжелые орудия. Но

страна жила, воевала, строила индустрию, и

инженерные войска строили оборону, саперы

возводили фортификационные укрепления их

лесоматериала и земли. По всей Западной границе

строились УРы. К слову о железе. Для сравнения, как

высоко вырос потенциал СССР. В последний год

Великой Отечественной войны в Советском Союзе

было произведено 30 тысяч танков, 40 тысяч

самолетов, более ста тысяч артиллерийских систем,

миллионы автоматов.

№11

После неполного и краткого обзора развития и

совершенствования военно-инженерного дела в

Русской армии следует отметить, что за годы первой

мировой войны, сильно подверглись изменению

инженерные войска. Многие специальности

выделились в свои новые рода войск, как авиация,

моторизированные части. Изменились и возросли

задачи, выполняемые инженерами при обучении войск

и в ходе боевых действий в обороне и наступлении.

Стало окончательно ясно, что без инженерного

обеспечения войска армии, не могут успешно

наступать и обороняться, а так же планомерно

отходить.

Особенно сильно возросло значение, влияющее

на ход боевых действий, минно-взрывных,

28

электротехнических заграждений и преодоления их.

Возросла роль дорожного дела и прокладки колонных

путей для пропуска войск по бездорожью. Без

специальных подразделений по постройке мостов на

жестких опорах, без понтонных мостов, и

переправочных средств, не мыслимо производить

какие-либо боевые операции. Роль полевой

фортификации поднялась на новую ступень, как в

обороне, так и при подготовке к наступлению. Боевой

опыт так же показал исключительную роль и значение

инженерной разведки, и всеобщей и инженерной

маскировки. Порой маскировка, скрытность, решает

успех окончательного боя. Маскировка в период ВОВ

стала видом боевого обеспечения. И было совершенно

секретное наставление по маскировке, в котором

указывалось, что войска должны проводить

тактическую, оперативную и стратегическую

маскировку с указанными элементами. А

стратегическая маскировка являлась военным

искусством высокого класса. Она и по сей день,

стратегическая маскировка, является доминантой

военного искусства.

Понятно, что значение крепостей осталось в

прошлом, но на передний край выдвинулись

укрепленные районы и опорные пункты. И теперь ясно,

что одними боевыми действиями маневренного

наступления, и нанесения огневого удара, с земли и с

воздуха, не решить главную задачу разгрома врага.

Успех достигается усилиями всех родов и видов армии.

Сейчас для нас важно рассмотреть обзорно вопрос, на

фоне развития и совершенствования военно-

инженерных войск, был ли хорошо учтен урок первой

29

мировой войны в последующей войне, с 1941 по 1945

год. Не будем оспаривать скептиков, что история

никого, никогда и ничему не может научить. Нам, все-

таки, кажется, что на основе прошлого опыта и

творческой военной мысли, можно заглянуть в будущее

время, и сделать полезные выводы для себя, для

практических действий и руководства при критической

ситуации.

№11

Мы подробно не будем останавливаться на

развитии и совершенствовании инженерных войск в

период между первой и второй мировой войной в

Красной Армии Советского Союза. Остановимся опять

лишь обзорно, используя некоторые исторические

факты. За эти «мирные» годы, двух напряженных

десятилетий, скажем с 1921 по 1941 год, мирового

многоборства, по переделу мира и сфер влияния,

развития армий, их технического оснащения,

инженерные войска Красной Армии стали совершенно

другими. На фоне развития промышленности,

достижения военной мысли, борьбы мнений, опыта,

вооружения, тактики и оперативного искусства, они

приобрели новый вид и неузнаваемое очертание.

Константин Иванович Величко /1856-1927/ –

генерал старой русской армии, профессор Военно-

инженерной академии в дореволюционные годы, а

после войны автор многих исследований по вопросам

инженерного обеспечения боевых войск, в лекциях ВИ

академии РККА, и в Академии Генерального штаба

РККА, обобщил боевой опят военно-инженерного дала

в русско-японской и первой мировой войне, что и

30

послужило толчком к укреплению границ, увеличению

и переоснащению инженерных войск и их

тактического и оперативного применения на поле боя.

В разработках применения инженерных войск в бою,

активное участи принимали Голенкин, Невский,

Тухачевский, Шелавин, Пригоровский, Карбышев. Они

развивали, обогащали, выдвинутые положения

Невским «Боевого применения инженерных войск».

Следует отметить, что большой вклад в развитие и

разработку искусства военно-инженерного дела внес

Дмитрий Михайлович Карбышев /1880-1945/,

профессор, доктор военных наук. Он попал в плен к

фашистом и был варварки заморожен ледяной водой на

снегу.

№12

В указанный период, перед Великой

Отечественной войной, инженерные войска

развивались, как составная часть Красной Армии на

каждом этапе, в соответствии с международной

обстановкой, материальными и техническими

возможностями страны. В Постановлении ЦК ВКП/б/

от 15 февраля 1939года говорилось: «Основным итогом

истекшего пятилетия /1924-1929/, планового

строительства Вооруженных сил, является создание

крепкой, боеспособной армии, в политическом

отношении вполне надежной, в техническом

отношении стоящей на уровне развития базы

Советского государства» Такая база была создана за

годы пятилеток к 1938 году. В результате этого, бурного

развития военной техники, внедрения ее в войска,

возросла огневая и ударная мощь, а изменение в

31

структуре армии всех родов войск, развития военной

мысли, повысилась боевая и мобилизационная

готовность Вооруженных сил Красной армии и Флота.

Инженерные войска численно сократились. На 1

сентября 1923 года в составе инженерных войск

насчитывалось 25705 красноармейцев и командиров. А

на 1 октября 1925 года 11416 человек. До самого дня

войны шла гигантская перестройка, как в структурном

отношении, так и в обеспечении боевой техникой. Был

создан


Научно-исследовательский


институт

инженерной техники – НИИИТ. Были созданы новые

подрывные средства и средства взрывания,

переправочные средства, проволочные заграждения,

полевые фортификационные и электрические средства.

Появились маскировочные средства, как костюмы и

сетки. Были созданы средние учебные заведения

командиров и техников инженерных войск.

На вооружение поступил комплект средств

инженерной разведки и преодоления инженерной

разведки, был создан миноискатель ИЗ. Появились

образцы тралов на танках: ножевой, бойковый,

катковый. Были сконструированные надувные лодки, а

на их основе и мост, плавательные костюмы, мешки,

трудно затопляемые плоты. Был разработан тяжелый

понтонный парк под грузоподъемность от 16 до 60

тонн, специальный понтонный парк для широких рек с

большой скоростью течения.

Уже были внедрены в войска металлические

мосты. Вспомните, что железо было на вес золота,

всего в стране было 700 тонн и 135 тонн в армии. Для

мостовых работ был разработан сваебойный копер.

Поступили в войск азито-тетриловые капсюля-

32

детонаторы №8 ТАТ, детонирующие шнуры,

подрывные машинки. Были разработаны мины в

деревянных и металлических корпусах, Мина ТМ-35,

ТМ-39, ПМЗ-40, ТМД-40, взрыватель МУВ,

противопехотная мина металлическая ПММ-6.

Что касается в области земляных работ, то были

достигнуты большие успехи. В войска поступали

трактора, грейдеры, бульдозеры, скреперы,

канавокопатели. Были разработаны лесопильные

средства. Поступили на вооружение электростанции,

как заградительные, так и осветительные.

На будущих театрах военных действий, в

западных округах и на флотах началось широкое

строительство УРов – укрепленных районов, сети

дорог, аэродромов, морских баз. И все это под

руководством и разработкой военных инженеров.

Мы не можем пройти мимо такого факта, что

наряду с оснащением военно-инженерных войск, в

Красную Армию, непосредственно в войска, потупило

много видов вооружения, различных видов танков,

самолетов, артиллерии, стрелкового оружия,

пулеметов, автоматов, винтовок. А Военно-морской

флот получил много видов различных надводных

кораблей и подводных лодок. И это не случайно.

№13

Мы политикой не занимаемся, но нам не

возможно не упомянуть факт репрессий командного

состава Красной Армии. Почему и зачем это было

надо? С одной стороны укрепляется Красная Армия, а

с другой, черной стороны, уничтожается интеллект

армии, командный состав. Неужели по принципу, бей

33

своих, чтобы чужие боялись? Но это головотяпство

пещерных людей. Неужели кому-то нужно доказывать,

что Армия – это, прежде всего, люди своего народа,

солдаты и командиры, вооруженные до зубов, а не

оружие командиров и начальников.

Нас сегодня заинтересовала фраза, которую мы

вырываем из текста Постановления Пленума ЦК

ВКП/б/ от 15 февраля 1939 года «...создание крепкой,

боеспособной армии, в политическом отношении

вполне надежной,...». Нас сегодня трудно представить,

может ли быть армия не вполне надежной в

политическом отношении? Получается, что партия не

доверяла армии, а значит и народу? Правильно или нет,

нам это сейчас трудно понять. Но из надежности и

безнадежности торчат все уши репрессий командного

состава Красной Армии, особенно 1937 года. По сути

дела, армия была обезглавлена перед лицом врага,

перед явной угрозой нашествия, белее слабой державы,

в потенциальном отношении людских и материальных

ресурсов. Вот вам урок. Командиры Красной Армии

были репрессированы по фальсификационным

доносам, сфабрикованными специальными службами

иностранных разведок: немецкой, ческой, польской,

английской. Германцы готовили войну, с походом на

Восток, в сказочную Россию, с времен Римской

империи.

А известно, с времен Наполеона, что дорога с

Запада на Восток, как из Варяг в Греки, из

Скандинавии в Средиземное море, проходила по

речным путям. Так и из Берлина на Москву, известно,

дорога однозначно проходит через Белоруссию по

старой Смоленской дороге через Борисов, или по

34

старому Екатерининскому тракту через Бобруйск. По

другим направлениям пройти почти невозможно.

Поэтому, правильно было определено Генеральным

штабом Наркомата Обороны, прикрытие Западных

границ оборонительной линией Сталина. Из всех

укрепрайонов от Балтийского моря до Черного,

основными были Полоцкий, Минский, Слуцкий и

Мозырьский. А главным был Минский укрепрайон.

Вот на этом рубеже и должны стоять основные

Красной Армии. Минский укрепрайон имел

протяженность 140 милометров, от Плещениц до

Дзержинска, и имел 327 долговременных огневых

точек, то есть ДОТов, железобетонных сооружений,

типа, что на линии Маннергейма. Но заранее скажем,

что войск на этом рубеже не было, и об этом хорошо

знал Генеральный штаб Вермахта Германии. Поэтому,

немцы на 7-й день заняли город Минск, имея всего 70

тысяч убитыми. А ведь линия Сталина могла быть, и

должна была быть, непреодолимой преградой для

бронированных полчищ агрессора.

Бывшие, гитлеровские германцы, готовили

интенсивно войну 10 лет. Они воспользовались

недоверчивостью и подозрительностью Сталина, и

подсовывали фальшивки, с целью ослабления

государства и Красной Армии.

С другой стороны нам доподлинно известно, что

в Красной Армии насаждалась железная дисциплина в

прямом и переносном смысле. За малейшую

провинность по службе, красноармейцев и командиров

карали беспощадно. Наркомом Обороны был

Ворошилов, личный друг Сталина, по партийной

35

конференции в Финляндии. А после поражения России

в войне с финнами, Наркомом стал Тимошенко.

– Мы не можем, товарищ Ворошилов, – сказал,

будто бы Сталин, – вас держать военным Наркомом,

после неудач в Финляндии. Нас не поймут...?

Тимошенко еще больше закрутил гайки

дисциплины в армии. Но всем известно, что страх

порождает рабство души, а не формирует высокое

сознание ума человека. Это философское изречение

автора, как психолога.

Возникает вопрос: не явилось ли слабостью

Красной Армии, репрессии командного состава и

железная дисциплина, доведшая до рабства

красноармейцев? Нам ответить на этот вопрос

исчерпывающе трудно. Мы, сегодня, 60 лет спустя,

находимся в другом в военно-политическом измерении

жизни. Нам сегодня все можно говорить, что тогда

было говорить ничего нельзя. Мы только можем

уповать, что этот урок, может да и пойдет в прок. Для

этого и пишем обзор. Однако смеем утверждать, что

Красная Армия была боеспособна, но не боеготовна на

22 июня 1941 года. Эти два слова отражают два

состояния армии и не являются синонимами.

№14

Из подготовки и оснащения армии, можно

сделать однозначный вывод, что великая страна,

готовится к железной схватке на войне, или, что она

занимается мирным созидательным трудом. Об этом

знает вся страна, весь народ. Война будет не с

мутантами и не с инопланетянами, а соседним врагом,

которого вскармливаешь материей или идеологией.

36

Почему-то не произносят политики вслух, что враг

номер один фашистская Германия. Но, если об этом

знает народ, что предстоит жестокая схватка с

коварным и беспощадным врагом, то почему, политика

Партии и Правительства ведет двойную игру, ведет

дружеские переговоры, торгует сырьем и поставляет

сотни тонн хлеба врагу? Политики заигрывают и на

этот вопрос, ответят легко. Не надо провоцировать

преступника, не буди зверя в террористе. Но они

народу об этом не говорят, а он этого не понимает,

думают они. Это вопрос очень интересный и

многозначный, но риторический. Не надо думать, что

власть имущая умнее народа. Ход конем, двойные

стандарты властителей, всегда создает угрозу мата

ферзевой власти. Рано или поздно она падет под

собственными обломками лжи, своего обесценивания.

№15

В предвоенные годы сыграли большую

назидательную роль, когда вышли в свет военные

журналы, такие, как «Военная мысль и революция»,

«Армия и революция», «Военный вестник», «Война и

революция», «Техника и снабжение Красной армии».

Труды Шелавина «Дивизионный и корпусной

инженеры», Пригоровского «Инженерно-технические

средства борьбы и тактическое применение

инженерных войск», Серчевского «Основные

принципы тактического применения саперов и система

дивизионного управления ими», Шильбаха «Тактика

инженерный войск», Розе «Форсирование рек по опыту

Гражданской войны», Антулаев «Подрывные работы».

Вышли в свет многие другие издания Карбышева и

37

Невского. Была разработала «Система инженерного

вооружения» Красной Армии. под руководством

Карбышева и Чистякова. Вышло в свет « Наставление

по военно-инженерному делу для пехоты РККА». Так

что военная мысль была на правильном пути. Остается

обзорно оценить, дела с практикой?

№16

Чтобы лучше рассмотреть будущее 1941 года,

начало войны, потенциал военно-инженерного дела,

нам необходимо кратко рассмотреть сквозь призму,

локальные войны, которые вела Красная Армия в этом

двух десятилетии с басмачами, в конфликте на

Китайско-Восточной железной дороге, с японцами у

озера Хасан, на реке Халхин-Гол, и на военном

спектакле в Финляндии. Известно, что война в

Финляндии имела предпосылку противоборства с

Германией. Вооружение и обучение финской армии

было германским. При этом, линия Маннергейма

строилась немецкими инженерами, из немецкого

цемента и стали Круппа.

Но мы хотим опять оговориться, так сказать

получить простор для наших высказываний и для

нашего свободного обозрения. Нас можно осудить, и

назвать демагогами. Называйте, это право читателя. И

читатель имеет право написать, что-либо получше, чем

мы, и высказать свои соображения.

Мы не историки, повторяем, а обозреватели. А

обозреватель основывается на факте, что есть на самом

деле, что думают люди, и он не принимаем версию

политиков, выгодную в угоду кого-то. Мы не смотрим в

рот, и в глаза начальству. Для обозревателя не являются

38

авторитетом ни одно лицо, ни одна организация: ни

Александр Македонский, ни Наполеон, ни

Шапошников, ни Штеменко, ни Жуков, ни Сталин. Об

иностранных политиках, как Черчилле и Рузвельте, и

говорить не приходится. Ибо каждый военный и

гражданский политик, есть высоко классный артист. И

он отражает только свои субъективные интересы и

высказывает официальную точку зрения правительства

государства. Политика – это не истина в последней

инстанции войны. И поэтому, попросту говоря,

политик является аферистом на мировой сцене, играя

спектакль Гоголя «Ревизор». И всю войну можно

истолковать в тысячах вариантах и версиях. Но

непреложная истина для обозревателя, как первое, так

и второе.

Оговоримся, что выше указанные личности, как и

другие, не являются для нас авторитетом, не потому

что они малозначащие и не заслуживают внимания, а

потому, что на их мнении или высказываниях, нам не

удастся раскрыть подлинные военные и исторические

события 20-го столетия обзорно. Скажем, что политика

стреляет словами, фразами и документами абстрактно.

А война стреляет боевыми снарядами по

непосредственным целям. Политика и война

выполняют идентичную задачу, но разными методами

и способами и получают совершенно разные

результаты, как оценочные, так и вещественные.

Германская армия была у стен Ленинграда, Москвы и

Сталинграда, в Париже и во всех европейских городах.

А потом, Красная Армия изгнала Германскую армию из

Советского Союза, штурмом взяла все восточные

европейские города и столицы: Кенигсберг, Варшаву,

39

Берлин, Вену, Прагу, Будапешт, Бухарест, Софию. Не

поспешили бы высадиться в Европе американцы, с

английского острова, Красная Армия была бы у

Ламанша и в Париже. Красная Армия – это армия

свободы, мира и прогресса. Освободительница Европы.

Все народы должны кланяться славянам в пояс за

спасения их от германских варваров.

Мы хотели бы высказать все мысли. Красная Армия

пересекла границу Советского Союза и вступила в

Западную Европу не для завоевания территории или

порабощения народов, а для освобождения народов и

уничтожения германского фашизма.

Во-вторых, гитлеровские полчища покорили

Европу и вступили на территорию Советского Союза

для захвата территории и порабощения народов.

Каждый немец знал, что будет владельцем завоеванной

земли и будет владельцем рабов.

№17

Рассмотрев все вопросы Военно-инженерного

дела в локальных войнах, мы пришли к не

утешительному выводу. Во-первых, двух конфликтах,

практическое инженерное обеспечение не

понадобилось, как на войне. В локальной конфликте с

Японией в Монголии, инженерные войска располагали

значительными силами и средствами.. В армейской

группе, под командованием Жукова, имелось:

– три дивизионных саперных батальона,

– две отдельные саперные роты,

– один понтонный батальон,

– одна понтонная рота,

– две гидротехнические роты.

40

При подготовке были проведены мероприятия по

оперативной маскировке и дезинформации противника.

Это очень ценное инженерное мероприятие. Готовясь к

наступательному маневру, войска скрывали этот факт,

так как занимались позиционными мероприятиями.

Применяли шумовые эффекты, использовали ночное

время, эмитировали постройку окопов, укрытий и

заграждений. В то же время, велась интенсивная

инженерная разведка и рекогносцировка местности и

реки. В ходе операции всего было наведено 12

понтонных мостов. К переправам было оборудовано до

30 километров подъездных путей, оборудовано для

водоснабжения до 50 шахтных колодцев и 8 мелко

трубчатых. Саперные подразделения сопровождали

войска все три группы войск в наступлении: Южную,

Центральную и Северную. Понадобилось три дня для

окружения японцев и неделя для полной ликвидации

их. В успехе этой операции, имеется большая заслуга

инженерных войск, их боевого инженерного

обеспечения. Личный состав инженерных войск

проявил смелость, отвагу и высокое знание, и владение

своего инженерного дела. Среди воинов инженерных

частей, получивших награды, ордена и медали, были

Д.Д. Абашин, будущий начальник инженерных войск

Белорусского военного округа, а также Жучков,

Костиков, Нестеров, Яковлев и другие. А 70-я

отдельная саперная рота была награждена орденом

Красного Знамени. Мы кричим Ура! Хвала и Слава

рулевому! Генерал Абашин в послевоенные годы

случайно погиб при вертолетной катастрофе, вместе с

начальником инженерных войск Советской Армии

маршалом Харченко.

41

№18

В Советско-финском конфликте, Советские

войска сразу же натолкнулись на боевое сильнейшее

инженерное обеспечение противника, на линию

Маннергейма, до 120 километров в длину, и

оперативной глубиной перед передним краем линии

местами до 50 километров. Оперативная зона состояла

из минных полей, проволочных заграждений, лесных

завалов, насыщена снайперскими «кукушками», из

трех оборонительных полос и Выборгского укреп

района. В главной полосе имелось 94 ДОТа, 805

ДЗОТов. Она превосходила по насыщенности

инженерного обеспечения французскую линию

Мажино и немецкую линию Зигфрида. И преодоление,

этих невиданных в истории заграждений, прежде всего,

легло на плечи инженерных войск. На фронте, на

начальном этапе, были следующие инженерные войска:

– инженерный батальон Карельского УРа,

– один саперный батальон,

– три понтонных батальона,

Этого было крайне недостаточно для

преодоления инженерных заграждений противника, что

сказалось немедленно в ходе боевых действий

группировки Красной Армии. Мы хотим подчеркнуть,

что Красная Армия встретила впервые такое сильное

инженерное сопротивление противника. Придется

принять к сведению и исполнению, это новое понятие

«Инженерное сопротивление». Потому что, все боевые

действия Красной Армии, раньше ограничивались и

состояли из преодоления незначительных инженерных

заграждений противника.

42

Мы должны отметить, что в Советско-японском

конфликте, инженерные войска получили опыт в

подготовке


наступательной


операции


и

непосредственно в ходе самой операции, когда у

противника не было надлежащего Позиционного

оборудования местности. Японцы воевали старыми

методами захвата рабов. И этот опыт, в войне с

Японией, практически на линии Маннергейма, не имел

никакого значения. Инженерные войска, а,

следовательно, и вся армия, не имела надлежащей

подготовки для ведения наступательных действий в

условиях сплошных инженерных заграждений, при

малочисленности инженерных батальонов. И нечего

петь дифирамбы победы над малочисленным

противником. Война в Советско-финском конфликте,

Генеральным штабом и Наркоматом Обороны,

фактически была проиграна с большими людскими

потерями, до 100 тысяч убитыми и до 200 тысяч

ранеными и обмороженными. Такого ошеломляющего

поражения Сталин и его окружение, не могли осознать.

Образно выражаясь, Сталин «не намотал себе на усы»

урок поражения. Мы не критикуем, и ни кого не

упрекаем, мы рассматриваем вопрос по существу.

Нужно различать, когда Красная Армия была

боеспособна, но другое дело, когда Красная Армия не

боеготовна, выполнять сложную задачу наступления по

преодолению инженерного сопротивления противника.

Только и всего. Боеспособна армия, это, значит,

обучена и может успешно воевать, но она еще не в

деле, не изготовлена к бою, находится в казармах или в

лагерях. А боеготовна, это, значит, что она сидит в

траншеях и ждет врага, смотря на него через прицелы.

43

Или по выверенным планам, рекогносцировке, готова

по сигналу «Х», находясь за штурвалами и рычагами,

ринуться на штурм укрепления или выхода на

оперативный простор. Или она наступает сходу или с

подготовленной позиции и вступает в дело. И штурмом

прорывает укрепления и разрушает любые крепости с

помощью саперов. Вот это надо понимать и быть к

этому готовым.

Там где пехота не пройдет,

Пройдут отважные саперы.

№19

Противник к началу конфликта на Карельском

фронте сосредоточил 15 дивизий. С Советской стороны

в начале было развернуто двадцать стрелковых

дивизий. Затем формировались новые армии и

пополнялись личным составом и вооружением.

Командовал фронтом С.К. Тимошенко, начальником

инженерных войск был К.А. Назаров. Война началась

30 ноября 1939 и закончилась 13 марта 1940 года.

Худшего времени года для войны не придумаешь. Я

хорошо помню, как через город Устюжну, всю осень и

зиму из Сибири шла пехота в обмотках и одних

шинелишках, с заиндевевшими винтовками. На вид она

выглядела допотопной армией, озябшей, заморенной и

не боеспособной. Это была обуза боевой армии,

пушечное мясо. Отец, сердобольный Иван Яковлевич,

прошедший первую мировую войну, хлебнувший горя

в составе допотопной армии, 144 Можайского полка, и

побывавший в плену в Германии при Брусиловском

прорыве, двери в доме не закрывал ни днем, ни ночью.

Мы на печке или на одной кровати, спали

44

скрючившись. Всегда, днем и ночью, весь пол, вторая

кровать и два сундука были усыпаны

красноармейцами, спавшими сидя и вповалку. Мы

тогда слышали масштабы бедствий на войне, и мать

Екатерина Павловна плакала, кипятила воду, и варила

последнюю картошку для красноармейцев.

№20

Таким образом, финская война, как мы ее

называли,


приобрела


лицо


инженерного

противоборства, стала Инженерной войной. Одни

строят инженерные заграждения, другие уничтожают

их. Армия с помощью инженеров ломает, взрывает

укрепления, конечно, с учетом, что и саперы стреляют

друг в друга на поле боя.

Мы по времени, с учетом наших познаний и

информации, войну разделили на несколько

инженерных этапов.

1. С 30 ноября 1939 года по 12 декабря войны,

Красная Армия не сумела преодолеть передовые

фортификационные, минно-взрывные, проволочные,

огневые заграждения. В первый день красноармейской

атаки, пехота, утопая по пояс в снегу, продвинулась на

100-500 метров, потеряла передовые полки, под

ураганным огнем финнов, и к вечеру, оставшиеся в

живых, залегли в снегу, а к утру замерзли.

Оперативная зона, перед главной линией Маннергейма,

осталась в руках финнов не тронутой и недоступной. И

надо отдать должное врагу, Красная Армия не сломила

военный дух свободолюбивого финского народа.

Читайте Ленина: «Нельзя победить народ, который...».

45

2. На втором этапе, при потрясающе сильных

морозах, до 54 градусов, войска топтались две недели

на месте, и накапливали силы две недели, до 26

декабря. Саперы вели разведку с пехотой боем и

скрытно, фотографировали местность, учились

проделывать проходы в минно-взрывных и

проволочных заграждениях, прокладывали дороги,

колонные пути по пояс в снегу, сбивали снайперские

«кукушки», разгребали лесные завалы. Воробьи и

вороны замерзали и падали налету. И трудно

представить, как в ботинках, обмотках и шинелях,

было трудно существовать бойцам на снегу и на

морозе. Правда, позже, часть бойцов была одета в

валенки и полушубки. Мы собирали теплые вещи для

бойцов, шерстяные свитеры, носки, варежки и

отправляли посылками на фронт.

3. На третьем этапе, в три с половиной месяца, с

26 декабря по 11 февраля Красная Армия

окончательно, с тяжелыми боями, преодолена

передовую тактическую и оперативную зону, взломала

все инженерные заграждения и вышла к главной

полосе линии Маннергейма к ДОТам и ДЗОТам. ДОТы

имели двух метровое железобетонное покрытие, в

несколько этажей. Для разрушения их саперам

понадобились


пятидесяти


килограммовые

кумулятивные минные заряды на ножках, КЗ-50.

4. И только на четвертом этапе, за месяц

потрясающих инженерных и огневых боев, с 11

февраля по 13 марта 1940 года Красная Армия сломила

сопротивление финской армии и преодолела линию

Маннергейма. Заметим, что Маннергейм Министр

обороны Финляндии, бывший русский офицер царской

46

армии, подполковник. Служил в основном до

революции в Петрограде. Во время Великой

Отечественной войны, Гитлер всячески склонял

Маннергейма, занять финскими войсками Ленинград,

но он отказался, мотивируя в своем кругу, что это его

город чести, и он не опозорит своего мундира русского

офицера. Бывают и временные враги порядочными

людьми. Умер он в Швеции, всеми забытый.

Мы основательно рассмотрели вопрос финской

войны, для того, чтобы в заключении могли смело

утверждать, не в качестве критики, а результате

постановочного вопроса, как факта:

1. Финскую войну выиграли инженерные войска.

Они, преодолевая, взорвали линию Маннергейма,

разрушили заграждения и дали возможность войскам

Красной Армии наступать и уничтожать живую силу.

2. Финский опыт постройки линии Маннергейма,

передовых позиций и заграждений впереди

оперативной зоны, и в тылу, глубокого

эшелонирования, не был взят на вооружение

Генеральным штабом и Наркоматом Обороны

Советского Союза, на линии Сталина. Что явилось

разгромными неудачами для Красной Армии в

начальный период войны. Если бы Вооруженные силы

Красной Армии ощетинились, как финны на линии

Маннергейма, война 1941 по 1945 год имела бы

совершенно иной характер. Читатель, наверно,

заметил, что мы все локальные войны, Генеральный

штаб, Наркомат Обороны, рассматриваем сквозь

призму начала Великой Отечественной войны. Или

может быть наоборот. Начало Великой Отечественной

войны, боеспособность и боеготовность Красной

47

Армии, мы рассматриваем, через призму локальных

войн. Мы исходили и исходим из философского

принципа, что «начало больше Половины». «Воитель

определяет воимость». Это наш бессмертный афоризм.

Мы не можем не упомянуть имена, что получили

звание Героев Советского Союза на финской войне:

полковник, в последствии генерал, А.Ф Хренов, другие

саперы, как Румянцев, Кучеров, Усов, Кузнецов,

Федорчук, Крутоголов, Артюх, Бяков, Никитин. И

очень большая группа инженерных специалистов, была

награждена орденами и медалями. Слава саперам!

№21

Перед Великой Отечественной войной военно-

инженерными делами занималось Главное военно-

инженерное Управление Красной Армии. В этот

период перед войной, в сложной военно-политической

обстановке в стране и Вооруженных силах,

начальниками управления были Михайлов,

Петровский, Хренов, а с марта 1941 года Котляр.

Видите, как часто сменялись начальники? Главную

военно-инженерную инспекцию возглавлял М.П.

Воробьев. А общее руководство, как мы уже

упомянули, всеми делами инженеров занимался

заместитель Наркома маршал Б.М. Шапошников.

Отметим, что была проделана большая

теоретическая и практическая работа, но новые штаты

не были полностью внедрены в войска. Хотя было

сформировано 18 инженерных и 16 понтонно-

мостовых полков. В войсках было всего 20 инженерно-

саперных батальонов. Очень важно напоминаем, что на

западе было только два саперных, один

48

мостостроительный и два инженерных батальона. А

этого было немыслимо мало. Неужели военные

чиновники думали, что эти части обеспечат пяти

миллионную армию в наступлении и защитят в

обороне? Другие инженерные части не были

сформированы. К тому все саперные батальоны были

заняты на оборонительных и хозяйственных работах,

строили военные городки, казармы, дома для

командного состава, прокладывали дороги. И ни один

человек не занимался боевой инженерной подготовкой.

И это разрушительно сказалось на военных действиях

войск в начале войны. Возможно ли, воевать без

саперов? Иногда по численности четверть армии

должны составлять инженерные войска, включая в

состав целые штурмовые армии.

Во временном Полевой уставе РККА, ПУ-36,

были сформулированы основополагающие задачи и

мероприятия по инженерному обеспечению

наступления. Заметьте, наступления. Об обороне не

говорилось ни слова. И только запоздало, в июне 1941

года, была издана инструкция по укреплению полевых

позиций. И практически для активной, зональной,

передовой, оперативной и тыловой обороны линии

Сталина ничего не было сделано. Войска Красной

Армии, в зоне Западной границы, оказались

открытыми, обнаженными, не защищенными, и

поэтому, были подставлены под сокрушительный удар

врага. Некоторые исследовали считают, что бытовало

мнение, что такое громадное количество войск Красной

Армии в пределах границы, немцам не перебить, не

разогнать, не разгромить. Дескать, они, войска,

самостоятельно, без управления и руководства,

49

разгромят любого агрессора, перейдут в контратаки, в

контрудары, в контрнаступления и будут воевать на

чужой территории. Это была очередная популистская

патриотическая глупость, которая дорого стоила

народу. Это было глубокое заблуждение политиков и

стратегов.

– Мы, врага закидаем, шапками!

Врага никогда нельзя, не дооценивать, маленький

он или большой. Но нельзя и переоценивать, если

идешь на дело. Выигрывает тот, кто в бою не жалеет

сил и средств, разумно пуская их в дело. Война – это

самая тяжелая и самая смертельная и зверская работа,

которую придумало человечество. Конечно, если

исходить из разумных предпосылок человечности, а не

из того, что человек – это все-таки зверь. А часто

бывает не только отдельные личности, а целые страны

превращаются в злодеев.

№22

Итак, обзорно рассматривая военно-инженерное

дело и кратно, события локальных войн, мы

рассмотрели обзорно начало Великой Отечественной

войны, в качестве постановочных вопросов. На многие

вопросы дали косвенный ответ, высказали свои

сомнения, предположения. Читатель наверняка имеет

свое особое мнение. Это его право. И, мы считаем, что

свою задачу на первом этапе выполнили, заставили

думать читателя.

Рассмотрение вопросов Военно-инженерного

дела, боевого обеспечения, боевых действий Красной

Армии, на всем протяжении Великой Отечественной

войны, потребуется написание другой обзорной книги.

50

Развитие военно-инженерного дела в послевоенные

годы, настолько многогранное и много объемлемое, что

в кратком очерке не может быть изложено. И поэтому,

исследование требует активного труда, и тогда будет

представлять большой принципиальный интерес для

читателя. И поэтому мы ставим точку на

повествовании, обзорах, прошлых военных

событийных войнах.

№23

После распада Советского Союза на 15

государств, все армейские соединения и части,

Белорусского Краснознаменного военного округа,

остались на территории Белоруссии, бывшей БССР.

Образовалось новое государство Республика Беларусь.

Коснемся кратко и не полно, что в Белорусском

военном округе, по неполным данным, были две

танковые армии 5-я и 7-я, по три дивизии в каждой,

одна армия общевойсковая, 28-я, воздушно-десантная

дивизия, подчиненная ВДВ СА, и придворная, 120

мотострелковая Рогачевская дивизия. Остались и

другие многие части и подразделения, которые нет

надобности, нам упоминать, включая инженерные. Так

же в округе имелась военно-воздушная армия, с

военными аэродромами и боевыми самолетами. Кроме

того, имелись стратегические ракетные войска с

ядерным оружием и войска ПВО, с ракетами и

самолетами, подчинения Министра Обороны СССР.

Отметим, что из инженерных войск, имелось в

каждой дивизии по саперному батальону. Это

составляло 11 саперных батальонов. Окружного

подчинения были два полка, 10-й саперный и 11-й

51

понтонный, две военные инженерные базы,

материально-технического снабжения и средств

взрывания, маскировочный батальон, батальон пункта

управления штаба округа, отдельный учебный

батальон и учебные подразделения. И повторимся, что

было много других воинских частей, и частей

мобилизационного характера окружного подчинения и

Министерства Обороны СССР. Этих инженерных сил

было достаточно для обеспечения войск округа в

мирное время на первый непредвиденный случай.

Округ считался на Европейском театре военных

действий во втором эшелоне. И поэтому, в основном он

был отмобилизован по военным штатам и был

боеспособным, но далек от боеготовности.

Начальниками инженерных войск были

Каменчук, Тарасов. Одним из предпоследних

начальников инженерных войск округа был генерал-

лейтенант Нетемин. А затем, нам известный герой по

дальневосточным войнам, генерал-лейтенант Д.Д.

Абашин, /Его фамилию мы встречали еще на войне в

Монголии. Он там командовал саперной ротой, был

награжден орденом./ Затем начальником инженерных

войск Белорусского военного округа стал генерал-

лейтенант Павел Данилович Гутенко. А последним,

скажем из Могикан, был начальником инженерных

войск КБВО генерал-майор В.Н. Лепешинский. Он на

этом посту продолжал оставаться и после образования

новой Белоруской Армии. Затем инженерное

управление инженерных войск возглавлял генерал-

майор И,А, Мисурагин, потом генерал-майор Лучина.

Заметим, что свято место пусто не бывает. И Лучину

кто-то уже сменил. Нам сказали, начальником

52

инженерных войск Министерства Обороны Беларуси,

назначен полковник И.Н. Лисовский.

На этом и завершилась эпопея существования

Белорусского Краснознаменного военного округа. Все

Вооруженные силы округа достались в наследство

Республике Беларусь. Как республика Беларусь,

Президент и Правительство, распорядились этим

военным наследством, личным составом, вооружением,

это не наша тема исследования, и поэтому, на этом

ставим точку, за исключением последнего

постановочного вопроса и изложения ВИД – Военной

Инженерной Доктрины.

ЛАКАЛЬНЫЕ ВОЙНЫ

Одно и много полярный мир

После окончания Второй мировой войны, во всем

мире, не прекращались идти локальные войны. Мы

хотим перечислить некоторые из них. И хотелось

посмотреть, нужно было, для стратегического

инженерного обеспечения, строить Линии Сталина?

Или нет? Нужна ли нам линия Сталина теперь?

Вот некоторые локальные войны, или как угодно,

назовите, военные конфликты. И начинались они в

Европе абсолютно без объявления войны:

53

1. Европейские конфликты в Германии, Венгрии,

2. Американо-корейская война, с участием

Китайских войск и Советской авиации,

3. Американо-вьетнамская война,

4. Китайско-вьетнамский конфликт,

5. Американо-иранский,

6. Советско-китайский, на острове Даманском,

7. Южно-американские, включая Кубинский,

8. Англо-, на Фонкленских островах,

9. Многочисленные войны в Африке,

10. Советско-афганский конфликт,

11. Американо-европейская война в Югославии,

12. Израильско-арабские войны,

13. Израильско-египетская,

14 Израильско-паленстинские,

15. Израильско-ливанские войны,

16. Французские войны в Африке, Алжире.

16. Американское вторжение в Афганистан, в

Ирак.

И это далеко еще не все перечисленные военные

конфликты и войны. И во всех этих войнах было

насыщенное военно-инженерное обеспечение боевых

действий войск. Но оно обеспечивалась саперными

подразделениями и понтонными частями. И

выражалось в основном в возведении и уничтожении

минно-взрывных и фортификационных заграждений,

переправы войск через водные рубежи. Только один раз

потребовалось


грозное


военно-инженерное

сооружение, как Берлинская стена, не как между ГДР и

ФРГ, а как разделительная линия международного

масштаба, между Американо-европейским военным

блоком и странами Варшавского договора.

54

Казалось бы, можно считать, что боевое, военно-

инженерное обеспечение армий, будет оставаться и

дальше на уровне Второй мировой войны, с

насыщением новых видов и средств технического

вооружения. Так думают многие военные специалисты,

теоретики военной мысли. Так думали и мы. Но,

хорошо подумав, оценив военно-стратегическое

положение в глобальном масштабе, пришли к

принципиальному выводу, и новому пониманию

инженерного обеспечения, и не только армий, но в

целом страны и группы стран. Сейчас мы попробуем

этот вопрос рассмотреть более подробнее и

содержательнее.

Посмотрим, что получается, и что увидим, если

взглянем на голубой и зеленый глобус. Вероятно,

линии Сталина, Мажино, Зигфрида и Маннергейма

устарели, как многочисленные конницы татар,

монголов и «буденниц». Танковые войска,

артиллерийские, авиационные, ракетно-ядерные виды

Вооруженных сил, как стратегические и ПВО,

являются грозным оружием, как в локальных войнах,

так и в войнах международного характера, против

агрессоров и террористов, которых на планете

развелось очень много, объединивших в военные

Арсеналы, материальных и людских ресурсов.

Сегодня


глобальным


агрессивным,

террористическим видом, выступили авианосцы и

подводные ракетно-ядерные подлодки. Они

барражируют по морям и океаном. Они грозят всем

непокорным странам и народам. И это не то, что

террористы с поясами смерти, фугасами на дорогах,

или со взрывчаткой на автомашинах. Это более

55

разрушительные официальные вооруженные силы. Они

разрушают города и страны, уничтожая массу народа.

А линию Сталина против них по морям, океанам, по

воздушному океану и Космосу, не построишь, не

возведешь Берлинскую стену. Известно, что подводные

лодки и авиа крейсера, снуют по мировым океанам,

воздушному и океанскому, с атомными ракетами,

торпедами и бомбами.

И чтобы нарушить одно полярность глобального

мира, за авианосцами и подлодками ведется

постоянное наблюдение из Вселенского Космоса,

воздушного океана, морских экваториев и бассейнов. И

что получается? А вот что? Так как, наблюдение, есть

инженерный вид боевого обеспечения, то слежение за

авианосцами, ракетно-ядерными подлодками из

Космоса, из воздушного океана авиа-крейсерами,

дежурство ракетно-ядерных войск, надводными

кораблями, все это совместно есть вид военно-

инженерного обеспечения стратегической защиты

страны или группы стран. Так что, военная мысль

далеко шагнула вперед. Появился новый вид боевого

инженерного обеспечения армии, не только одного

рода войск – саперов, а совокупности многих видов

армии для инженерного обеспечения защиты страны.

Слава инженерным Комическим, Авиационным и

Ракетно-ядерным войскам! И слава рулевому!

Но никто не отменял локальные войны, и

инженерное обеспечение армии невозможно отменить.

Саперы как были, так и останутся боевым инженерным

обеспечением на матушке земле. Войска по-прежнему

ходят по земле. И земля защита, сила саперов, остается

за инженерными войсками.

56

НИКТО НЕ ХОЧЕТ УМИРАТЬ

В заключении нашей темы, необходимо освятить

вопрос, выходящий казалось бы, за рамки нашего

обзора, военно-инженерного обеспечения, глобальное

размежевание мира на Поляры. Мир становится много

Полярным, но много вооруженный инженерными

войсками. Это наблюдается невооруженным глазом.

1. Первым Поляром, на мировой арене,

выступили СОЕ – Страны Объединенной Европы во

главе с США. Он сформировался, как мировой

агрессивный и террористический Поляр, имеющий

главную цель, подчинить своему влиянию народы и

страны с богатыми сырьевыми ресурсами, и не

допустить их объединения. Этот Поляр насчитывает

700-800 миллионов человек и располагает основным

производством материальных ресурсов Западного

мира, но с недостаточными энергетическими

ресурсами жизнедеятельности и развития.

2. Втором Поляром, на мировой арене, выступил

недавно сформировавшийся ШОС – Шенхайская

организация сотрудничества, во главе с Россией и

Китаем, и некоторыми азиатскими странами. Если

Индия присоединится к этому Поляру, на что

рассчитывают учредители, то он будет включать в себя

почти половину человечества, до 3 миллиардов

человек. И тогда, это Поляр, не позволит командовать и

колонизировать по своему усмотрению, страны и

народы, а тем более не даст себя ввергнуть в пучину

интересов Западного Поляра. Этот Поляр располагает

огромным материальным производством, гигантскими

сырьевыми ресурсами и большим энергетическим

57

потенциалом. Он располагает всеми возможностями

жизнедеятельности и развития.

3. Давно заявляет о себе Африканский Поляр. И

хочет стать третьим Поляром. Но он, с давних пор

колонизированный Европой и США, раздираемый

внутренними противоречиями, бедностью, низким

уровнем производства и жизнедеятельности, хотя и

значительными материальными возможностями, но

малыми и не развитыми энергетическими ресурсами,

не может найти в себе силы объединиться. Однако

время покажет, дадут ли ему, внешние силы Европы и

США, сделаться Поляром, или останется придатком.

4. Пытается заявить о себе Южная и Средняя

часть Америки – ЮСА, и сделаться четвертым

Поляром. Она, еще не объединившись, бьется сама о

себя, намеревается вырваться их лап Американской

организации США, но пока безуспешно. Флагманом

Средней Америки является Куба. ЮСА располагает

значительными людскими ресурсами, гигантскими

материальными и энергетическими возможностями. И

имеет большой потенциал жизнедеятельности и

развития. Но, до объединения ЮСА, еще далеко. Хотя

взрыв может произойти в одну минуту и Поляр заявит

о себе, как новая звезда..

5. Пятым Поляром может стать Арабский мир.

Он располагает миллиардным людским потенциалом.

У него Мировые запасы энергетических и

материальных ископаемых. В Арабском мире все есть,

но жизни нет. Идет уже 60 лет теперешняя война,

которая началась еще две тысячи лет назад. И

возможно в Обетованном рае, войны никогда не

прекращались с времен возникновения человечества.

58

Египет, Рим, Багдад – это первые столпы цивилизации,

обрушили себе на головы небеса войн. И до сих пор не

могут, или им не дают, выйти на дорогу мира и

процветания. Арабы, заселяя цветущий рай земли от

Афганистана, Ирана до Ливии в Африке, имея

объединяющую нефтяную организацию АПЕК, не

могут найти свое место в мире. А точнее, арабам не

дает Европа и США отдельное место под солнцем,

стать пятым Поляром. Со стороны Средиземного моря,

Израиль разрушает арабский мир вооруженными

силами США. А с Востока в центр арабского мира, в

Ирак, в сам Багдад, втиснулись США вместе с

Европой, в солдатских ботинках, с танками, бомбами и

со смертельным миролюбием, унести арабскую нефть

вместе с землей в США. Плачут арабы, разъединенные

долларами, но слезы созданию Арабского Поляра не

помогают.

Больше силовых Поляров на планете Земля пока

не наблюдается. А эти Поляры обозначились выпукло,

в цветах и красках, читатель может их зрить сам

невооруженным путем. Нам следует задать прямой

вопрос, возможны ли военные столкновения между

Полярами? Мы на это вопрос ответить безоговорочно

не можем. Но думается, что без надежного

инженерного прикрытия, обеспечения защиты

Поляров, с применением ядерного оружия,

столкновения между ними невозможны. Почему?

Отвечаем!

– Никто не хочет умирать. На планете Земля, нет

инженерного обеспечения, надежной защиты для

спасения самого агрессора в большой войне. Но

59

возможны провокационные взрывные удары

террористов.

Однако, при этом, можем утверждать, что

Локальные войны вполне возможны всегда и всюду, так

как есть возможность инженерного обеспечения

спасения агрессора и террориста от возмездия.

Люди, спасите сами себя! Хвала рулевому! Ура!

ВЕТЕРАНЫ инженерных войск в строю

Участники Великой Отечественной войны,

Ветераны инженерных войск Республики Беларусь, не

сидят сложа руки на груди, развивают военно-

инженерную мысль, обогащают творчески военно-

инженерное дело, воспитывают молодежь на славных

боевых традициях.

В Белорусском округе была основана

Ветеранская организация инженерных войск воинов

запаса. Во главе Союза военнослужащих запаса

инженерных войск был и есть, генерал-лейтенант

Павел Данилович Гутенко, как бессменный

руководитель, почетный Президент. Практическую

работу осуществляли в разное время, его помощники.

Основателем Союза воинов инженерн6ых войск был

полковник Момот, потом его сменил полковник

Никифоров. Долгое время секретарем был полковник

Баранчук, и А. Я. Митянин. С февраля 2000 года наша

организация юридически зарегистрирована в

Министерстве юстиции Республики Беларусь, как

«Белорусская общественная организация воинов

запаса инженерных войск».

60

Белорусский Союз офицеров Инженерных

войск, является самостоятельной организацией. Члены

ее вкладывают большую лепту в дело воспитания

подрастающего поколения. Соблюдая старые

инженерные традиции, ветераны собираются, и

обсуждают свои дела, уроки прошлой Великой

Отечественной войны, делятся опытом в своих

выступлениях в школах, высших учебных заведениях,

воинских частях, рабочих коллективах, вдохновляют

защитников Родины словом и делом, своим примером

на ратные дела. Воины запаса и военнослужащие

отмечают праздники, в том числе, и День Саперов, в

начале мая, перед днем Победы, на улице Саперов.

Очень важно, что саперы не забывают саперную

дружбу, поздравляют себя и воинов, вручают грамоты и

ценные подарки, включая воинов саперов, отличников

боевой подготовки. Выезжают вместе на природу.

Побывали они и на «Линии Сталина». «Вспоминали

минувшие дни, как вместе сражались они». А в

воинской части в Красном, даже заложили яблоневый

сад совместно с воинами саперами. Офицеры бывают и

в других воинских частях на приеме присяги молодыми

воинами. Они отправляем в последний путь своих

товарищей, помогают родственникам пережить утрату.

Сейчас в Союзе воинов запаса инженерных

войск, ветеранов саперов, более ста человек, имеется в

своем составе много отделений в различных городах

Белоруссии. Все считают, что офицер в запасе или в

отставке, после увольнения из армии, всеравно всегда в

строю и на переднем крае. Он является образцом

поведения, соблюдения Конституции, в буднях и на

работе. Офицеры поддерживают политику Президента

61

Республики Беларусь Александра Лукашенко, по

укреплению обороноспособности Вооруженных сил,

по созданию надежного щита на небе и на земле наших

границ. Так держать!

. Мы исходим из того, чтобы каждый молодой

человек, службу в Вооруженных силах Белоруссии,

считал патриотическим долгом и высокой честью, и

служил так, как служили их деды и отцы во время

Великой Отечественной войны. Служба не только

обязанность, но и высокая часть тем, что я, гражданин

республики Беларусь, имею Право защищать Родину.

ВИД – ВОЕННО-ИНЖЕНЕРНАЯ ДОКТРИНА

Казалось бы, мы все высказали. Но, все войны

начинались неожиданно – это истина. И не высказать

свои опасения и пожелания, хотя бы теоретически и

гипотетически, на развитие дальнейших военных

исторических событий во времени, было бы не верно и

не правильно, нас не понял бы военный читатель.

Повторяем, что мы военные обозреватели, имеем

право, рассматривать любые постановочные вопросы

войны и мира, как теоретически, так и гипотетически

со словами: «а что, если?». Мы, обозреватели, имеем

право, изображать Виртуальный мир так, как нам

62

видится с высоты Земного шара н аглобусе.

Оговоримся сразу, что ВИД – Военно-Инженерная

Доктрина, есть оборонительная доктрина, она не имеет

секретности, и не мешает иметь с соседями дружеские

отношения и вести с ними плодотворную торговлю и

сидеть за одним столом за чашкой чая. Но береженого

человека, и Бог бережет.

Поэтому, в случае локального конфликта СОЕ –

Стран Объединенной Европы и США с Беларусью и

Россией, им другими странами СНГ, военная мысль

блуждает по облачному небу и вилы на мутной воде

пишут несуразицу. Мы, как военные обозреватели,

пишем историю будущего и имеем право,

рассматривать следующие постановочные вопросы.

Итак, существует понятие:

1. СОЕ – Страны Объединенной Европы, во главе

с США, не нападут никогда на Беларусь и Россию. Это

первое и глубокое заблуждение военных теоретиков и

политиков. До 1941 года, мы так же думали, что война

между Германии с Россией невозможна по разным

причинам. А выше читатель ознакомился с

локальными войнами во всем мире и убедился, что они

возможны и у нас.

Посмотрите, разве вы не видите, как Беларусь,

Россию, Украину, и другие страны СНГ, насилуют, без

объявления войны, политически, идеологически,

экономически и демонстративно. СОЕ активно

демонстрирует


наращивание


вооружения,

придвинувшись вплотную к нашим границам на

танках, самолетах и с локаторными глазами.

63

США разворачивает Радары и Ракеты в третьем

районе, в Чехии и Польше, с подлетом к Минску

меньше одной минуты, а к Москве две минуты. Это

что, музыка для глухих? А явление воочию радаров и

ракет для слепых? А угроза над нашей головой

гильотины, для дружеского общения?

И складывается впечатление, что СОЕ и США

хотят нас запугать, прибрать нас к своим рукам, как

вассалов, и овладеть мировым господством. А, увидев,

что мы восстановили свою независимость, после

разгрома СССР, стремятся ослабить нас экономически,

втянуть в гонку вооружения, навязать нам враждебный

образ существования, нелепые права человека, которых

у них самих, и в помине нет.

2. Второе глубокое заблуждение, что все говорят

в Европе, США и России об одном и том же: о мире,

дружбе и правопорядке. А думают и действуют все по-

разному, как о вещах, так и событиях. И это не

безразлично для Беларуси. Россия и Беларусь хотят

быть неприкосновенными, независимыми. А СОЕ и

США навязывают свое господство, мечтают о

подчинении людей и территорий соседнего «Востока».

3. Третье глубокое заблуждение, состоит в том,

что некоторые теоретики считают, что Беларуси не

нужны Инженерные войска. У нас есть войска ПВО,

ракеты, истребители и бомбардировщики. Мы отразим

воздушное нападение, а танковые войска, артиллерия

и пехота, пресекут наступление по нашей земле. Но,

мы предупреждаем, что без военно-инженерной

оборонной доктрины, никакая армия, как Египет,

Афганистан, Югославия и Ирак, не выдержит натиск

агрессора. Разве плохо иметь за спиной западной

64

границы инженерный щит по линии Сталина? Когда

он есть, то спится спокойнее.

4. Четвертое глубокое заблуждение, не

понимание того, что, только, зарывшись в землю по

шею, и глубже, Армия Беларуси может нанести

сухопутному противнику поражение, разгромить его и

изгнать из нашей земли до границы. Армия Беларуси

не предназначена для наступления и вторжения в

чужие страны. Второй раз наша армия не может придти

в Варшаву и в Берлин. Думаем, что Беларусь никто,

никогда, не втянет освобождать от агрессора никого: ни

поляков, ни румын, ни болгар, ин чехов, ни югославов,

ни немцев, ни французов, ни англичан

5. Пятое глубокое заблуждение, что нам не

нужны оборонные планы. И фактически нет у нас

планов отработки штабных и тактических учений по

глубоко эшелонированной обороне страны на линии

Сталина. Многие военные не знают, где находится это

линия? Что мы ждем? Когда гром грянет?

– Линия Сталина находится в ненадлежащем

порядке, запущена и местами заброшена.

– Не предусмотрено генеральным штабом, какие

войска, где и в каком порядке будут занимают позиции

на крайний случай. А на практике, штабные учения и

тактические игры не проводятся на линии Сталина.

– Не предусмотрено, какими силами, машинами

и механизмами народного хозяйства, будут

дооборудованы, и в какие сроки, будет возведена

оборона в инженерном отношении, где будут

сооружены полосы и траншеи, как перед передним

краем линии Сталина, на глубину до 50-100

километров, так и в глубине нашей обороны. Где будут

65

вторые эшелоны и резервы в глубине до 100

километров? Только об этом, одни мысли, укрепят наш

дух и волю к победе.

6. Шестое глубоко пожелание, следует изучать

опыт войны финнов на линии Маннергейма. Наша

страна небольшая, 10 миллионов человек. Финнов

было 3 миллиона, а в России было 150 миллионов, но

финны, «проиграв», все-таки, выиграли войну.

7. Седьмое глубокое пожелание. Мы верим в то,

что белорусские славяне, как в годы Великой

Отечественной войны, теперь, образовав свое

государство, Республику Беларусь, не уступят своей

пяти земли никому и никогда. Мы белорусские славяне

обосновались на этой земле на многие тысячелетия. В

случае войны, мы все уйдем в партизаны. Мы –

партизанская страна.

8. Восьмое глубокое пожелание, что для

оживления линии Сталина нужна небольшая База в 300

человек воинов запаса, из числа строителей, и 30

офицеров, которые периодически, скажем, на 10 дней,

будут выезжали на УРы, для ознакомления с

предстоящими инженерными мероприятиями, согласно

доктрины ВИД. Знать, что у нас Есть и использовать, в

случае надобности, это и есть предвидение счастливого

будущего. Оно дорогого стоит.

9. Девятое глубокое пожелание, в случае чего, мы

будем сидеть в окопах на линии Сталина, в зоне перед

передним краем и глубине обороны, а наши ракеты и

танки пусть нас прикрывают от нашествия агрессора.

Это же, здорово! Мы на мир смотрим открытыми

глазами. А что нам стесняться говорить то, что мы

видим и чувствуем?

66

Таким образом, мы увидели и доказали, что есть

чрезвычайная проблема – ЧП – на нашей Западной

границе. И нам интересно узнать из уст читателя, что

он думает? И ответили ли мы на главный вопрос, что

делать? Если нет, то напишите свое мнение и лучше

нас изложите свои мысли по этому вопросу.

Для нас важно:

1. Какое значение могла бы иметь линия Сталина

в годы войны?

2. Какое она могла бы иметь значение в начале

войны? И непосредственно в боях.

3. Какую роль она сыграла в ходе начала войны?

4. Что нам делать?

Боевые мысли вслух

1. В боевом окопе в обороне, солдат чувствует

себя, как дома, в своей тарелке.

2. Побеждает тот, кто не жалеет своего живота в

бою и тем спасает себя от гибели.

3. Не научился воевать, тогда стой за колючей

проволокой на коленях.

4. Не пяль на врага зенки, его надо презирать

душой и телом, но так, чтобы он не знал об этом, но

дрожал от твоего присутствия.

5. Равняйся в бою по первому и по передовому,

второй и последний – ничего не стоят.

6. В бою не пули бойся, не кланяйся свисту пуль,

они уже мимо пролетели, бойся испугаться врага.

7. Самообладание – это и есть мужество души.

8. Контролируй память в бою, осознанность

правит умом и поступками.

67

9. В бою, как игра на шахматной доске,

проигрывает тот, у кого трясутся руки, слабее нервы.

10. Выдержка – это качество победителя.

11. Спящий – беспечен, а дремавший – хитер,

чутко спит, он не даст застать себя врасплох.

12. Не оставляй в бою противнику ни пяти

обойти себя, как по земле, так и по твоему разуму.

13. Маскируй в бою не только голову ветками, но

и мысли увенчивай лавровым венком.

14. Отступишь на шаг, две головы потеряешь.

15. Плавай, на переправе, как рыба в воде, но с

автоматом на голове.

16. Не вставай на мину ногами, она иногда

взрывается.

17. Целясь во врага, не позволяй, чтобы палец

дрожал на спусковом крючке.

18. Учись стоять в карауле, чтобы слышать гул

земли пятками, приближающего врага.

19. Пустой патронник в бою, что пустая голова.

20. Кашу варить в бою, это не щи хлебать ложкой

у солдатской кухни, надобно умение.

21. В вещевом мешке у солдата должны быть

патроны и сухари, в голове разум, а на лбу два глаза.

22. Кто идет, тот не стоит на месте. Истина.

23. Командир всему голова, солдат, учись быть

командиром.

24. Не промочи капсюль, чтобы не дал он осеку.

25. Повар определяет вкус похлебки губами. А

сапер ставит мину на боевой взвод руками.

26. Плавать не научился, то подходи к воде

пешком с дубиной под мышкой.

68

27. Когда впереди сапер идет ползком, тогда

пехота за ним идет во весь рост.

28. Все войны всегда начинаются неожиданно,

как нападение из-за угла бандита, убийцы, террориста.

29. Боеспособная армия находится в казармах, а

боеготовая армия – в окопах.

30. Воитель определяет воимость.

№22

Итак, обзорно рассматривая военно-инженерное

дело и кратно, события локальных войн, мы

рассмотрели обзорно начало Великой Отечественной

войны, в качестве постановочных вопросов. На многие

вопросы дали косвенный ответ, высказали свои

сомнения, предположения. Читатель наверняка имеет

свое особое мнение. Это его право. И, мы считаем, что

свою задачу на первом этапе выполнили, заставили

думать читателя.

Рассмотрение вопросов Военно-инженерного

дела, боевого обеспечения, боевых действий Красной

Армии, на всем протяжении Великой Отечественной

войны, потребуется написание другой обзорной книги.

Развитие военно-инженерного дела в послевоенные

годы, настолько многогранное и много объемлемое, что

в кратком очерке не может быть изложено. И поэтому,

69

исследование требует активного труда, и тогда будет

представлять большой принципиальный интерес для

читателя. И поэтому мы ставим точку на

повествовании, обзорах, прошлых военных

событийных войнах.

№23

После распада Советского Союза на 15

государств, все армейские соединения и части,

Белорусского Краснознаменного военного округа,

остались на территории Белоруссии, бывшей БССР.

Образовалось новое государство Республика Беларусь.

Коснемся кратко и не полно, что в Белорусском

военном округе, по неполным данным, были две

танковые армии 5-я и 7-я, по три дивизии в каждой,

одна армия общевойсковая, 28-я, воздушно-десантная

дивизия, подчиненная ВДВ СА, и придворная, 120

мотострелковая Рогачевская дивизия. Остались и

другие многие части и подразделения, которые нет

надобности, нам упоминать, включая инженерные. Так

же в округе имелась военно-воздушная армия, с

военными аэродромами и боевыми самолетами. Кроме

того, имелись стратегические ракетные войска с

ядерным оружием и войска ПВО, с ракетами и

самолетами, подчинения Министра Обороны СССР.

Отметим, что из инженерных войск, имелось в

каждой дивизии по саперному батальону. Это

составляло 11 саперных батальонов. Окружного

подчинения были два полка, 10-й саперный и 11-й

понтонный, две военные инженерные базы,

материально-технического снабжения и средств

взрывания, маскировочный батальон, батальон пункта

70

управления штаба округа, отдельный учебный

батальон и учебные подразделения. И повторимся, что

было много других воинских частей, и частей

мобилизационного характера окружного подчинения и

Министерства Обороны СССР. Этих инженерных сил

было достаточно для обеспечения войск округа в

мирное время на первый непредвиденный случай.

Округ считался на Европейском театре военных

действий во втором эшелоне. И поэтому, в основном он

был отмобилизован по военным штатам и был

боеспособным, но далек от боеготовности.

Начальниками инженерных войск были

Каменчук, Тарасов. Одним из предпоследних

начальников инженерных войск округа был генерал-

лейтенант Нетемин. А затем, нам известный герой по

дальневосточным войнам, генерал-лейтенант Д.Д.

Абашин, /Его фамилию мы встречали еще на войне в

Монголии. Он там командовал саперной ротой, был

награжден орденом./ Затем начальником инженерных

войск Белорусского военного округа стал генерал-

лейтенант Павел Данилович Гутенко. А последним,

скажем из Могикан, был начальником инженерных

войск КБВО генерал-майор В.Н. Лепешинский. Он на

этом посту продолжал оставаться и после образования

новой Белоруской Армии. Затем инженерное

управление инженерных войск возглавлял генерал-

майор И,А, Мисурагин, потом генерал-майор Лучина.

Заметим, что свято место пусто не бывает. И Лучину

кто-то уже сменил. Нам сказали, начальником

инженерных войск Министерства Обороны Беларуси,

назначен полковник И.Н. Лисовский.

71

На этом и завершилась эпопея существования

Белорусского Краснознаменного военного округа. Все

Вооруженные силы округа достались в наследство

Республике Беларусь. Как республика Беларусь,

Президент и Правительство, распорядились этим

военным наследством, личным составом, вооружением,

это не наша тема исследования, и поэтому, на этом

ставим точку, за исключением последнего

постановочного вопроса и изложения ВИД – Военной

Инженерной Доктрины. Читайте после очерков

Гутенко и обо мне, потом о Галкине и Митянине.

Поучительные очерки приводим в качестве интереса

для читателя, придавая художественное повествование

книге. Жизнь и служба их в армии в годы войны,

поучительна и проливает свет на многие аспекты

войны, инженерного обеспечения боевых действий.

З В Е З Д Н А Я П Л А Н И Д А


Звезды Планиды, сразу открываю секрет,

иносказательно это в переводе, Судьбы Судьбин. А в

прямом смысле, это военные Звезды воинских званий,

две Звезды, моего товарища по военной службе

Генерал-лейтенанта Павла Даниловича Гутенко. И мои

три военные три Звезды, полковника Николая

Ивановича Скатулина

72

№1

Дорогие мои читатели, как всегда, как автор,

прежде всего с самого начала, признаюсь, я хотел

удивить себя своим началом книги, потом вас. Я пишу

в свое удовольствие. Ведь книгой, я создаю

бессмертного самого себя, своих товарищей и

сослуживцев. Я не хочу умирать. И не хочу, чтобы и

мои товарищи остались безвестными. Пусть мое тело

сгинет, но голос мой, я хочу, чтобы был бессмертным.

Вы откровенно скажете:

– Ну, и заявочка! Полное отсутствие скромности!

– Уверяю вас, с недавних пор, не страдаю ни

величием, ни скромностью. Это для меня излишние

атрибуты жизни. Звездная болезнь давно прошла. У

меня на золотых погонах три звезды. Мне этого

хватает, но я продолжаю гордиться этими тремя

звездами. Я первый парень на своей улице.

Пусть мой голос звучит и прославляет меня и

моих товарищей по воинской службе. Поэтому, мой

замысел написать книгу совершенно тайный замысел, я

создаю нашу пирамиду Хеопса, писарского Фараона.

Фараон меня завораживает, не дает спать, и он

открывает страницу моей книги за страниуей.

Безвестно, я не мгу умереть. Вам хочется быть

безвестным? Мне нет! Не умирайте и вы! Какое

признание! Оно достойно уважения.

Теперь, я хочу написать маленький очерк о своем

товарище по военно-инженерной службе, о Павле

Даниловиче Гутенко. Но писать его биографию, нет

никакого смысла. Она уже написана в личном деле

генерал-лейтенанта П.Д. Гутенко и в энциклопедии.

73

Поэтому, я считаю целесообразно, написать очерк о

времени, в котором мы жили-били вместе, как Павел,

так и я – Николай, так и другие наши товарищи. Очерк

в виде мемуаров, порой, почти, об одинаковой судьбе,

нашей Звездной Планиде. Наверно, он будет

интересным для большого круга читателей и наших

почитателей.

№2

Начинаю писать не с начала жизни, а с конца

пройденного военного пути. Как всегда, случается

непредвиденное дело, не предсказуемое, но судьба

преподносит свои сюрпризы и мы принимаем их с

благодарностью или печалью. Я был абсолютно не

заметным человеком среди своих однополчан, своих

соратников по саперной службе. И вдруг, о чудеса! Я

расписался и написал много книг, столько, что теперь и

самому все не перечесть. В этой книге я хотел сделать

рассказ, о боевом пути моего героя, как и я, о сапере,

генерал-лейтенанте Павле Даниловиче Гутенко. Так и

будет. Но по моему сюжету, я начну писать с первых,

случайных заметок, сделанных несколько лет назад.

Сначала о дочери генерала Татьяне. Оказалось, что

сегодня они очень важнее важных заметок, к месту, и к

делу, как для меня, так и моего героя. Читайте. А

потом, мемуарный рассказ начну писать о себе и своем

товарище. Вот как выглядят мои случайные заметки,

напитанные, по горячим следам, на компьютере

несколько лет назад.

№3

ТАТЬЯНА – ДОЧЬ ГЕНЕРАЛА

74

Ничего не случилось. И все-таки что-то

произошло. А что, я и сам не знаю? А дело было так. 6

мая я, как обычно, приехал на праздник Саперов,

который отмечался у нас в Белоруссии 5 мая. Но,

прежде всего, надо было приготовиться к поездке на

дачу и получить пенсию. И, бегаю туда-сюда, надо

купить, что-нибудь поесть. Бегаю, и вдруг…Родинка,

это фамилия преподавателя на дорожно-строительном

факультете БПИ, который организует ветеранов

офицеров инженерных войск. Он вечером звонит, что

праздник будет в Минске в 6 мая 2001 года в 10 часов

на Саперной улице. Что ж? Хорошо!

Приезжаю на Саперную улицу с вокзала на 69

автобусе, выхожу и вижу знакомые лица, а больше не

знакомых. Повымерали фронтовые товарищи. Я потом

перечислю поименно, своих товарищей, оставшихся в

живых. Выхожу из автобуса, и вижу прекрасную даму

на Саперной площадке около стенки завода

холодильников. Высокая, стройная, молодая, как я

потом узнал, ей 44 года, имеет два сына, а кто она?

Оказывается, дочь самого нашего генерала, Павла

Даниловича Гутенко. Но я еще об этом не знаю. Я

просто обратил внимание, что прекрасная дама стоит

одиноко и, как бы сказать, с печалью, и лучше сказать,

с печальной гордостью на лице. Ну, я может быть, как

всегда, преувеличиваю и ошибаюсь.

75

Вот так, как бы, я нарисовал ее портрет, будь у

меня холст и кисточки под рукой. Кажется, она, будто

бы, независимая жена генерала, которого нет

поблизости, но который тут, или не тут, есть он, или

нет, а может пал он смертью храбрых героев. Мне

страшно хотелось подойти и утешить. Сказать доброе

слово. Чем-то хорошеньким и веселеньким позабавить.

Но дама эта не про меня. Даже как для собеседника,

подумал я. Неудобно навязываться в знакомые. Я

старик, и при этом, всего лишь пастух. Хотя и в чине

полковника. Я понимаю, что отработанный материал.

Бывший, но еще живой и мыслящий. Я мыслю, значит,

еще живу. Каждый должен знать свое место. А мое

место на задворках, хотя меня знает все начальство, от

мала, и до велика. Я похож на Льва Толстого, бороду

ношу уже двадцать лет, и я один такой среди

инженеров на всю Белоруссию. А чем я хуже,

собственно, Толстого или Тонкого? Я тоже артиллерист.

На войне был я не Поручик, как Толстой, а

красноармеец, заряжающий орудия. И воевал что надо,

как положено солдату; или грудь в крестах или голова в

кустах. Родина или Смерть. Мне было семнадцать лет.

У меня в ранце, как сказал Наполеон, то есть в вещевом

мешке, маршальский жезл был всегда. А что вы хотите

другой предмет? На меньшее счастье, как в рюкзаке,

на этот чин, я не согласен. Но, черт побери, это все я о

себе, а о ней когда начну писать?

Похожим можешь быть на кого угодно, а вот

умом, вряд ли до кого-нибудь известного дотянешь, тем

более делами. Это я понимаю. И не меряюсь. КУДА

УЖ НАМ, НИКОЛАЯМ. Мы – всего лишь русская

76

земля. И навоз и растения. Сермяжники. А кто наши

отцы? Так что иногда мужик знает, что знает мужчина,

свое место. Нам бы выбиться в люди! Но это стоит

дорого, ой, ё, ёй, как дорого!

Поздоровался я со

всеми, знакомыми и не знакомыми, признательно, что

ветераны обновляются. А к даме так и не подошел,

очень боязно. Она гордо и независимо прогуливается

одна. Стройная, изящная, ну, королева, да и только.

Прекрасная Дама. Наверно, ее создали боги для своего

утешения. Поспрашивал тихонечко, что это за дама?

Никто не знает.

А сердце у писателя, поэта и пастуха стучит, мне

все надо знать. Дама в белом костюме, брюки под

туфли, пиджак нараспашку и рубашка с пояском,

темная со светлыми цветами. Лицо очень скромное, с

прямыми чертами, опущенные гладкие брюнетные

волосы, с челкой на лбу и пониже у шей на боках. Она

по костюму, с переливом брюк, словно модель из

журнала, по лицу, как я уже заметил, жена генерала,

строгая и недоступная. Мы смертные, на таких

прекрасных дам, смотрим снизу вверх, как на картин в

музее. А может я не прав? Преувеличение – это образ

моего мышления.

Я склонен преувеличивать в отношении оценок

дам. На самом деле женщины более люди, чем я

воображаю, по сравнению с мужчинами. Но это, может

быть, я такой слишком стеснительный, не верю в себя,

но обожествляю других, надо и не надо. Но считаю,

что очень хорошее качество любоваться красотой,

восхищаться красотой. На то и писатель, поэт, он

может что-то понять, и почувствовать и даже заплакать.

Я в этом случае чувствую себя настоящим человеком,

77

большим и мудрым. Но, конечно, есть факт, что я

человек противоречивый, не постоянная величина,

типа, что метр – есть сто сантиметров. Человек может

быть короче и длиннее самого себя. Человек – это

ветер. Человек – это море мое. Я видел прибой по

всему Крыму в Севастополе, моем любимом городе и

восхищался им. Видел прибой по всему побережью

Кавказа, в Кабуллети. Сердце мое – море мое. Думы

мои – море мое. Кто не видел моря, тот вряд ли поймет

сердце дамы, кто не увидел сердце дамы, тот вряд ли

увидит сердце моря.

А потом надо учесть, что у человека в мозгах

есть гайка, которая крутится туда – сюда, то

расслабляет, то зажимает пределы разумных поступков.

А потом есть у человека еще что-то такое

необъяснимое. Ну, то, что я ненавижу, а что не знаю.

Ну, то, что люблю, а что не знаю. Как бы дорого

заплатил я доктору планеты, который бы сказал – кто

я? Но такой доктор, только я для себя сам. Какие

каверзные и коварные у человека мысли, только

известны одному Богу? Но он же не телесный, он же

духовный, хочу или не хочу. Как странно. Чувства и

мысли принадлежат природе, продолжению рода и

цивилизованной воспитанности.

Я хочу написать что-нибудь интересное про даму,

а пока, не получается. Пишу пока все про себя. Я про

нее ничего не знаю. Но, когда, я пишу про себя, думая о

ней, это, значит, пишу и про нее. А как же?

Прошли все мероприятия, торжество на улице,

парад, потом парад в Соснах, в Саперной школе.

Посмотрели мы в клубе прекраснейший девичий

концерт. Ух, как девчонки местной школы танцевали и

78

плясали. Прелесть. Смотреть на обнаженные ножки,

одно из чудных величайших удовольствий. В этом

ничего постыдного нет. Даже такому старику, как мне.

Прекрасным любоваться никогда не вредно, особенно

человеческим телом. Для этого существует балет. Для

чего и для того живем мы, Любить и Ненавидеть

правит нами.

Скрывать мне мудрость – нет причины,

Я знаю мудрость не один,

Любите женщину мужчины –

В любви вся красота мужчин.

Вторая мудрость – всем на диво,

Уходит в древность, в глубину,

Все в мире женщины красивы,

Любить, возможно, лишь одну.

А что касается до женщин,

О том спросите сами их,

Они мужчин мудрей, не меньше,

А я – горой стою за них.

Балет. Это чудо. Изящество и виртуознейший

пирутизм женского тела меня всегда приводили в

неописуемый трепет и восторг. Я, как настоящий

мужчина, не хуже других. Я помню еще открытки с

изображением танцовщицы Шелест. Кажется, это

украинская мадонна, балерина после военного

времени. Когда я хожу по лесу, я восторгаюсь соснами

и елями. Я часами сижу в березовой роще и

наслаждаюсь березовыми ножками и кудрявыми

шапками. Так что красота дамы, является вершиной

79

совершенства в природе? Береза или балетница?

Мадам, я вас люблю!

И вот, через некоторое время, нас привезли в лес

под палатку на обед, который устроили спонсоры, под

руководством полковника Момот Бориса Ивановича, во

главе генерал-лейтенанта Гутенко Павла Даниловича.

У большой палатки подняты полы и поставлены столы

буквой «о». Здорово. Столы полны закуски и выпивки.

Выпили, закусили, речи, тосты, все как полагается.

За Победу мы по полной осушили,

За друзей добавили еще.

Я прошлый раз пришел в эту же палатку, но не

подумал, как выйти. Не помню, как добрался домой.

Пьян был вдребезги. Владимир Сергеевич Шамин,

полковник, приятель по военной кафедре, как-то мне

бросил:

– Колька, ты что-то здорово пьешь? Нельзя так,

голову терять. Мы все любим выпить. – Ну, он врать не

будет. Он человек чести. Он Ярославский мужчина.

О, черт возьми, как годы летят мимолетно.

Поэтому, я на этот раз пил только по

полстопочке. Я с боку палатки сидел с Шаминым.

Прошлый год, здесь же, напротив нас сидел Иван

Тихонович Кирющенко с женой. Когда-то он был у нас

начальником военной кафедры. Царство ему небесное.

Представился. Был, и уже нет. Что делает с нами

судьба, и что делают с нами годы? Юрий Иванович

Никифоров, как ведущий томада, объявил перерыв на

пятнадцать минут. Он у нас главный практический

организатор. Штабник до мозга костей. Конечно,

председатель нашей организации генерал-лейтенант

80

Гутенко Павел Данилович. Все господа сидят за

передним столом, как положено. Я благодарен им, что

они создали нашу организацию и поддерживают ее

живучесть. Без них, мы – фронтовики, не могли бы

пообщаться. Святым делом памяти – они занимаются.

Да и вообще не должно умереть то, что должно вечно

жить в памяти народа. А с общественной точки зрения,

там, где нас нет, там другие. Святое место пустым не

бывает. Там, где нас нет, там наши противники.

Вышли мы из-за столов, ходим. Я у генерала Пала

Даниловича и у Чейкина Григория Никифоровича, и

еще у одного товарища, попросил написать и дать мне

их биографии. Хожу я по своим делам и вдруг… на

глаза мне попадается прекрасный цветок. Вижу –

прекрасную даму. Я растерялся, поздоровался,

поклонился, и, вроде бы, она мне подала руку, а я не

понял, но потом сообразил и подал ей свою лапу. Рука

у меня мужицкая, в мозолях, тяжелая и твердая. Она

протянула мне свою ручку повторно. Я уцепился двумя

руками, как медведь хватает добычу. Ну, так здорово,

что я сам себе удивился. Мы представились друг другу,

как-то, совершенно, машинально, я даже не понял как?

– Татьяна! – тихо сказала она.

– Здравствуйте, мадам Я есть, Николай Иванович.

Я, видимо, сослуживец вашего отца.

Ни о каком внимании ко мне с ее стороны не

могло быть и речи. Но она смотрела на меня с

неподдельным интересом. Что это еще за динозавр? Но

я, почему-то понял, что она благодарна мне только за

то, что я с ней заговорил. Одиночество – вещь

пренеприятнейшая. Одинокая дама чувствует себя

81

неловко. Но этого она не показывала. Она знает себе

цену и умеет собой управлять. Никто к ней не

осмеливался подойти. Сколько здесь штабников? Они-

то знали, наверняка, что она дочь генерала. А я – кто?

Я ведь – никто. Ну, из вежливости, хоть кто-нибудь

подошел бы, сказал даме парочку хороших

комплиментов. Так нет же! Все занимаются своими

особами. Старики, да и только, что с них взять? А

может, знают свое место? Ох, уж, мне эти

субординации. Но общество – это пирамида Хеопса.

Кто на низу, тот на низу, даже, если ты отесанный и

отполированный камень.

– НИС – повторно сказал я прекрасной даме, и

качнул головой, подобострастно кланяясь, вытягивая

по-гусиному шею вперед, жаждуя, клюнуть. Она

посмотрела на меня абсолютно просто, как на стоящие

рядом сосны. Ее лицо, абсолютно не тронутое

морщинами, ни на щеках, ни под глазами, не выразило

абсолютно ничего. Но глаза широко открыты. Да и

зачем и что выражать? Я просто засохшая музейная

картина. В свою очередь, я не могу сказать:

– Мадам, улыбайтесь мне. – Но у нее лицо по-

прежнему грустное. Ну, и гусыня! И вдруг она мне

тихо и спокойно некрашеными губами изрекает,

изящным ротиком.

– Татьяна, да, Татьяна. – Она повторила, потому,

что сразу догадалась, что я не поверил, что ее зовут

Татьяной. У меня дома своих две Татьяны, дочка и

внучка. И смотрит она на меня не мигающими глазами,

дескать, что это еще за новости, не хотите признавать,

что я Татьяна? А глаза-то у нее большие и голубые, как,

у моей матери Екатерины Павловны. И она Павловна.

82

Какое совпадение. Я смотрю в них, как в зеркало на

стенке, а может быть в лесное озеро, и вижу всего

самого себя. Ну и чудеса!

– А что такое НИС? – спросила она, как жираф

слона? Поглядев сверху вниз. – Может, вы это мне

объясните?

– НИС – это просто, извините за каламбур,

аббревиатура, Николай Иванович Скатулин. Так,

знаете, я на картинах так подписываюсь.

– А… тогда понятно! – Она впервые улыбнулась

совершенно открытой и незащищенной улыбкой, по

домашнему, как своему или старому знакомому. И

покачала свой изящной головкой. – Понятно! –

Повторила Татьяна, не стирая улыбку с лица.

83

Был я, конечно, выпивши, как говориться, на

взводе, начал рассуждать... И поскольку подошел к

Татьяне, удовлетворяя свое любопытство, то был уже

смелым. Я стал перегружать ее вопросами. И она

охотно вступила со мной в беседу. Она превосходно

понимала, что я младший соратник ее отца, так что ей

стесняться или бояться меня, абсолютно нет повода.

Она была выше меня, как колокольня, общающаяся с

небом, а я всего лишь мужичок с ноготок, ползущий

внизу по земле. С верху виднее.

– Татьяна, почему вы такая печальная? Что-

нибудь случилось? Вы кто, чья будете? Как вы тут

оказались? – Она улыбнулась. – Вот-вот, улыбка вам

идет. Ваш лик подобен проснувшейся луне. Любой

цветок, включая розу, вызывает улыбку в уме или в

душе, но цветок сам не улыбается. А человек, когда

улыбается, становится больше, чем цветок. Улыбка –

это оружие, это флаг Победы. Правда, улыбка бывает

оружием победителя или побежденного. Так вы, кто? –

Но она не успела мне ответить. Всех ветеранов Юрий

Иванович пригласил за столы. И я, не долго думая,

уселся за стол напротив Татьяны.

84

– Я дочь генерала, – продолжала охотно Татьяна,

– Павла Даниловича Гутенко. Надеюсь, вы знаете его?

– И она бросила глаза мимо меня, словно бильярдные

шары, они просвистели около моего правого уха, на

отца, сидящего за главным столом, в пяти метрах за

спиной у меня. Отец, разумеется, видел, что я сижу

теперь рядом с его дочерью, но реакцию на его лице я

не мог читать. Я не хотел оборачиваться. Посчитал это

не приличным делом или поступком.Я говорил о

всякой всячине, молол всякую чепуху, что взбреден в

голову пьяному старику. Можно сказать, что я занимал

одинокую даму разговором, чтобы она не

почувствовала себя, как бы помягче выразиться, чужим

человеком среди своих людей. Татьяна иногда отвечала

на мои вопросы, заданные как бы случайно. А вопросы

я задавал без всякого умысла. Татьяна была со мной

совершенно откровенна. Поведала о себе такое

сокровенное, которое постороннему бы не сказала. Тем

более человеку, с которым только что случайно

познакомилась. Может быть, я оказался в роли

служителя церковного культа. Или юридического

доверенного лица.

– Я была замужем два раза, и оба раза неудачно.

Жизнь как-то не сложилась. Я развелась. У меня два

сына. Мне сорок четыре года.

85

– После такого вашего признания мне можно

петь или плакать. Я искренне изумляюсь, что вам 44

года. Вы такая молодая и красивая. Вы несказанная

невеста. Не печальтесь, у вас все впереди. И муж, и

любовь, и вера. Счастье – это жар птица. Сидишь,

опустив веки, счастье не видишь, а поднимешь глаза, –

оно стоит перед тобой. – Напевал я свои песни.

– Я в свое время окончила балетную школу.

Держу себя в руках. А вы как бы думали? Я не пью, не

курю. Живу скромно.

– Это мне нравится. – Конечно, всем

рассказанным я был удивлен и не поверил бы, если бы

не читал на ее лице искренность и

доброжелательность. К тому же приходилось верить,

потому хотя бы, что Татьяне не было надобности

заводить меня в заблуждение. Я был собеседник, как

поп, толоконный лоб. Похоже, что Татьяне надо было

кому-то высказаться. Поговорить с кем-нибудь. Нам

всем иногда нужен слушатель. И, если он есть, то мы

непременно исповедуемся. А после этого, как после

душа или плаванья в воде, мы чувствуем себя

здоровыми и свободными и душой и телом. И тогда,

как после очищения души и тела, хочется сказать:

О, дайте крылья белые, белые, лебединые нам,

И мы полетим вместе в солнечные края,

Где синее небо, земля и море наше – наш храм,

А в нем – мы живем, вдвоем, только ты и я.

Эти стихи написал я, но они подобны песне, из

древней арабской литературы, созданные в Багдаде

86

тысячи лет назад. Песни стареют, но душа человека не

стареет. Это почему же? Загадка для поэте. А может

потому, что есть на свете прекрасные дамы?

– У вас небесно-синие и открытые глаза, по ним

можно читать детский букварь с картинками.

Художники называют этот цвет Османи. Он связан с

драгоценным природным камнем Лазуритом.

– Что вы говорите? У меня глаза в отца. – И

Татьяна опять бросила цветные шары Османи на отца,

кивнув в его сторону головой. Я четко слышал шелест

бильярдных шаров. Они пролетели мимо моей головы,

касаясь звоном моих ушей. Вот так надо гордиться

своими отцами. Была дважды замужем, а фамилию

носит отца. Чужая грязь – не пристает. Человек

обретает себя, когда он любит себя. И уважает других,

так же, как себя. Да, я вспомнил, что у генерала глаза

такого же цвета, но только уже немного выцветшие, как

у человека в возрасте. Генерал седой, как снежная

январская папаха на пьедестале.

– Тенечка, напишите мне что-нибудь на память, –

обратился я к ней, чувствуя, что мы скоро расстанемся.

Время нашего застолья подошло к концу. Я подал ей

листок бумажки и ручку. И вот что она мне написала:

«Пусть каждый день принесет вам хоть

маленькую радость». Подпись: «Т. Гутенко»

размашисто с тремя завитушками. А ниже еще

прописью добавила: «Гутенко Татьяна Павловна».

Слева наискось еще приписка: «У меня два сына, 23 и

17 лет. Стас и Антон». – И подала мне бумагу и ручку.

А я подумал, что никогда не повредит взять у дамы

автограф. Уходишь на миг, прощайся навек.

87

– Отец подает знак, – сказала она. – Мне пара

идти. До свидания. Мы еще увидимся. – И она подала

мне свою маленькую ручку, прямо вытянув ладошку с

тоненькими пальчиками.

Вот и все. Мне очень хотелось о Татьяне узнать

какие-нибудь подробности. Где она родилась, где

училась, работала? Как познакомилась с мужьями и

почему разошлась?

Я смотрел на себя через Татьяну, а на Татьяну

смотрел через себя. В двух зеркалах можно увидеть

лицо и затылок. Прощай мое зеркальце. А солнце-то,

по-прежнему светит мне и отражает прекрасную даму.

Прошел опять год. Сколько я написал, о чем я

написал, о чем я думал, что я чувствовал? И я и сам не

знаю. Но я всегда помнил о Татьяне. Она всегда была

солнцем, утром всходила и вечером заходила. Только и

всего. А разве можно любить солнце?

Точка на бумаге всегда точка... В солнце на небе

всегда солнце.

№5

И надо было случиться, что я познакомился с

генерал-лейтенантом Павлом Даниловичем, что

называется вручную, как мужик с мужиком, после

окончания армейской службы, в запасе, когда офицеры

инженерных войск создали свою общественную

организацию.

– Полковник запаса Момот Борис Иванович, –

говорит Павел Данилович, – бывший начальник штаба

инженерных войск округа, – был вдохновителем,

организатором, и создателем нашей общественной

88

организации из офицеров и сержантов запаса

инженерных войск. – И продолжил:

– В то время, я еще находился на военной

службе, – пояснил Павел Данилович, – Я числился

почетным Президентом общественной организации

инженерных войск Белорусского военного округа. А

вот когда уволился из Советской Армии в августе 1989

года, был избран Президентом на общем собрании

воинов запаса и в отставке инженерных войск.

№6

Я решил, что, пожалуй, надо назвать фамилии

первых членов нашей общественной организации. Ну,

первым лицом был Момот Б.И. Говорят, что

поддерживал негласно нашу организацию, до своей

гибели,10 января 1975 года, генерал Абашин Д.А.

Активное участие принимали Мокрюков И.Ф.,

Баранчук, Митянин, Гутенко П.Д. И активно

поддерживали и принимали участие все первые члены:

Басаманник Р.И. Безуглый П.И. Бондарь М.Е. Будыка

Н,Х. Культясов В.М. Мешков А.Н. Поспелов Н. А.

Мисник В.П. Панченко М.Н. А затем у меня фамилии

только офицеров кафедры БПИ: Воробьев В.Ф,

Скатулин Н,И, Галкин Н.В, Демидов Н.А, Ермилов Г.А,

Кирющенко И.Т, Козуб С.Н, Кошкарев В.Г, Козин Е.Ф,

Касатов А.Т. Лебедев Б.П, Мазанов Н.Ф, Мельник Н.А,

Миронов А.Н, Мазунин Н.А, Павлов М.И, Степанюк

Г.Я, Семенов П.Ф,Хоменко Н.П, Шамин В.С, Шипицин

Н.Ф, Разинкин В.В. И многие, многие другие офицеры,

которые выпали из моего поля зрения.

Следует отметить, что почти все мои товарищи

имеют воинское звание полковников. А среди них два

89

генерала. Один сапер имеет чин генерал-майора, – это

Культиясов Владимир Михайлович. А главный наш

саперный генерал – это генерал-лейтенант Гутенко

Павел Данилович. Он самый старший по воинскому

званию, воинскому образованию и по занимаемой

воинской должности.

Замечу сразу, что Павел Данилович по своему

характеру простой и доброжелательный человек.

Отечеству служил верой и правдой 35 календарных лет.

Став генералом, он не кичится своим генеральским

званием, но знает себе цену.

– Знаете, – сказал мой приятель поговорку? – И в

Африке, генерал, есть генерал. Надо уважать.

А раньше, я знал в его чине генералов, как

Мельникова, и даже полковников, таких, как Жора

Живолуков, которые десяткам полковников, на фронте

и в повседневной армейской жизни в казарме и на

полигоне, не подавали руку, а железно приказывали:

– Вперед! Иначе, расстреляю! – слова звучат не

шуточно, слишком сурово.

Многие думают сейчас превратно, что наша

Победа возникла над врагам естественно, подана была

или досталась нам на тарелочке и с голубой каемочкой.

Неправда! Мы, советские солдаты, бессмертно гибли

миллионами на поде боя, не щадя своего живота по

приказу гения Сталина. Враг был неумолим и

беспощаден. Другого выхода не было. Смерть – за

смерть! И мы – Победили!


№7

Я понимал, что рапорт принимали начальники от

подчиненных по стойке смирно, под козырек, в

90

развернутом двух шириночном строю солдат,

сержантов и офицеров. А я теперь, с генералом

обращался как со своим товарищем.

– Привет, Павел Данилович!

– Привет, Николай Иванович! – Я его видел в

штабе округа еще полковником. Он был когда-то, в

принципе, косвенно, моим прямым начальником, я на

военной кафедре БПИ, а он – в штабе округа КБВО.

Но, первый раз я увидел его все-таки, полковником, в

должности Начальника инженерных войск КБВО,

окончившего академию Генерального штаба – ГШ. О

чем я не знал. Это высота высот. Эта штука – не

каждому по плечу и дается в руки всем, а как

исключение отдельным трудолюбивым лицам. Ничего

случайного не бывает, все закономерно. Почитайте, что

я напишу. Начальник инженерных войск КБВО,

единственный в Советской Армии генерал, который

написал и защитил кандидатскую диссертацию в

феврале 1984 года, находясь на военной службе в

строю, на тему: «Инженерное обеспечение

маневренной группы фронта». Строгая комиссия из

членов всех родов войск утвердила диссертацию. Вот

так. Прямо скажем, что не зря человек окончил

академию Генерального штаба. И заметьте, что Павел

Данилович все время учится и учиться. Уже

Генштабист, дальше уже учиться негде и не на кого. А

кто он был? Деревенский мальчишка! Не было бы

Советской власти, то он пас бы коров, как и я. А

Советская власть, после Революции, еще раз доказала,

что не только боярам, то и простому человеку, холопу,

доступно любое образование. И дело тут не в голубой

крови господ, а в желании и умении распоряжаться

91

силой своего крепкого духа и силой своего волевого

ума.

Хочу привести изречение Великого философа

Карла Маркса, без кавычек, по памяти. В науке нет

широкой столбовой дороги, и только тот достигнет

сияющих вершин, кто не страшась усталости

карабкается по ее каменистым тропам. Вот, Павел

Данилович и есть «тот», который достиг сияющих

вершин в образовании. Завидуйте! Я завидую его

неиссякаемому упорству и настойчивости в

достижении Победы над собой.

Но это оказывается еще не конец

совершенствования своих возможностей. Прослужив в

Советской Армии 45 лет, от Рядового наводчика ПТР

до Генерал-лейтенанта, Начальника инженерных войск

округа, если считать по военному, фронта, он

избирается профессором Российской военной

Академии наук в 2003 году, хотя он живет и работает в

Минске. Но он и там работает на общественных

началах. И это не все. Павел Данилович ведет

громаднейшую общественную работу. Он избирается

вот уже 19 лет бессменным руководителем, скажем

просто, общественной организации воинов запаса

инженерных войск. А это очень большая, трудоемкая

работа. В организации сейчас более сто членов по всем

городам Беларуси. Павел Данилович неугомонный и

неуемный человек. А ему уже исполнилось 80 лет от

роду.

№7

А, в общем-то, в жизни неизмеримо все просто, и

все сложно. Надо же? Судьбы у нас, у Павла и меня,

92

идентичны. И я хочу переплести обе судьбы, сравнить

и посмотреть, что из них получилось в результате

нашей жизнедеятельности. Судьбы наши, то есть

Звездные Планиды, на каком-то этапе схожие, он –

Павел и я – Николай, как одно лицо. Мой генерал-

лейтенант Павел Данилович Гутенко, на три дня

старше меня по возрасту. Но старше меня по воинскому

званию на две звезды. И я не могу сказать, как

Суворов:

– Матушка царица, ждем-с очередной Звезды.

– Этого я сказать не могу. – Я всего лишь

полковник. Моя Звездная Планида на этом закончилась.

А Звездная Планида Павла Даниловича достигла

высоты генерал-лейтенанта. Я и тем безмерно

счастлив. И на общественной лестнице, он поднялся

выше, чем я. Он родился 15, а я 18 ноября 1927 года,

но, условно, в разных концах света. Я родился в

Устюжне, Вологодской области, а он в селе

Постальное, Сумской области на Украине. Между нами

расстояние в пределах одной тысячи километров. Город

Сумы во время войны был занят немцами, и находился

на самом выступе Курской дуги, юго-западной части. А

до Устюжны немцы не дошли 150 километров. Они

шесть раз пытались захватить город Тихвин. Но

вологодские мужчины не дали им это сделать. В

Устюженском районе погиб на войне каждый пятый

мужчина. И, по сути говоря, немцы за эти смерти, нам

еще не ответили по полной программе. Надо учесть,

сколько еще не родилось детей, от погибших мужчин

на войне, по смертной вине немцев, или точнее сказать

германских варваров. Перевожу, что германец по-

русски – кричащий. Так их прозвали римские патриции

93

еще до нашей эры. Они же германцев прозвали

вандалами и варварами, что значит, разрушитель

культуры.

№8

Так что, мы оба, Павел и я, узнали, в

подростковом возрасте, что такое война. На

оккупированной территории, наверно, было жить

труднее, но и у нас в тылу было не слаще.

Иждивенческая норма хлеба у нас была по карточкам

400 грамм, и никакого приварка, только вода из реки

Мологи.

Повел и я, с грехом пополам, окончили по 7

классов средней школы. Страна наша строилась и

воевала с внешними и внутренними врагами. Что

правильно было, что не справедливо, об этом надо

проводить специальное расследование, а это не наша

задача. Об этом уже написано много: правды и

неправды. Но я отмечу, что весь наш детский и

юношеский путь проходил через войны: с японцами у

озера Хасан, и реки Халхин-Гол. Пережили мы

Финскую войну, войну с басмачами в Средней Азии. С

этими националистами она длилась годы. Бала

Испанская война, Советско-польская война 1939 года.

И вот, Великая Отечественная война 1941 года,

вписалась в нашу жизнь с оружием в руках.

Октябрьскую Революцию 1917 года и

гражданскую войну, мы, ни я, ни Павел, не застали

лицом к лицу. Но наивно думать, что Революция в

России, а потом в Советском Союзе, длилась месяц или

год, а Гражданская война два года. Заметим, что

Гражданская война внутри страны шла и день, и ночь

94

многие годы. Каждый день людей арестовывали,

судили, отправляли в лагеря и расстреливали пачками.

Гражданская война Виртуально шла до самой Великой

Отечественной войны. Поэт, кажется, Брюсов, писал, и

не случайно:

Сегодня бой и завтра бой.

Покой нам только снится.

№9

И когда нам исполнилось по 17 годов, мне и

Павлу, в ноябре 1944 года, нас привали в Красную

Армию, послужить Отчизне душой и телом, не щадя

своего живота. Меня отправили полюбоваться

Северным сиянием, в Петсамо и Киркенес в Норвегию.

А Павла отправили сначала в город Муром, на

формировку, в подчинение сержанта Мавританова, в

пехоту, в роту ПТР, наводчиком. А потом в апреле 1945

года в Чехословакию под город Брно, в ста километрах

севернее Вены. Вот так, начинались наши военные

судьбы. Нам было по 17 лет, а мы уже были на фронте

в бою с проклятым врагом.

Я – рядовой красноармеец, был назначен

заряжающим второго орудия, сержанта Шевелева. А

Павел стал, как я уже заметил, наводчиком ПТР. Это

большое противотанковое ружье, метра три с

половиной длиной, и весом более 30 килограммов.

Каждый солдат знал солдатскую шутку-прибаутку,

которую произносили со среднеазиатским акцентом.

– Большой-большой ружье – на одного, а

маленький-маленький котелок для каши – на двоих.

Павел провоевал в 6-й Гвардейской танковой

армии с апреля по май 1945 года наводчиком ПТР, в

95

роте ПТР. А я, тоже с апреля по май 1945 года, в 199

ОЗАД, 1-го корпуса ПВО, генерала Короленко, в

первой батарее, капитана Андриянова, в огневом

взводе лейтенанта Токарева.

Ну, подвигов на войне мы не успели совершить.

Были на войне мужчины постарше нас, которые шли

впереди. Как говорится, на войне в бою с Германией,

медали нам не дали. Но нас наградили величайшей

наградой, самой важной из всех наград. Нас наградили

самой высокой и высшей медалью, я считаю золотой:

– Медалью за Победу над Германией в Великой

Отечественной войне 1941–1845 годов.

№10

Великая Отечественная война закончилась

Победой, и нам повезло, Павел и я, остались живы и

здоровы. Но на нашем юношеском пути была вторая

война, о которой мы знали заранее и ждали ее без

страха и сомнения. Война с Японией. Замечу, что

человек природой награжден психическими и

психологическими качествами героизма и страха. Так

вот, у меня лично, в семнадцатилетней молодости, был

в сердце и в уме героизм, а страха войны не было. Но

сердце всегда трепетало. Бесстрашных людей не

бывает. Страх – это защитная реакция, как стена

живого существа для спасения жизни. Я помню с

детства, как у пойманной птички билось сердце. И зря

отрицать, что я или Павел, были бесчувственными. Но

мы были великими патриотами своей Родины. Мы

были воспитаны и закодированы патриотами,

Советской властью и партией ВКП/б/, будучи

октябрятами, пионерами, комсомольцами. Свое

96

бесстрашие, я теперь объясняю еще тем, что я не ходил

в атаку, а стрелял по противнику издали. Но сначала

боя было немного страшновато и жутковато. Живой

человек. Сердце не каменное и разум не лишен

рассудка.

У Павла было другое дело, чем у меня.

Представляю себе, как немецкие танки с пехотой идут

в атаку на огневую позицию Павла. Я вспоминаю

Твардовского, героя его Васю Теркина:

Вот, лежишь в канаве,

А на сердце маята,

Вдруг, как сослепу задавит,

Ведь не видит ни черта.

Я, думаю, что отлично понимаю Павла, что

сначала, храбрость тут не причем, немного страшно и

жутко. А в деле боя человек забывает о страхе. Это

становится посторонней вещью и некогда думать о

страхе и открывать рот, надо работать, целиться и

стрелять.

№11

Судьбу нашу по время войны, определяла

мировая обстановка, в лице Сталина, Гитлера

Черчилля, Рузвельта, японских завоевателей. А

Генеральный Штаб Красной Армии намечал позиции

армии, кому, где и когда быть. И мы, по велению живых

Богов, поехали на вторую войну, на Дальний Восток.

Павел со своим ПТР, успешно доехал до Улан-Батор. И

в составе 16 механизированной бригады, первого

батальона, по-прежнему был в роте ПТР наводчиком.

97

Сначала в городе Каткове. Он день, и ночь готовился к

походам и к боям. Нам красноармейцам командиры

много спать не давали. Через день на ремень в караул.

Через два на кухню. А через три на полигон, выполнять

огневое упражнение, из закрепленного оружия,

винтовки, автомата и ПТР.

А где и как мы спали? Где придется, и, как

придется, сидя и стоя. Хорошо, если удастся протянуть

ноги. Шинель, плащ-палатка и вещмешок, вот все

имущество. Я за шесть месяцев во время войны на

Севере, не снимал с ног ботинки и обмотки, чтобы

поспать.

Павел, как я понял теперь, уехал на Восток

раньше меня из Германии, в составе 6 Гвардейской

танковой армии может на месяц. Но и я, около этого

времени, был снят с огневых позиций под городом

Петсамо, подъехавшими грузовыми автомобилями ни

свет ни заря. В это время на Севере, солнце не сходит с

высот. Наши орудия зацепили студебекеры, мы

погрузили ящики со снарядами и поехали. Даешь

Дальний Восток! И через пять часов по горам и ухабам

нас привезли в Мурманск. Пришла баржа с

боеприпасами, и нас погрузили на литерный поезд,

который помчался на юг, в неизвестном направлении.

Но мы знали, куда нас повезли, ясно дело, на войну с

Японией. А вслух, даже между собой красноармейцам,

высказывать эти мысли было нельзя. Это военная

тайна. Недремлющее око начальника Особого отдела,

или Смерш, всегда контролировало секретную

обстановку среди личного состава.

– Товарищ лейтенант, куда нас везут? – Все-таки,

я допытывался у лейтенанта Токарева.

98

– Скатулин, помалкивай! Это не наше дело.

– Есть помалкивать!

Мы так спешили, так торопились и вдруг, в

городе Кандалакша, наш эшелон загнали в тупик. А

потом подогнали в погрузочной площадке. Пришел

комендант и подал команду:

– Разгружайся! На разгрузку даю вам два часа.

И все. И моя война с Японией не состоялась.

Наша часть там не понадобилась, особенно было не

нужно там наше вооружение. Всех старослужащих

красноармейцев и офицеров погрузили в «телятники» и

отправили опять в неизвестном направлении. А нас

молодых, 17 красноармейцев, устюженских ребят,

оставили охранять орудия и боеприпасы. А потом и

охрану сняли. Орудия были уже никому не нужны. Я

проезжал мимо на поезде, они так одиноко стояли,

задрав стволы в небо.

№12

А в это время Красная Армия на Дальнем

Востоке разделывалась с Квантунской Армией Японии,

стоящей в Китае на границе СССР в горах Хингана и

Манчжурии. Однако, Павлу повезло, он в горах

большого Хингана отличился. И как? Над колонной

автомашин появился японский самолет разведчик.

Машины остановились, используя маскировку

местности и растительности. И что вы думаете? Павел

приспособил к борту грузовика своей знаменитый ПТР

и начал стрелять по японскому самолету.

– Трах! Бах! Выстрел, второй!

99

И самолет наклонился на крыло и пошел к земле

в штопоре. Павел сбил его. Кругом красноармейцы

ликовали. Еще бы, первого встреченного японца и

сбили. И кто Павел из ПТР. И Павел получил первую

заслуженную в бою награду их рук командира корпуса.

– Рядовой Гутенко, выйти из строя!

– Есть выйти из строя! – четко ответил Павел.

– Ты отличился по собственной инициативе в

бою, сбил японский самолет. Награждаю тебя, товарищ

красноармеец Гутенко, медалью «За боевые заслуги»!

Так держать и дальше. Товарищи красноармейцы и

командиры, ставлю красноармейца Гутенко в пример, –

сказал генерал перед строем красноармейцев. –

Поздравляю с наградой. – И генерал пожал руку Павлу.

Не каждому красноармейцу удавалось пожать руку

генерала и получить из его рук медаль и поздравление.

№13

Павел проехал со своим ПРТ Монгольские

степи, пустыню Гоби. Участвовал в освобождении

многих городов Китая от японских самураев. Сейчас

нет надобности, перечислять все города, и населенные

пункты, которых в Китае великое множество, за

хребтом Великого Хингана, на равнине. Но вот

название некоторых крупных городов, которые

отвоевывал Павел в составе роты ПТР: Мдзинь-джоу,

Та-нань, Залив, Порт-Артур, и многие другие. И

служил красноармейцем Павел около 7 лет срочную

службу в Красной Армии.

№14

100

А я, после расформирования части, Вместе с

начальником штаба капитаном Сивковым, был

отправлен на пересыльный пункт в Мурманск в первый

военный городок, и был определен в саперный

батальон, в учебный взвод, в город Кола. А потом

переведен в Петсамо, туда, где я раньше воевал, в

Луостари. И я около 7 лет занимался разминированием

западной части Кольского полуострова, от реки

Титовки до Норвегии. Разминировал город Никель и

всю его округу, Советско-Норвежскую границу,

Кириикваиш, высоковольтную линию.

У Павла в печенках сидит Китай, а у меня Север.

Мы срочную службу служили почти по 7 лет. И не

плакали и не жаловались на свою судьбу, и на

начальство и Советскую власть не роптали. А теперь

некоторые молодые люди не хотят отслужить два года в

армии. Ладно, оставим этот разговор. Но я опять

отмечаю, что наши военные судьбы идентичны,

сходятся один к одному.

№15

В то время, когда мы отслужили почти по 7 лет,

Советская Армия, еще при жизни Сталина, потеряла

младшие офицерские кадры. Видимо, командование

праздновало Великую Победу над кованым врагом и

залечивало раны страны. Надо было восстанавливать

большую часть Советской Европы, разрушенную

фашистами донага, как не разрушали страну

завоеватели татары и монголы, Тимур и Хан Батый.

И в это время в Советской Армии был нарушен

кадровый баланс офицерского состава. За шесть

101

послевоенных лет, было мало открыто военных

училищ с 3-х, 4-х годичным образованием. Старшие

офицеры по возрасту уволились, а младшие офицеры,

участники войны, заняли их должности, от командира

роты и выше. А младших офицеров, командиров

взводов, их не только не было, а они порой полностью

отсутствовали в воинских частях. Если можно так

выразиться, то, Советская Армия по кадровому

вопросу, села на мель. И Генеральный штаб нашел

выход их этого положения. Был издан приказ: открыть

одногодичные курсы лейтенантов для рядового и

сержантского состава, из числа участников войны.

Вот тут-то нам и повезло, И Павлу и мне.

Практически из деревенских мальчишек, с семи

классами образования, считай, что почти

безграмотных, Советская власть решила сделать

офицеров. И сделала. Выучила достойную смену

командиров для Советской Армии. Еще раз, после

Революции 1917 года, доказала, что не только господ с

голубой кровью, но и холопов мужиков можно выучить

и сделать из них суворовских командиров и генералов.

Вот на такие одногодичные курсы, Павел и я,

были направлены командованием частей со сдачей

экзаменов по математике и русскому языку. Я

экзаменов не боялся. Я в 1950 году готовился к

увольнению в запас, самостоятельно изучил

математику Киселева. А писать я писал давно и

сотрудничал с газетой «Патриот Родины» Беломорского

военного округа. Была контрольная по математике,

диктант по русскому языку, и устное собеседование.

Экзамены комиссии в Петрозаводске я сдал успешно,

102

на четверку, и был зачислен на курсы в Ленинградское

инженерное училище, ЛВИОЛКУ.

А Павел на Дальнем Востоке проходил такую же

процедуру приема на курсы лейтенантов. Он учился в

Порт-Артуре, а я – в Ленинграде, в инженерном

училище, в Михайловском замке. И заметьте, опять

полное совпадение наших судеб, начали учиться в один

день и в один день окончили курсы, 30 апреля 1951

года. Мы стали командирами саперных взводов, Павел

учебного, а я – минной роты. И служил Павел на

Дальнем Востоке, в общей сложности около 15-ти лет,

дослужился до полкового инженера. И получил чин

майора, что в переводе, значит, «Мэр города»

№16

И в это время Павел не терял время даром. Он

занимался прилежно воинской службой и учился в

вечерней общеобразовательной школе, не много не

мало, а целых 4-ре года, с 8 по 11 класс. Иногда школа

находилась на расстоянии 12 километров от гарнизона.

И он, эти иногда, ходил пешком после занятий в

гарнизон домой. Вот, как велика было жажда учиться.

День на военной службе, в части и на полигоне, а вечер

по полуночи в школе. А дома, в китайской фанзе семья,

молодая жена Зинаида Васильевна, и сын Валера. А на

каждом новом месте службы, надо обстраиваться и

создавать для семьи какие-то минимальные жизненные

удобства. А на службе спрос с ученика офицера

двойной, дескать, ты находишь время и силы для

учебы, давай выполняй и эти дополнительные

обязанности. В не школьные дни начальства требует,

103

чтобы ты приходил на подъем к 6 часам и уходил после

отбоя, в 11 вечера.

А в школе ученику, как известно, независимо, что

ты офицер и находишься на военной службе, задается

домашнее задание по всем предметам. И так же

проверяется домашнее задание устно и письменно на

уроке. И надо выполнять задание и готовиться к

устному ответу. Учителя, как известно, в журнал ставят

оценки. В случае пропуска занятий и неуспеваемости,

сообщают командованию и отчисляют из школы. Но

мы учились, и нас было не сбить с этого правильного

пути учебы. Кто не учится, тот духовно и морально

умирает на корню, – сказал я сам себе.

И вот теперь представьте опять совпадение. Я,

как и Павел, в это же время, в эти же годы, учился в

Слуцкой вечерней школе при Доме офицеров 4-ре года,

и тоже получил аттестат зрелости. И независимо друг

от друга, находясь на расстоянии 10-15 тысяч

километров, мы оба готовились поступить в

инженерную академию имени Куйбышева в Москве.

Павел рапорт подал на командный факультет, я – на

инженерный. Это было в 1956 году.

Я считаю, что мы – Павел и я – достигли личным

великим трудом, звездных золотых погон на плечах, и,

получив среднее образование, аттестаты зрелости,

совершили подвиги. Звезды и аттестаты – это наши

ордена за смелость и храбрость в учебе и в

трудолюбии. Стоимость их не возможно оценить, как

лично для нас, так и для государства. Кто не учится, тот

умирает. Но наш труд, как говорит русская поговорка,

это только грибки, а ягодки впереди. Я по памяти

приводил высказывание гения философии Маркса,

104

поэтому без кавычек. И опять. В науке нет широкой

столбовой дороги, и только тот достигнет ее сияющих

вершин, кто не страшась усталости, карабкается по ее

каменистым тропам. Это истина в первой инстанции.


№14

Павлу пришел вызов из академии, командный

факультет принимал до 32 лет, а мне пришел отказ по

причине, что согласно, нового приказа, я устарел

годами. На инженерный факультет стали принимать

вместо 32, до 28 лет, а мне было уже 29 годиков. Вот

тут-то наши пути военной биографии разошлись.

Повел поступил а инженерную академию в 1956 году и

окончил 1964. И был направлен для прохождения

дальней военной службы в город Львов на должность

подполковника, сначала офицером инженерного

управления, а потом старшим офицером.

Академический значок, и прилежность к службе,

позволяли двигаться ему по карьерной лестнице вверх.

№15

А я, прозябая превратно на различных и

временных должностях, оставался старшим

лейтенантом, то зампотехом, то помощником

начальника штаба, то исполняющим начальника штаба

саперного батальона. И я рассердился сам на себя. Не

знаю что делать? Хочу учиться и все тут. И тут выходит

постановление Совета Министров СССР, за подписью

Хрущева, о разрешении офицерам, участникам войны

учиться в гражданских ВУЗах заочно, без сохранения

офицерского денежного содержания. И одновременно

приказ Министра Обороны о том, что на период учебы,

105

сдачи экзаменационных сессий, месячная зарплата

ограничивается до ста рублей. Меня устраивали любые

варианты учебы.

Я подал рапорт командующему 5-ой армии,

генералу Калиниченко, с просьбой разрешить мне

учиться в гражданской ВУЗе, в БПИ, в Минске, в

Белорусском Политехническом институте. Ох! Сколько

было недовольства со стороны командиров и

начальников. Начиная от командира дивизии генерала

Иванова, с которым я был на командных учениях, как

помощник дивизионного инженера, в подчинении

подполковника Лебедева Б.П., и до начальника штаба

саперного батальона майора Степанова. Все меня

уговаривали и не хотели отпускать для сдачи

вступительных экзаменов. Но приказ командующего

есть приказ. Меня отпусти сдавать экзамены за свой

счет, без выплаты денежного довольствия офицера. Я

сдал экзамены на заочный строительный факультета по

профилю промышленное и гражданское строительство.

И, стал учиться, выполняя домашние задания и

отправляя их на факультет. Как говорится в песне:

«Трудно было очень, но баранку не бросал шофер». По

два раза в год на месяц, я приезжал на

экзаменационную сессию в институт, без содержания

денежного довольствия, и сдавал экзамены. Я, и моя

семья, жена и две дочери, оставались на месяц без

денег. Мне давали на месяц жалкие крохи, сто рублей, с

вычетом подоходного налога и уплаты партийных

взносов три процента.

№16

106

Таким образом, у меня и у Павла, опять

получилось небольшое совпадение судеб. Он учится в

академии, а я учился в институте.

– Наплевать на эти жалкие деньги, – сказала моя

жена Тамара Федоровна мне. – Мы проживем и на

одном хлебе, как жили во время войны. – Вот какие мы

были настырные победители.

– Учиться, учиться и еще раз учиться, – как нам

завещал великий вождь мирового пролетариата В.И.

Ленин. Мы не обсуждаем Ленина. Мы правильно

цитируем его умные мысли созидания.

Павел служил в Львове и имел большие

перспективы роста. Он женился на Зинаиде Васильевне

в городе Сумы, имел сына Валеру и дочь Татьяну и был

в семье счастливым мужем и отцом. Чего же еще надо

победителю?

А я учился заочно шесть с половиной лет. Но в

моей судьбе то же произошли изменения. Господин

Хрущев, генеральный секретарь КПСС и прочее и

прочее, сокращал варварским путем Советскую

Армию. Военные самолеты, корабли, подводные лодки,

танки и артиллерию резали, рубили и бросали ржаветь

сотнями и тысячами единиц. Бросали укрепления,

ДОТЫ, казармы и аэродромы на произвол

разграбления. Сокращали полки, дивизии и армии, или

делали их «кастрированными». Например, в

Белоруссии, 4 танковая дивизия было полностью

уничтожена, а 29 гвардейская танковая дивизия

подверглась «кастрации», то есть значительному

сокращению. Моя должность помощника начальника

штаба осталась, но меня сверху потеснили, и

предложили понижение. Я посоветовался с женой

107

Тамарой Федоровной и после 16-летней военной

службы в армии, я решил уволиться в запас.

Решительно отказался идти на понижение в должности,

и попросил вывести меня за штат на увольнение. А

вновь назначенный командир батальона подполковник

Хорев, устроил мне скандал.

– Ни о каком увольнении и не думай! У меня в

батальоне не хватает взводных. Пойдешь командиром

взвода понтонного парка. Во взводе двадцать 29

автомашин и 29 разгильдяйских шоферов. А ты по

образованию техник-механик, офицер со стажем. Там

наведешь порядок с техникой и людьми. Тем более, ты

учишься. Человек перспективный. Я тебя не могу

уволить из армии. Я что с неучами останусь?

– Извините! Я вам сказал, что на понижение не

пойду. И точка! Выводите за штат и подавайте на

увольнение.

– Этого сделать я не могу.

– Тогда, – я пошутил и засмеялся. – Я останусь в

батальона, если буду назначен на должность командира

батальона. – Он не сразу сообразил.

– А мне куда деться?

– В запас! Что, не хотите?

– Я бы не против отдать вам должность. Но мне

не хватает одного года до пенсии.

– Значит, служите, а меня увольте.

№17

На этом мы и разошлись. Я его больше никогда

не видывал. В саперном батальоне учился в институте

только один я. И кадровики штаба дивизии, не захотели

108

меня увольнять из армии. Помощник Бельчика сказал

мне:

– Что вы думаете, ученых мы будем увольнять из

армии, а неучей оставлять? Что нам скажет начальство?

Нет, так не пойдет, товарищ Скатулин. Вы учитесь в

институте, и мы для вас найдем подходящую

должность, может быть сначала не высокую, но потом

получите назначение соответствующее вашему

образованию. – И действительно, мне предложили

свободную должность, но секретную. Подполковник

Бельчик, мы жили в одном доме в Слуцком парке,

утром предложил.

– Нашлась для вас перспективная должность, по

званию и окладу не высокая. Но у вас будет полная

возможность учиться. Под Минском в военном городке

Марьиной горки формируется новая секретная часть,

закрытая, я о ней ничего не знаю. А вы, как раз тот

специалист, который там нужен. – Он подумал и

добавил.

– Должность называется инструктор по

спецподготовке. Вероятно, у вас не будет никаких

подчиненных. 8-я танковая дивизия сокращена.

Освободилось много квартир. Городок большой. И там

вы получите кечевскую квартиру. Что я вам

рассказываю, вы городок знаете лучше меня.

Соглашайтесь. А потом, когда закончится кадровая

чехарда, для вас найдут должность повыше. Воинская

часть подчиняется Москве. И, наверняка, не пропадет

вана 16-ти летняя служба в армии.

– Уговорили, товарищ подполковник! Согласен!

– Я сегодня же представлю вашу фамилию

кадровикам в штаб округа с хорошим отзывом. Я вас

109

хорошо знаю, вы часто замещали начальника штаба

батальона, в том числе и в дни венгерских событий.

– В таком случае я готовлюсь к отъезду.

№18

Таким образом, у меня и у Павла, опять

получилось небольшое совпадение судеб. Он учится в

академии, а я учился в институте.

– Наплевать на эти жалкие деньги, – сказала моя

жена Тамара Федоровна мне. – Мы проживем и на

одном хлебе, как жили во время войны. – Вот какие мы

были победители настырные.

– Учиться, учиться и еще раз учиться, – как нам

завещал великий вождь мирового пролетариата В.И.

Ленин. Мы не обсуждаем Ленина. Мы правильно

цитируем умные мысли созидания.

Павел служил в Львове и имел большие

перспективы роста. Он женился на Зинаиде Васильевне

в городе Сумы, имел сына Валериана и дочь Татьяну и

был в семье счастливым мужем и отцом. Чего же еще

надо победителю?

№19

А Павел, мне уже хочется сказать, Данилович,

уже подполковник, в перспективе на получение звания

полковника, вполне еще молодой академик, получает

предложение, выше некуда, отправиться на курсы

слушателем в Академию Генерального штаба на два

года учебы.

– Курсы слушателя Академии Генерального

штаба, – как-то заметил Павел Данилович. Мне

буквально свалились на голову. Мне надоело всю

110

жизнь учиться. И тем боле опять сдавать экзамены. Я

под эти предлогом отказывался от Академии ГШ. А

мне сказали:

– Да, на курсы академии ГШ зачисляю без

экзаменов при положительной аттестации по службе,

хорошем здоровье, молодом возрасте и при

перспективе по службе. По всем параметрам я

подходил для курсов. И я дал согласие и поехал в

Москву учиться в Академию ГШ.

№20

А я прибыл в Марьину Горку и попал в

засекреченную казарму, кажется, в четвертую от

проходной. В ней формировалась 22 рота спецназ, а я

при ней по штату состоял инструктором по

специальной подготовке, для обучения разведчиков

минно-взрывному делу и подрывным работам. И я

прослужил в этой должности два года. Сделал семь

прыжков с парашютом под Полоцком в Боровухе.

Успешно окончил три курса института, не выезжая на

сессию, а наездом в Минск, защищал выполненные

домашние и лабораторные работы, сдавал зачеты и

экзамены по вечерам.

Меня особенно не притеснял командир роты

капитан Сазонов. А выше начальства около меня

сначала не было. Я был назначен приказом начальника

разведки ГРУ ГШ Советской Армии, а оно в Москве.

Потом роту передали в ведение штаба округа. Моим

прямым начальником стал полковник Свешников,

начальник 4-го отдела разведывательного управления

КБВО. Это был старый разведчик диверсант – золотой

человек. А в разведке порядки совсем другие, чем в

111

войсках. Человека ценят не по должности и званию, а

по уму и способностям. Здесь я оказался в своей

тарелке с голубой каемочкой.

– Николай Иванович, – обращался ко мне

полковник Свешников, как только приходил в роту, –

ты научи моих ребят всем тем делом, которым сам

владеешь. – И он мне рассказывал, чему надо учить

ребят. Я был в разведке на хорошем счету. Сам генерал,

главный разведчик, приехал и предложил избрать меня

секретарем партийной первичной организации. А

потом Свешников предложил мне должность

Начальника инженерной службы – инженер, бригады

специального назначения с майорской должностью. Ну,

наконец-то и я выбился в люди. Командир бригады

полковник Ковалевский Иван Иванович, всячески

способствовал окончить институт. И однажды спросил

меня, когда в очередной раз писал аттестацию по

службе:

– Николай Иванович, на какую бы вы хотели

должность выдвинуться? – Я так и опешил, сразу не

мог сообразить, что от меня требуется. Еще никто

подобных вопросов не задавал.

– На преподавательскую работу в институт, в

Минск. Дочери подросли, надо устраивать учиться в

институт.

– Хорошо! А какие указать в аттестации ваши

недостатки.

– Бой мой, Иван Иванович, никаких недостатков.

Из одной аттестации в другую переписывают

командиры одни и те же мои недостатки. А человек не

постоянная величина.

112

– Без недостатков нельзя. Ленин и тот имел

недостатки. Я что-нибудь укажу. Мало занимаетесь

строительством складов.

№21.

А в это время Павел Данилович успешно окончил

двухгодичную Академию Генерального штаба, и

получил чин полковника. А это не шуточное дело,

получить чин полковника Генерального штаба. Для

него открылись все служебные двери и лестницы, как

для должностей, так и воинских званий. И он был

сначала назначен начальником инженерных войск

армии в Днепропетровск. Это высокая должность. И

служил бы он там да служил неизвестно сколько.

Теплый и красивый город, стоящий на великой реке

Днепр, удел генсека Брежнева, привлекал жить тут

бесконечно.

Ой, Днепро, Днепро, ты, широк могуч,

Над тобой летят стаи туч.

Недалеко Азовское и Черное море. Можно в

выходной день съездить на автомашине, покупаться и

позагорать на берегу морей. Это райское место при

высокой военной должности. Но служба в армии – это

неведомая дорога, сегодня ты здесь, а завтра – кто

знает, где ты будешь?

– Истинная, правда, что пути офицерские

неисповедимы. Ты человек государственный. И надо

быть там, где ты сегодня нужен. А ты нужен всегда и

всем до поры и до времени. На то ты солдат.

– Вот вам предписание. Убыть через два часа к

новому мечту службы.

– Есть, товарищ генерал, убыть через два часа.

113

№22

И вот, вскоре под осень, в Советской Армии

произошло не рядовое ЧП, чрезвычайное

происшествие в масштабе всей Советской Армии. В

Белоруссии вечером, во время урагана, на Дретунском

полигоне, перед подготовленным учением, упал и

разбился вертолет, принадлежавший лично Машерову,

первому секретарю ЦК Белоруссии. Не кому не ведомо

и до сих пор, зачем Начальник инженерных войск

Советской Армии, Маршал инженерных войск

Харченко, срочно понадобился Министру Обороны

Маршалу Гречко. Видимо, у генсека Брежнева что-то

стряслось, произошла какая-то неувязка в мировом

масштабе. А начальство ждать не умеет. Зря в песне

поется. Привожу по памяти, н еправильно:

Надо выучиться только ждать,

Ждать упорно терпеливо,

Чтоб от жизни получать

Письма и большие телеграммы.

Маршал Гречко в Москве, вызвал Маршала

Харченко с Дретунского болота в Белоруссии,

полигона, за тысячу верст, предстать перед его очами

ночью, немедленно. А к назначенному сроку Маршалу

Харченко не возможно было явиться в Москву ни

пешком, ни на автомашине, ни поездом. А погода была

осенняя отвратительная. Завывал свирепый ветер, с

бешенными порывами дождя и снега.

– В такую погоду, нельзя взлетать, товарищ

Маршал, – запротестовал командир вертолета.

114

– Приказываю, лететь! – Сказал маршал, как

отрубил кусок мостового прогона, чтобы провалиться с

вертолетом под мост в болото.. Для начальства иногда

не существует преград и смертельной погоды.

Подумаешь, какой-то капитан вертолета, дает советы

Маршалу! Стоит ли его слушать. Его дело исполнять

приказы начальства.

Все погибли, экипаж и пассажиры. А на

вертолете было очень высокое начальство. Во-первых,

Начальник Инженерных войск Советской Армии,

маршал Харченко, во-вторых, Начальник инженерных

войск Белорусского военного округа, генерал Абашин.

Вот такие пироги и загибы. Подробности случившегося

происшествия мы не описываем. Они изложены во

многих документах.

№23

А святое место, по русской поговорке, не бывает

пусто. На должность Начальника инженерных войск

округа КБВО, подходил полковник Генерального штаба

Советской Армии, Гутенко Павел Данилович. Он

вскоре и был назначен на эту высокую должность. Я,

как-то, будучи по делам в штабе округа, в инженерном

управлении, встретит нового Начальника инженерных

войск округа еще в чине полковника. Но я о нем ничего

не знал. И не мог подумать, что в чем-то судьбы наши,

на каких-то этапах, были идентичные, во многом

совпадали, и в чем-то сходные, а потом разошлись в

карьерах военной службы.

Павел Данилович успешно служил в КБВО,

сначала при командующем округа, генерале Третьяке, с

которым было не легко ладить. У Третьяка был крутой

115

характер. Но все же Павел Данилович получил чин

генерал-майора. Потом служил при командующем,

генерале Зайцеве, а затем при генерале Ивановском. И

дослужился Павел Данилович до чина генерал-

лейтенанта. А это очень высокий чин для генералов

инженерных войск. И может быть, раньше времени

Павел Данилович уволился из армии, мог бы еще

служить, но в стране наступил хаос перестройки 1990

годов. Об этом напишу немного ниже своего

повествования.

№23

А я, в этот промежуток времени, служил 10 лет

на военной кафедре БПИ и был вполне доволен. Я не

только учил студентов, но постоянно сам учился

военному делу. После окончания курсов лейтенантов в

Ленинградском военно-инженерном училище, я

побывал в нем еще два раза. Во второй раз я сдал

экстерном экзамены за полный курс инженерного

училища и получил гражданский диплом по

специальности техника-механика. А в третий раз был

на трехмесячных курсах повышения квалификации.

Кроме того, надо иметь в виду, что офицерам спокойно

служить начальство Советской Армии не давало. Я

имел двадцать пять лет командирской подготовки. Это

очень важная учеба, да еще какая. Некоторые не

понимаю и недооценивают, что Советская Армия с

помощью командирской подготовки офицеров,

поддерживалась на высоком боевой уровне. Ежегодно

офицеры сдавали экзамены по военным дисциплинам,

письменно и устно. Офицеры, постоянно работали с

топографическими картами на учениях и в классе, по

116

разработкам с возможным действительным

противником, находящимся на Европейском театре

военных действий. Вся западная Европа

контролировалась офицерами Советской Армии. И это

не случайно, шла «холодная война». И офицерский

корпус Советской Армии был задействован на полную

силу. Офицеры условно жили на колесах и в вагонах.

– Тревога! По машинам! – Через 10 минут

офицеры покидали свое место казарменной службы

или штабной, и убывали в районы сосредоточения в

леса и болота своих воинских частей. Или вместе с

войсками двигались по специальным маршрутам на

Запад до Ла-Манша. Целые танковые дивизии, по

триста танков, своим ходом, двигались из Белоруссии

на Берлин, через Варшаву.

Я это зачем вспоминаю и отмечаю? Да потому,

что мы, офицеры, жили этой жизнью. И другой у нас

жизни не было. У каждого офицера на службе были

тревожные чемоданы с предметами личного обихода.

№24

Надо отметить, что я за 33 года, а Павел

Данилович за 45 лет пережили много потрясений в

армии, связанные с кадровыми реформами

офицерского состава, изменениями состава армии и

перевооружением. В принципе с интересами

офицерского состава никто не считался. Партия,

Правительство и Министерство Обороны делами с

офицерами, что хотели, или, что надо.

Однако, я считаю, что офицерский корпус

Советской Армии, имел высокий уровень военного и

политического образования, был верным слугой своего

117

народа и своей Советской Родины. Наши границы были

недоступны для наших врагов.

И должен заметить, что вожди государства и

партии побаивались военной интеллигенции,

постоянно и упорно контролировали ее, всячески

притесняли приказами, распоряжениями, проверками и

повышенными требованиями, и не давали развиться

декабризму 1824 годов. Смею заметить, что эта

тенденция была видна сразу же после окончания

Великой Отечественной войны. Ходили слухи, что еще

Сталин на Политбюро ставил вопрос, что делать после

войны с маршалами и генералами? И решили их

рассеять по периферии Советского Союза, производить

ротацию, то есть частую замену, чтобы не возникало

каких-то местных демократических группировок. А

Жукова Сталин практически даже в Москву не пустил

жить, только позволил принять парад.

А Хрущев, поставив Жукова Министром

Обороны, когда ему понадобилось придти к власти,

немедленно снял с должности, и уволил в отставку.

Хрущев так напугался Жукова, что отправил его в

Югославию и заочно снял с Министра Обороны.

Говорят, что Жуков, умудренный опытом выживания

при Берия, как-то ляпнул при Хрущеве, когда

партийная власть его лежала под гильотиной.

№25

– Танки по приказу министра ходят и под

руководством сержантов. – Тут было над чем

задуматься Хрущеву и его соратникам, захватившим

власть на Пленуме ЦК. Хрущев с Цекистами, во главе с

Молотовым, разделался, как повар с картошкой, а

118

потом и с Жуковым. Что думал Хрущев, Жуков,

Молотов, мы не знаем. Но полагаем, что они все

жаждали остаться у оркестровой власти и играть

первую скрипку. Поскольку, после Сталина, власть

окончательно еще не определилась.

Однако на наш обзорный взгляд, дело обстояло в

кардинальной политике партии. Если оглянуться назад,

то увидим следующее. К этому времени, в результате

демократических послаблений после воны, новых

Уставов, в Советской Армии, репрессивные органы, как

Особые отделы, Смерш, были заменены,

политическими и партийными органами. Наверху

Главное полит управление, парт комиссии, начальники

полит отделов, в частях замполиты и партийные

секретари, а так же все командиры, были обязаны, и

взяли на себя всю ответственность за обучение и

воспитание всех военнослужащих Советской Армии,

от солдата и до генерала. А это явилось величайшим

преобразованием, пока еще не замеченное политиками

и философами в наше время. В результате Советская

Армия по сравнению с Красной Армией стала

совершенно другой по содержанию и боевой

готовности. А мы офицеры, я и Павел, являлись

содержанием этой армии. И мы чувствовали эти

изменения и являлись их непосредственными

носителями. Без сомнения, по нашему мнению, это

была правильная политика партии по преобразованию

армии из принудительной, обязательной, и даже

репрессивной, в сознательную и патриотическую

армию народа, Советской власти и армию партии

КПСС. Закономерно, что новое время, всегда является

носителем перемен в обществе, государстве и в партии.

119

Но не всегда всем консерваторам это нравится. Иногда

палка перегибалась, в частности в армии военными

начальниками.

Кто не помнит, как Жуков прижимал офицеров,

ввел приказ об увольнении из армии по пункту «е», при

выслуге лет без пенсии. Зачем это нужно было Жукову,

не совсем понятно и сейчас. Скорее всего его умом

двигала жажда власти. Для этого надо сделать

своекорыстные преобразования. Чью-то роль низвести,

а чью-то роль поднять. Помним хорошо, как офицеры

при Жукове лазили по деревьям, вместо обезьян. Но

главное при этом, как получилось на наш взгляд на

деле, Жуков решил Советскую Армию подчинить

командирам, лишив полномочий замполитов и

секретарей парторганизаций. Таким образом, выбив

почву влияния из под ног над армией, у Хрущева и

Политбюро. Стал издавать своевольные приказы для

армии, повышая свое влияние на армию. И почти во

всех ротах ликвидировал штатных замполитов. С этим

не могли мириться и командиры и политорганы, и тем

более сам Хрущев, который сразу почувствовал

колебание под собой стула Генерального секретаря

Политбюро КПСС. И мы эту, железную руку, все

чувствовали на своей шкуре, поняли, что там творится

наверху. Казалось бы, этого всего можно было бы не

упоминать. Нет, дорогие друзья. Мы же жили одной

жизнью с народом, правительством, партией и армией.

Мы все это переживали и сопереживали болезненно и

терпеливо. Все это является, тех времен, нашей личной

биографией. И мы понимали, что значит:

120

– Вперед, и никаких гвоздей! – Власть валялась

под ногами и соратники Сталина не могли ее разделить

между собой, а

– господа дерется, то у холопов волосы летят.

№26

Так же отмечаю, что когда я и Павел, служили

еще срочную службу, почти по 7 лет, для

красноармейцев был жесткий распорядок дня. Подъем

в 6.00, а отбой в 23,00. Правда, после обеда,

обязательный одночасовой сон лежа, в постели

раздетым. Ежедневно 8-м часов занятий и два часа

самоподготовка по военным дисциплинам. Два раза, по

2 часа политические занятия, которые проводили

только офицеры по вопросам политики партии и

правительства, государственному пятилетнему плану,

мировому коммунистическому движению и

агрессивной политике мирового империализма. Два

раза в неделю политическая информация, которую

проводил замполит или командир роты. Личное время

45 минут. Прием пищи три раза в день по 30 минут из

своих котелков до 1948 года. Норма питания была

мирного времени, недостаточная для моего организма,

мне все время хотелось есть. После обеда солдаты

смеялись, закуривая Моршанскую или Елецкую

махорку, которую выдавали на солдатский поек.

– Вот бы, корочку хлебца, фунтика два, в зубах

поковырять.

В нашей части не было ни клуба, ни кино, ни

библиотеки. Книги читали, купленные офицерами и

красноармейцами. Они ходили по рукам, и

зачитывались до дыр. Я был секретарем комсомольской

121

организации, выпросил у начфина деньги, и купил в

Мурманске полсотни книг в магазине. И выдавал под

расписку. У всех была очень большая тяга к чтению

художественной литературы. Мы умели воевать, но не

умели читать. Поэтому, повзрослев и постарев на

войне, жаждали еще и поумнеть. По-моему мнению,

как великого психолога, инженера человеческих душ,

тот кто не читает книг, тот не использует моторную

память, а только зрительную. И, следовательно,

обедняет свой мозг и становится ущербным человеком,

недоразвитым на всю жизнь.

Отмечаю заботу Сталина о солдатах, которые

прошли войну. Потому, что замечательно и

примечательно, что участникам войны за четыре года

службы, полагался отпуск с поездкой на Родину без

дороги 10 суток, а за пять лет – 15 суток. Я съездил на

Родину три раза.

Я отмечаю, что время было тяжелое и жесткое.

Но за всю мою службу не посадили ни одного солдата в

тюрьму. После военных штрафных батальонов, не

было двухгодичных дисциплинарных батальонов. Была

«губа» до десяти суток простого и пяти суток строгого

ареста, режима для солдат и сержантов, и так же для

офицеров, без «строгача». Вот в такой обстановке мы

служили и жили. На севере мы жили часто зимой в

палатках и в дощатых сараях, отапливаясь карельскими

березками, вместо печек, в двести литровых бочках.

А на занятиях бегали только бегом, а по плацу

ходили строевым шагом. А иначе, нельзя. Получишь

наряд вне очереди на работу на кухню, в лес за

дровами или чистить туалет.

122

№27

Я имел двух комнатную квартиру в Минске. Жена

Тамара Федоровна работала в школе учительницей.

Мои дочери учились в институте. Чего же еще надо?

При этом, много писал, но безуспешно. Я не имел

литературного образования, и было не возможно

самостоятельно, да еще на воинской службе, сразу

научиться ремеслу писателя и поэта. Но я был, как, и

Павел Данилович Победителем, человеком упорным и

настойчивым. И я победил. Я, как и архангельский

мужик Ломоносов, достиг кое-каких успехов и написал

свои мемуары. И еще кое-что. И скажу, что на военной

кафедре, я с большим трудом получил чин

подполковника. И уволился в запас. А уж потом, мне

Президент присвоил очередное звание полковника. Я

доволен своей судьбой, и прославляю своего

начальника и товарища по инженерной службе генерал-

лейтенанта Павла Даниловича Гутенко. Слава

Победителям!

№28

Но прежде чем рассказать о нашем житье бытье в

запасе и в отставке, я хотел бы коснуться философских

вопросов, касающихся истории вообще, и нашего

государства под именем СССР – Советский Союз. Я

написал и издал книгу «Гибель Советской

Цивилизации». Само название говорит, о чем идет речь

в книге. Поэтому пересказывать содержание нет

смысла. Читайте эти мемуары, и вы все узнаете.

Но сейчас мне хотелось отметить такой вопрос, о

котором я не упомянул в книге. Выше, и раньше в

других книгах, я говорил, что, и Победитель будет

123

побежден. Почему? Это серьезный вопрос? На него

однозначно трудно ответить. Но в книге даны

некоторые ответы на этот вопрос. А в принципе, это

философский вопрос и прокурорское обвинение.

Вот как это может выглядеть в жизни на деле.

Победитель прекращает учиться, а стало быть, и

развиваться. Победитель начинает царствовать, не

обременяя себя хлопотами и заботами

совершенствования. Он не один, а во множественном

лице, обзаводится замами, помощниками, спец

секретарями, спец референтами, начальниками отделов

и управлений, и прилежным различным

обслуживающим персоналом. При этом, Победитель

обзаводится роскошью и богатством, дачами и

санаториями, охотничьими угодьями. И в результате

получает низкопоклонников, подхалимов, интриганов,

воров и жуликов всяческих мастей.

Начинает процветать в полном объеме

всесильная бюрократия в стране и в каждом ведомстве.

А бюрократия всегда со временем переходит в

качественную плутократию, к богатству и всевластию

одних, к бесправию и нищете других. И, в результате,

плутократия приводит к гибели цивилизацию

Победителя. Так становится Победитель побежденным.

Это закономерный процесс всех цивилизаций

Победителей, которые перестают учиться и перестают

заниматься кадрами. Вспомните, великого кормчего,

который на одном из съездов ВКП/б/ изрек:

– Кадры, решают все! – Вот и вес сказ.


Так, плутократия КПСС со всеми

правительственными структурами, привела к гибели

124

Советскую Цивилизацию к 1980 году. А к 1990 году к

полному крушению страны. В результате СССР

развалился на пятнадцать государств. Прежде всего, в

итоге умышленного попустительства Горбачева,

Генерального секретаря ЦК КПСС. А может, в

результате его недоразвитости, отсутствии у него

моторной памяти. А прихлебатели, подхалимы и

дармоеды, стоящие у власти, всегда жаждут

поцарствовать и войти в историю. А три сатрапа,

оказавшиеся у власти, Ельцин, Кравчук и Шушкевич и

иже с ними, льстиво пообещали недоразвитому народу,

блаженствующему на чужом уме, лучшую райскую

жизнь, чем была, и бросили народ заслуженно в

помойку. Так ему и надо. Каждый народ получает

такую власть, какую заслуживает.

№29

И мы, Павел Данилович и я, он – из Сум, а я –

Устюжны, стали гражданами республики Беларусь. В

своей стране СССР, стали иностранцами. Из одной

страны, не выезжая из квартир, переехали в другую

страну, по названию, из республики БССР в СССР, в

республику Беларусь.

И опять получилось совпадение и сходство

наших судеб, меня и Павла, мы стали оба

пенсионерами. Жили в одной стране СССР, в

республике Белоруссия, и теперь живет в той же

стране, но в республике Беларусь. Павлу 80 лет и мне

80 лет. И заботимся о процветании новой страны, о

защите ее суверенитета, о воспитании нового

поколения в духе патриотизма. Солдат всегда солдат, он

заботится о защите своего народа, своей страны.

125

А генерал-лейтенант Павел Данилович Гутенко,

неуемный, военный человек, возглавляет военною

патриотическую организацию воинов запаса

инженерных войск. Он и в отставке находится в

армейском строю, прославляет народ и его солдат,

победивших фашистскую Германию.

Мы, вероятно, исчерпали свой жизненно-

денежный ресурс, но мы еще не сдаемся на милость

природы. Путь не радуются наши враги.

НА ВОЙНЕ КАК НА ВОЙНЕ

№1

Галкин Николай Васильевич родился 21 мая 1921

года, в Тамбовской области, в городе Маршанск. В 1939

году окончил 10 классов и поступил в военное

Московское инженерное училище. Полный курс

обучения не дала закончить финская война.

– Нас выпустили младшими лейтенантами в 1940

году и направили 5 выпускников в Читу, на Дальний

Восток, в Забайкальский военный округ. В одном

классном отделении я учился вместе с Нетеминым

Николаем Павловичем, будущим Начальником

Инженерных войск КБВО, генерал-лейтенантом. Нас

назначили командирами саперных взводов в 107

саперный батальон, 93 стрелковой дивизии. – Все это

126

было очень давно, – говорит Николай Васильевич. –

Вижу перед глазами события, но не могу вспомнить

наименования сел и городков, куда бросала меня

военная судьба. Мне уже 86 лет. Однако события очень

памятные.

Нас выводили на Манжуро-Монгольскую

границу в район Харанор, и до октября 1941 года мы

стоили УРы, на случай нападения японцев. Так

казалось мне. Но война шла на Западной границе и

наша дивизия там потребовалась.

№2

В октябре 1941 года, шли упорные и тяжелые бои

под Москвой с зарвавшимся фашистами. И 93

стрелковую дивизию перебросили под Москву.

Дивизия заняли оборону в районе небольшого городка,

кажется, какого-то Сборова. И красноармейцы

вступили в бои с немцами, как говорят, местного

значения.

– Однажды комбат капитан Сорокин меня со

взводом на разведку реки для постройки моста. Бои

шли за деревню Кузовково. Наши солдаты то

отступали, то наступали. Когда я прибыл к деревне,

немцы Кузовково уже полностью взяли. На опушке

леса, в километре от деревни, бегал пьяный комиссар,

размахивал пистолетом и матерился на чем стоит

белый свет. Он всех живых солдат гнал в атаку. И

грозился пристрелить каждого, кто не выполнит его

приказ. Я со своим саперным взводом попался ему под

руку. И он заставил меня развернуть взвод в цепь и

отбить деревню. Так мне, во главе саперного взвода,

пришлось идти в атаку. Мы отбили у немцев половину

127

деревни и удерживали ее до утра, до подхода свежих

сил пехоты. Взвод мой потерял восемь человек

убитыми. первый раз я потерял саперов и пришлось

здорово погоревать.

Были и другие бои более удачные. И вот эти и за

другие бои под Москвой, я был награжден орденом

Красной Звезды номер 31940. – Как мы видим по

номеру, что при отступлении орденов давали мало.

Сейчас, мер города Москвы Юрий Михайлович

Лужков, присылает Галкину Н.В. телеграммы и

поздравительные открытки в дни праздников. Тогда

этот орден заслужить было трудно, и стоил дорого,

давали его не каждому. На нем есть отметка, что

награжденный воин имеет право на денежное

вознаграждение ежемесячно.

За два месяца боев за Москву, местного

значения, погибли три лейтенанта из пяти выпускников

по Московскому инженерному училищ, которые были в

саперном батальоне вместе с Галкиным и Нетеминым.

Погибло много саперов солдат и командиров офицеров.

К пятому декабря 1941 года, ко дню московского

наступления, старший лейтенант Галкин был назначен

командиром саперной роты.

№3

– 5 декабря 1941, наша дивизия приняла участие

в наступлении под Москвой. Три сапера, как я уже

сказал, наши однокашники, погибли под Москвой, а я и

Нетемин, продолжали воевать. Мы саперы в этой

операции разминировали немецкие мины, ставили свои

заграждения. Главное занятие было, это прокладка КП

– колонных путей для войск. Снега под Москвой было

128

по пояс. Снег расчищали только лопатами саперов и

местных жителей. Пехота расчищала снег пехотными

лопатками и утаптывала ногами. Никаких машин и

механизмов не было.

Дивизия наступала где-то около городов Юхнов,

Спас-Демьянск. Других значительных населенных

пунктов Николай Васильевич не помнит. Белый снег,

черные воронки, разрывы снарядов, бомбежки, свист

пуль, замершие трупы, все смешалось вместе в глазах и

в памяти. И крики командиров:

– Вперед! За Родину! За Сталина!

И, конечно, звучали роем русские многоэтажные

татарские выражения, которые, как китайские

шифрограмные иероглифы, немцы не понимали. Но

осознавали, что два десятка слов, коротких и броских,

на всякие дела и действия, обозначали все на свете и

понятны были только русским солдатам и командирам.

И когда они, если их слышали, то готовились отойти в

мир иной. В этом случае, русские не пожалели головы

и живота, уничтожали все, как живое, так и мертвое.

№4

12 марта 1942 года саперной роте Галкина было

приказано проделать шесть проходов в минных полях

противника перед передним краем его обороны. Была

холодная ночь, но было жарко. Беспрерывно висели в

небе немецкие осветительные ракеты, рвались снаряды

и минометные мины, свистели пули трассирующие и

разрывные. Было видно, как днем, как немцы в касках,

из траншей, по нашим солдатам строчили из

пулеметов, автоматов, стреляли из винтовок. Это было

светопреставление. Не всем саперам довелось уцелеть.

129

Наши войска то же вели наступательный, интенсивный

подавляющий огонь. И все-таки саперы под таким

огневым воздействием проделали шесть проходов для

наступающего полка пехоты с танками. Войска

ринулись в атаку и смяли противника, и гнали его на

сотню километров. Это было на Брянском

направлении. Многие саперы живые получили ордена

и медали. Командир роты капитан Галкин был

награжден орденом Отечественной войны первой

степени номер 17543. Число с цифрами видим еще не

большое.

№5

Сначала командиром батальона был капитан

Сорокин Николай. Потом капитан Леонов. Дивизию

бросали по всему западному фронту. Дивизия

побывала и под Борисовом и под Невелем. Воевали на

Западном фронте, не упомнить в каких городах и

населенных пунктах. Была на Брянском фронте. И

освобождала город Брянск.

Долго и тяжело шли с боями на нашей родной и

измученной земле. Где-то под Витебском, 26

Гвардейская стрелковая дивизия вступила в неравную

схватку с врагом. Но, наступая, отбила атаки

противника, и освободила небольшой районный город

Городок, очень важный в тактическом отношении

населенный пункт. И получила почетное наименование

Городокская. И стала именоваться 26 Гвардейской

Городокской стрелковой дивизией.

Вод Витебском дивизия долго вела бои местного

значения. Помнятся населенные пункты Яновичи,

Рудня, Дубровно. Саперы разминировали и сами

130

минировали, устанавливали проволочные заграждения

с консервными банками, возводили блиндажи в три

наката, строили дороги, колонные пути, мосты. И все

это саперы делали вручную.

За время невыносимо трудных боев от Москвы

до Витебска, Галкин быстро продвигался по службе.

Сначала стал командиров роты, капитаном. Потом

заместителем командира саперного батальона.

Командиром 30 Гвардейского саперного батальона был

майор Нетемин Николай Павлович, однокашник

Галкина по Московскому инженерному училищу. А

когда Нетемина взяли в штаб армии, то 8 августа 1942

года, майор Галкин был назначен командиром

саперного батальона. В чинах и должностях офицеры

росли быстро. Было много и больших потерь наших

солдат и командиров.

№6

– Мы в Белоруской операции «Багратион» были

на третьем Белорусском фронте и продвигались,

освобождая города и села, где-то севернее города

Минска, по незначительным пунктам. И однажды

произошло примечательно печальное событие

мирового значения. Когда танковый батальон наступал,

на таковой броне сидели десантом гвардейцы, 26

Гвардейской Городокской дивизии. Среди них был и

гвардеец Юрий Смирнов.

Как показали события, на развороте танка он

упал и попал в плен к немцам. Танковый батальон

рассекал боевые порядки немцев и катился, как

говорится, по головам врага, занятым немецким

позициям. Немцы схватили гвардейца и пытали, но

131

Юрий Смирнов не выдал врагу военной тайны: сколько

танков, количество десанта и куда он двигался? А

наступала 16 общевойсковая армия, и 3 танковая

армия. И на броне сидели гвардейцы 26 дивизии

генерала Чернова.

Как стало известно, что примечательно, что

допрос вел командующей немецкой группы войск

генерал-лейтенант Траут. Не добившись показания

пленного Юрия Смирнова, он приказал распять

гвардейца на стене. Саперы видели и докладывали

Галкину, что в лоб, в руки и в ноги были забиты

саперные гвозди длиной по сорок сантиметров. С этим

Траутом саперы еще встретятся лицом к лицу в

Кенигсберге, когда пленят его, вышедшем их бункера.

Расскажем потом. До Кенигсберга еще далеко.

№7

30 Гвардейский саперный батальон, он этот

номер получил с Гвардейским званием, в составе своей

26 дивизии, с боями освобождал Белоруссию. И вот

дивизия подходила к знаменитой белорусской реке

Неман. Это недюжинная река, не перепрыгнешь,

вплавь не преодолеешь. Нужен мост, нужен паром.

Нужен плацдарм на том берегу, а на нем сидят в окопах

немцы. Командир Гвардейского саперного батальона

подполковник Галкин решает заранее направить

разведвзвод для разведки реки. Был у него отчаянный

гвардеец, лейтенант Дроздов Сашка, в юности

московский хулиган, драчун, посетитель «Бутырки».

Вот он его с группой саперов и отправил на реку

Неман. А что примечательно, так то, что Сашка

говорил хорошо по-немецки. Сашка надел свою группу

132

в немецкое обмундирование, и сам вырядился в «обер-

лейтенанта». И группа по лесам и болотам пошла к

реке. И надо было случиться, что разведчики в

немецкой форме, на пути напоролась на засаду

партизан. Завязался короткий бой. Дроздов увидел, что

это партизаны, и как следует, по-русски обложил

партизан знакомыми, непереводимыми словами,

понятных только для русских людей. Без потерь

состоялась встреча и рукопожатие. Партизаны вывели

группу лейтенанта Дроздова к реке Неман, где можно

организовать переправу, навести паром, с удобными и

скрытыми берегами, и отсутствием поблизости немцев.

Все так и получилось, как было задумано.

Батальон вышел к реке Неман. И собрал паром из

надувных лодок А-3, под шести тонные грузы. Других

переправочных средств в батальоне не было. Река

быстрая, с большим скоростным течением. Первым

рейсом. погрузили на паром пехоту, с большим трудом

переправили гвардейцев на тот берег. Они заняли

оборону. Немцы опомнившись пошли в атаку. Но

удалось отбиться и закрепить плацдарм. На второй

рейс погрузили повозки с боеприпасами, мелкую

артиллерию. Но дальнейшая переправа застопорилась.

Беда. Паром течением относит по течению и прибивает

к своему берегу. И тут опять выручила русская

геройская «соображалка» лейтенанта Дроздова.

– Надо натянуть поперек реки железный трос.

– Но как это сделать? Вода ледяная. Течение

быстрое. Лодок нет.

– А очень просто, – сказал лейтенант Дроздов. –

Я переплыву с тоненьким тросиком. – И добавил, –

Бабахин и Никифоров раздевайтесь, поплывете со

133

мной – И он стал раздеваться. Он переплыл с

гвардейцами саперами реку с тросиком на тот берег. За

конец привязали толстый железный трос и перетянули

его на тот берег. Там вырыли яму и с бревном трос

закрепили в «мертвяке». И теперь по тросу начал

ходить паром, началась интенсивная и быстрая

переправа войск через реку Неман. Благодаря

находчивости и умелым действиям саперов, на малом

плацдарме стали накапливаться войска. На войне

известно, какую огромную роль играет захват

небольшого клочка земли на противоположном берегу

реки. Гвардейцы отбили все атаки противника и

успешно обеспечили дальнейшее наступление дивизии.

За этот подвиг, за форсирование реки схода, 26

Гвардейская Городокская дивизия получила много

орденов и медалей. 25-и гвардейцам было присвоено

звание Героев Советского Союза. Были удостоены

героев и саперы: лейтенант Сашка Дроздов, рядовые

Бабахин и Никифоров. А Командир 30 Гвардейского

саперного батальона подполковник Николай

Васильевич Галкин, был награжден орденом Красного

Знамени, номер 117714.

№8

А война на этом не закончилась. Шли бои днем и

ночью. Фашисты отчаянно сопротивлялись. В декабре

1944 дивизия пересекла границу и вошла в Восточную

Пруссию. Ура! была освобождена вся земля Советского

Союза. Дивизия в составе 11-той Гвардейской

общевойсковой армии, устремилась к главной цитадели

фашистов в Пруссии, к Кенигсбергу. Шестого апреля

начался главный штурм города. К этому времени

134

союзники, англичане и американцы, знали, что город

отойдет к Советскому Союзу, разбомбили его в пух и в

прах, не оставив камня на камне.

Но перед подходом к Кенигсбергу было

обнаружено, что на пути крупнейшая река Прегель. А

на главной бетонной дороге гигантский бетонный мост

взорван по середине пролета. Пролетное строение по

середине реки упало в воду а концы его висят на

береговых опорах. Прегель река глубокая и бойкая. Ни

какой переправе, имеющими переправочными силами в

батальоне, нечего было и думать. Но переправить

гвардейцев надо было, во что бы то ни стало. Надо

довивать врага, надо штурмовать город, уничтожить

засевших там фашистов. И тем самым отсечь

отступающего врага из Прибалтики по знаменитой

косе Фриш-Нерунг и на полуостров к Кенигсбергу.

И опять выручила русская смекалка. Саперы

Гвардейцы 30-го батальона, под командованием

подполковника Галкина, построили деревянный мост,

используя пролетное строение упавшего моста.

Пролетное строение «саперного» моста, береговыми

опорами, оперли о наклонное строение пролетного

бетонного моста. И дивизия переправилась на

вражеский берег и участвовала в штурме Кенигсберга.

Что интересно, что не отмечено в литературе, так

это то, что когда гвардейцы штурмовики, и гвардейцы с

саперами разведывательного батальона подполковника

Ванеева, прорвались к бункеру командующего

немецкой группой войск, то фашист вместе с группой

офицеров, выполз из укрытия с поднятыми руками. И

добровольно сдался в плен, спасая свою бандитскую

шкуру. Ему и в голову не пришло подумать о

135

содеянном преступлении, сколько при штурме погибло

советских и немецких солдат? Он не сосчитал сколько

погибло солдат с того дня, когда он приказал распять

Юрия Смирного. Уму не постижимо, для нормального

человека, что просвещенный европейский генерал

приказал распять рядового пленного солдата. А однако

генерал-лейтенант Траут приказал это сделать.

Неужели Траут не понимал, я автор этих записок,

сужу по себе, будучи рядовым красноармейцем, во

время войны, что рядовой Смирнов, понятия не мог

иметь, куда шли светские танки, сколько было десанта?

Какую он мог знать военную тайну? Я честно скажу,

что я не знал номер своей дивизии и не знал долго

номер своего саперного батальона. Номер войсковой

части знал, потому что писал письма, воинская часть

48956. И все. А пленного мальчишку, за что карать

казнью Иисуса Христа? Он что? Римский патриций

Пилат?

Я думаю, что злодей Траут хотел показать своим

немецким солдатам, и этим запугать, что он поступит с

каждым, кто не выполнить его волю и волю фюрера

Гитлера. Он сам не хотел умирать. От Витебска две

тысячи верст по лесам и болотам, бежал до

Кенигсберга. И сразу же поспешил сдаться, не

принимая лично боя. Пистолет и автомат у него был.

Что он не ринулся в атаку. нет, такие бандиты

предпочитают сдаться позорно, чем умереть.

№9

Следует еще отметить, то же в истории не

вошедший факт, связанный с Траутом. Когда фашисты

с поднятыми руками вышли из бункера, во главе с

136

бандитом, в стеклянном пенсне на глазах, то гвардейцы

штурмовики, не преминули обыскать их с ног до

головы. Не только разоружили, и вяли оружие себе, но

и все что можно, все отобрали «на память». Карманы

полностью опустошили, а в них было не мало ценных

вещей личной принадлежности. Изъяли золотые часы,

нагрудные и кистевые цепочки, портсигары, кольца с

бриллиантами, золотые ручки, позолоченные

кошельки, протмонеты, золотые русские царские

монеты и позолоченные очки. А что было в

чемоданчиках, то это никто не упомнит.

Когда доложили командиру дивизии генералу

Чернову, тот приказал немедленно доставить пленных

к нему в штаб. Чернов знал от пленных немцев, что

Траут приказал распять Юрия Смирнова. У генерала

вскипела бешенная русская кровь, почему Траут, как

подобает немецкому офицеру, не застрелился? Чернов,

богатырской силы мужик, встретил плюгавого Траута

посередине комнаты, и со всего размаха по скуле нанес

удар кулаком, Траут три метра летел к порогу и минуту

лежал без движения.

Дальнейшие события сначала развивались

обычно, а потом опять не обычно. По служебным

инстанция доложили в Москву. Получили приказ.

– Немедленно Траута, с группой штабных

офицеров Вермахта, самолетом доставить в Москву

А через день опять шифрограмма.

– Все, что было отобрано солдатами у пленных,

вернуть немедленно. – А как это сделать? Где и у кого

найти эти вещи. Некоторые солдаты гвардейцы уже

погибли в боях. В пленении генералов и офицеров,

главным образом участвовали гвардейцы

137

разведывательного батальона с саперами.

Подполковник Ванеев построил все своих молодцов

разведчиков, отчаянных ребят. Он со многими прошел

от Москвы до Кенигсберга. И не раз с ними ходил в

тыл врага. Разведчики любили его и верили его

каждому слову.

– Ребята, – обратился подполковник Ванеев к

гвардейцам, – вы меня знаете. Я бы никогда не

побеспокоил вас и не попросил вас об этой мелочной

ерунде. Но пришел приказ из Москвы, вернуть

памятные подарки, которые вы в качестве законных

трофеев, изъяли в Траута и его штабных офицеров. Вы

понимаете, что приказ – есть закон. Я даю слово, что

никто вас не осудит, и я не сделаю ни одного замечания

или упрека в ваш адрес. Я вас понимаю, что

памятными трофеями вы бы похвастались девчонкам

после войны. Но приказ. Положите, пожалуйста,

трофеи Траута и офицеров на стол. Все, ребята,

понятно? – И он пошел прочь от стола. Строй

рассыпался, и на столе оказались все памятные

трофеи, которые потом были переданы в Москву.

За организацию переправы дивизии через реку

Прегеля и штурм Кенигсберга многие саперы

гвардейцы получили высокие награды. А командир 30-

го Гвардейского саперного батальона подполковник

Николай Васильевич Галкин был награжден орденом

Александра Невского номер 24787. Стоит ли говорить,

что это заслуженная награда героя Великой

Отечественной войны. За Александра Невского надо

здорово воевать и совершить большой подвиг.

№10

138

Все хорошо, когда все хорошо кончается. Но

война еще не кончилась. Дивизия еще брала с боем

косу Фриш-Нерунг, на которой было согнано немцами

сотни тысяч своих солдат. Они надеялись до штурма

Кенигсберга вывести войска в Даньск, но в Дыне уже

была Красная Армия. Они не сдавались и были

поголовно истреблены. А суда с немецкими солдатами

на море в основном были потоплены моряками

балтийского флота. Теперь там, на косе, знаменитые

курорты. А знают ли они, кому обязаны быть

счастливыми обитателями калининградской земли?

Николай Васильевич после окончания Великой

Отечественной войны многие годы служил еще в

Советской Армии. Будучи в Москве, побывал у своего

бывшего подчиненного, однополчанина, у Сашки

Дроздова, героя Советского Союза. Вот дела, так дела,

победили врага, выжили и встретились. Ведь Галкин

писал представление на Сашку Дроздова, чтобы ему

присвоили это великое воинское звание героя. При

встрече они обнимались, целовались и плакали.

В 1951 году закончил в Нахабино высшие

инженерные офицерские курсы. Служил на Курилах,

побывал на острове Итуруп, в бинокль посмотрел на

Японию, в должности бригадного инженера. А затем с

1957 года служил на Украине, В Славутах,

Хмельницкой области, был командиром саперного

батальона. А в городе Тернополе служил дивизионным

инженером.

А однажды из Москвы позвонил однокашник

курсант, по Московскому инженерному училищу 1939

года Нетемин Николай Павлович. Он закончил Военно-

инженерную академию и Академию генерального

139

штаба Советской Армии, далеко шагнул по служебной

лестнице. Он был генерал-лейтенантом, Начальником

инженерных войск белорусского округа. Не зря

Николай Васильевич Галкин говорил:

– Нетемин умнее меня в сто раз. Он на войне

был, как у себя дома. Он здорово соображал, всю

военную обстановку знал и понимал. По карте на

местности ориентировался мгновенно. Начальство

часто прибегало к его услугам.

– Нетемин, давай покажи, где тут какая деревня,

где мы находимся? Покажи по карте и на местности,

где тут немцы? Где тут нам лучше выбрать КП?

И вот, через много лет в телефонной трубке он

слышит командный знакомый голос.

– Привет Коля! Это Нетемин. Жена моя

Антонина, твоя хорошая знакомая, попросила меня

разыскать тебя. И вот я тебя нашел.

И встретились два Коли. Два Коли по военному

курсантскому классу в училище. Два Коли по

совместной офицерской службе. Два Коли товарищи по

войне в одной дивизии, в одном саперном батальоне,

два Коли победоносной Советской Армии.

– Я, Начальник инженерных войск Белорусского

военного округа, – представился Нетемин. – Я хочу,

чтобы ты согласился переехать служить в Минск. Ну,

скажем, на военную кафедру университета? И тогда

встретимся по-братски, как на войне.

Николай Васильевич больше двух лет воевал в

Белоруссии. Прошел пешком с боями всю Белоруссию,

с Востока да Западных границ. И вот он снова, как

дома, в своей освобожденной Белоруссии. Какое

счастье быть на своей освобожденной земле. Галкин

140

все-таки счастливый человек. Жизнь удалась на славу!

Ура! рулевому! Ура! саперам!


САПЕР НА БОЛЬШОЙ ВОЙНЕ

№1

МИТЯНИН АЛЕКСАНДР ЯКОВЛЕВИЧ

рассказал мне кое-что о себе. Да я добавил сам от себя

кое-что и получился маленький рассказ. Поясню. Я

решил писать очерк от имени моего героя и от себя

лично, как автора. Мне так удобнее решать многие

авторские вопросы. Поскольку придется делать много

вставок от себя в описание событий, которые я знаю и

помню. И потом, я считаю, что эти записи являются

моими мемуарами обо мене и моем товарище

Александре. В них вложены мои мысли и понятие о

мире, в котором я живу. Я вовсе не настаиваю, что я

освещаю историю. Я не историк, а писатель

обозреватель и ничего не выдаю за истину. Как вижу,

как понимаю события, проходящие перед моими

глазами, так и освещаю. Многое по рассказам,

понаслышке, по своему домыслу, и, может быть, по

мнению читателей, не совсем точно или правильно.

Даю свою оценку событий без прикрас и слащавости.

Я не хочу никому угождать, ради чьего-то

141

политического престижа или авторитета. Оценку

людям я даю не по чинам или занимаемым

должностям, а по результатам совершенных ими дел.

Скажем, что ты плохо командовал, немец одержал верх

над тобой, набил тебе морду, значит, ты плохой вояка,

как командир. Учись, и пусть другие учатся на твоих

ошибках. Нельзя прятаться за высокие должности и

звания. Получай по заслугам. И вот ты выиграл

сражение, честь тебе и слава. Но мерки славы и

бесславия не всегда поддаются разумной оценке при

жизни героя. Я, как обозреватель, очень резок в

оценках. Я полагаю, что мне разрешается

обосновывать, что правильно, а что не правильно, что

хорошо, а что плохо. Этим правом я награждаю и

читателя. Можете, обо мне говорить все, что угодно.


№2

Родился, Александр Яковлевич, 8 сентября 1921

года в станице Каменская, Донского уезда, на Кубани.

А я родился на реке Мологе в Устюжне, почти между

Москвой и Ленинградом. Отец Александра был

военным, командиром роты железнодорожных путей

сообщения, в городке Негорелом, что на границе с

Польшей в Белоруссии. Александр жил до 1936 года в

городе Грозном, в Чечено-Ингушетии на Кавказе.

Теперь рассказ я поведу от имени Александра.

– После окончания средней школы, военкомат

направил меня в военное инженерное училище в город

Борисов, что в Белоруссии. А в мае месяце, в

предгрозовом 1941 году, наше училище перевели в

заполярный круг на Север, в город Архангельск.

142

Северный Кавказ, я волей судьбы, сменил почти на

Северный полюс.

Началась война, и нас 19 июля 1941 года

выпустили из училища. Я получил воинское звание –

младший лейтенант инженерных войск, то есть стал

сапером, командиром саперного взвода. Я прибыл по

распределению на формирование, в знаменитый в

последствии, город Обоянь, Курской области. Сейчас

там стоит единственный памятник саперам. В

результате Курской битвы, саперы уничтожили свыше

тысячи фашистских танков. За что заслужили честь и

славу.

№3

Но в то время, как я прибыл в Обоянь,

формировалась 276 стрелковая дивизия. Я был

назначен командиром саперного взвода в саперном

батальоне. И дивизия не стала ждать Курской битвы.

Об этой битве никто не помышлял, ни Сталин, ни

Гитлер. Нашу дивизию направили в Крым. Судьбы

Господни неисповедимы. Мы эшелоном прибыли на

узловую станцию Крыма в Джанкое. Таким образом, я

покинул Север и вернулся на Юг, не отдыхать, а

воевать. Мать моя оставалась жить в Грозном. Не могу

не упомянуть, что со мной вместе из училища был

выпущен в чине лейтенанта, крымский татарин

Мустафа Кур-дюб Уесинович. Так он, на первом

переходе, из Джанкоя в Чонгары, дезертировал, сбежал

из батальона. Местное население, крымские татары,

относились к нам очень плохо, скорее всего,

враждебно. Просить еду, фрукты и воду, не имело

смысла. Мы даже боялись отравы.

143

– Мы еще вам покажем, – грозили они.

– Мы еще посмотрим, чья сила – возьмет!

Почему татары были против Советской власти и

на стороне немцев, я этого понять не мог? Ведь было

понятно, что, если немцы займут Крым, то они

уничтожат все население, в том числе и татар, и заселят

Крым немецкими господами.

Я со своим взводом укреплял Чонгарский

перешеек. Отрыли противотанковый ров, установили

проволочные заграждения. Мы построили три ДОТа,

долговременные огневые точки. Немцы в составе

пехотного батальона один раз атаковали Чонгары. Но

мы с нашей пехотой полностью перебили весь

немецкий батальон. И немцы больше атак на нас не

предпринимали. Мы спокойно укрепляли Чонгары. А в

это время на Перекопе и Ишуньских позициях шли

ожесточенные бои. Весь перешеек от перекопа и до

Ишуньи был завален трупами. Немцы беспрерывно

бомбили, обстреливали и атаковали танками с пехотой.

Никаких старших командиров я не видел и не

слышал о них ничего. И понятия не имел, что

руководили защитой Крыма Ворошилов, Мехлис и

Кузнецов. Только вот из истории известно, что Сталин

читал нотации командованию Крыма, что Ворошилов,

Мехлис и Кузнецов, донесения подписывали в троем.

– Должна быть ответственность не коллективная

за оборону, а индивидуальная, персональная. За все

отвечает один человек. Он один приказывает и несет

полную ответственность за выполнение всех приказов

и за результаты выполнения задач. – Так примерно

отчитывал Сталин Ворошилова, как представителя

ставки Верховного Командования.

144

Потом немцы прорвались на Перекопе, овладели

Ишуньскими позициями, и по западному берегу Крыма

устремились к Симферополю. Нас перебросили на

Перекоп, с Сиваша, – вспоминает лейтенант Митянин,

– но мы к его защите опоздали. А, как известно из

книги генерала Батова, в боях на Перекопе, и

Ишуньских позициях он принимал активное участие.

Но не было единого и четкого командования при

защите Крыма. И сам Батов, будучи подполковником,

признает, что он не имел успеха в борьбе с врагом.

Была полнейшая неразбериха, чем и воспользовались

немцы. И в описании боев в своей книге, Батов

выглядит жалким и беспомощным командиром. В

последствии Батов стал знаменитым командармом и

имел успехи в операции «Багратион» в Белоруссии на

Лоевском направлении при форсировании Днепра.

Немцы, В частности на Перекопе, на первых парах,

надавали нам по глупым мозгам, и нас научили воевать.

И, как известно, ученики превзошли догматических и

тупоумных учителей – фашистов. И разгромили

гитлеровцев в пух и прах. Батов, как командир, вырос и

стал командующим армией. И со своей армией

освобождал Белоруссию.

№4

Мне было приказано, со своим взводом,

подготовить железобетонный железнодорожный мост

через Сиваш к взрыву. Я прибыл на мост и стад искать

в опорах камеры, пустоты, которые предназначались

для закладки зарядов ВВ. Простукиваю железобетон и

145

не обнаруживаю пустот. Подходит дивизионный

инженер.

– Что ты так стучишь, что ищешь?

– Камеры для закладки зарядов, – отвечаю я.

– Не ищи! Их нет!

– Как так нет? А вы откуда знаете? Должны быть

по науке. Меня зря, что ли учили?

– Нет камер. А знаю, потому что мост этот

строил я, вот этими руками. Так что долби камеры

вручную и делай накладные заряды.

И мы начали долбить железобетон и закладывать

заряды. По моему расчету для подрыва моста

требовалось взрывчатки тонн семь. Нам взрывчатое

вещество подвозили на телегах. По чьей команде, я не

знаю. Но навозили ВВ тонн пятнадцать. Так что я весь

мост обложил взрывчаткой. Да еще привезли морских

мин круглых, штук тридцать. Я из установил на месте

сопряжения моста с берегом. Так что после взрыва от

моста осталось груды рваного бетона.

№5

После этого, мы с боями отступали параллельно

с немцами на Симферополь, потом в Феодосию и на

Керченский полуостров, сосредоточились севернее

города Керчь. Вот тут нас посетило высокое

начальство. Прибыл Мехлис в кожаном плаще. Он

общался и со мной, но руки поздороваться не подал.

Шумел, кричал на всех красноармейцев и командиров.

– Вы все трусы! Изменники Родины! Не можете

обуздать фашистов! Приказываю: город Енеску

защищать до последнего снаряда и патрона. Крепость

146

Опаску не сдавать немцам ни в коем случае. Вы поняли

меня? Считайте, что это приказ Сталина.

Но было видно, что он сам не верил своим

словам. Мы все понимали, что от нас ничего не

зависит, в том числе и от Мехлиса. На керченском

побережье такого беспорядка и бардака, я больше

никогда не видел. Идет не отступление наших войск, а

беспорядочное и не управляемое бегство. Все

перемешалось в кучу, кони, люди и залпы тысячи

орудий слились в протяжный вопль и вой. Одежда,

оружие, документы, трупы усеяли весь берег. Даже

кителя с орденами и партбилетами валялись под

ногами. Многие бросились в плавь на подручных

бревнах, ящиках, обломках от повозок и так вручную.

Думаю, что все они до Тамани не доплыли. Берег едва

виднелся вдали.

Но как не странно в то же время, с Тамани на

Керченский полуостров прибывало пополнение

красноармейцев и офицеров на катерах и баржах.

Пролив оказался встречным разъездом. Так, например,

шесть вновь испеченных лейтенантов инженерных

войск высалились из баркаса на берег около Керчи.

– Куда вы претесь? Вы что не видите?

– Мы в саперный батальон на пополнение. У нас

прписание... товарищ комендант, – доложил лейтенант

Сильченко Валентин Тимофеевич.

– Какое предписание? Какой дурак вас сюда

послал? Сюда прибыли сами, вот и воюйте сами, а

обратно переправляться не на чем. Вас на

эвакуационные суда никто не возьмет. Плывите на

своих двоих, – сказал комендант города Керчь. – Я

помочь вам ничем не могу. – Лейтенанты побегали по

147

берегу, подручных средств нет. Подошли к сараю,

отворотили по бревнышку и бросились в залив. В воде

держались вместе. Все шестеро выплыли на Тамань. В

последствии подполковник Сильченко Валентин

Тимофеевич стал командиром 193 саперного батальона

в городе Слуцк. Теперь проживает в г. Гомель.

№6

Нас, говорит Митянин, эвакуировали на баржах

через пролив на Кубань, кажется, в станицу Крымскую.

И тут, получив пополнение и залечив раны, я со своим

взводом участвовал в десантной операции. Мы

подготовили суда, баржи, и нас из Темрюка, высадили

на Керченский полуостров, севернее Керчи. Ну, тут

было больше порядка. На войне, как на войне, мы

наступали. И немцы, от неожиданности нашего

наступления, не успевали уносить ноги. И мы с

кровопролитными боями дошли до города Феодосии.

Освободили весь Керченский полуостров. И там

несколько месяцев держали оборону. Я со своим

взводом обычно занимался минированием

танкоопасных направлений, перекрестков дорог. А в

мае 1942 года, мы опять не устояли, не поступало

пополнение и отсутствовала техника. Уже не было ни

одного исправного танка и целого орудия. Немец

свежими подкреплениями нажал на нас, и вышвырнул

из Крыма. Мы обратно переправились на Тамань. В

этот раз было больше порядка при эвакуации. Немец

рвался к Сталинграду, и Керченский полуостров

удерживать не имело смысла.

148

№7

Красная Армия потеряла Крым. Что послужило

разгромом нашей Крымской группировки войск? Надо

сразу заметить, что наших сил и средств в Крыму было

больше, чем у врага. Фашистская армия было не

противником, она была заклятым, ненавистным,

смертельным врагом. И был принцип только один: убей

его или он тебя убьет. наши красноаромейцы дрались с

врагом насмерть, не жалея своего живота. Причин

поражения наших войск было много. Сейчас,

некоторые критики говорят, что просто искать и

находить причины, мягко говоря, наших неудач. Я бы

сказал, что это не так. В оценке отступления и бегства

наших войск, надо исходить из общей совокупности

обстановки и характера воюющих сторон на всем

Европейском театре военных действий.

Во-первых, сразу признаем, что в частности в

Крыму, и, в общем, на фронте, было бездарное

командование в лице, прежде всего, Ворошилова и

Мехлиса. Ворошилов, не учел, что с немцами воевать,

это не шашкой махать перед носом славян, мужицких

холопов в гражданской войне. Оба деятеля не

обладали и не владели обстановкой, и не только не

твердо руководили, а бездарно управляли войсками.

Войсками можно управлять успешно только тогда,

когда весь оркестр подчинен дирижерской палочке

маэстро. Отсутствовала прямая связь с

подразделениями и частями. Решения командования не

учитывали изменившейся обстановки на фронте. И

практически приказы были вредными и не

выполнимыми, они противоречили ситуации, и

вводили подразделения в заблуждение. И это

149

приводило к полной неразберихе на фронте. И тот же

Батов, не смог руководить ротами и батальонами. И как

вывод, старое, верховное командование не понимало

ни тактики современного боя, и не владело

оперативным искусством, и не умело управлять

войсками. Сказались репрессии командования до

войны, не обученность молодых командиров управлять

войсками.

А немецкое командование в это время было на

высоте боевых задач. Умело использовало ошибки

наших войск, и командиров, из разведки знало

оперативную обстановку, целенаправленно наносило

удары по слабым местам и добивалось успеха. Немцы

знали и использовали тупость и косность Ворошилова

и Мехлиса. Надо ли быть снисходительным к неучам, и

бездарностям, которые погубили в Крыму стотысячную

Красную Армию? Надо понимать, что каждый солдат –

это наш человек, загубленная жизнь нелепо и бездарно.

Солдат – это живое оружие войны. Оно истрачено было

безрезультатно, не использовано по назначению на

дело. Стотысячная Армия могла бы всю войну сидеть и

воевать за Турецким валом. И никакая армия не смогла

бы взять Перекопский Перешеек, и Ишуньские

позиции и не смогла бы форсировать Сиваш. Но на

выполнение этой задачи надо было немного ума. А его

на базаре не купишь. Чего нет, того нет. Перед

историей все в ответе, независимо от чинов и рангов.

История – это учитель прошлого, с взглядом на

будущее. Прошлое – это позолоченная вещь, блестящая

на солнце, есть, как и минувший миг, самое далекое,

недосягаемое, его не вернешь в поступках человека,

только видишь результат своего успеха или свой

150

глупости. Но сила прошлого, есть сила, как прошлый

опыт. И его нужно использовать в текущем миге, в

самом близком мгновении, чтобы счастливо

здравствовать в будущей.

№8

Что же касается наших красноармейцев и

командиров, то можно дать им следующую оценку, как

утверждают психологи:

– Когда враг силен, напорист и нахален, то после

наших неудач, солдаты боятся врага, имеют слабый

боевой дух. Даже при малейшем успехе врага, солдат

охватывает паника и лишает их стойкости в бою.

Командиры теряют управление и воздействие на

солдат. Начинается бегство от мнимой гибели. Люди

теряются, мышление у солдат и командиров

затормаживается и приводит к поражению и гибели. –

К этому пониманию можно прислушаться.

– Вот это пораженческое качество, – продолжает

мой знакомый психолог, – мешало вести тактические

бои нашим красноармейцам и командирам, при

бездарном управлении. К войне человеку надо

привыкнуть, как неизбежной форме существования в

бою.

– А как же, немцы, что они сильнее духом?

– Нет. Немцы на первых парах, прошагав всю

Европу, обладали этими качествами. И потому

добивались успеха. Но стоит только нанести

противнику урон, отбить атаку с большими потерями,

почувствовать свою силу, в души солдат вселяется

храбрость, стойкость, пропадает боязнь врага. Все это

произошло с нашими солдатами и командирами потом,

151

после Сталинграда. Тогда уже немцы стали бояться

нас, и бегать от нас так, как мы когда-то бегали от них.

Сталинград является отправной точкой всех

наших грядущих побед в Великой Отечественной

войне. Сталинград – это основной символ боевого и

морального духа наших войск. Сталинград заключен в

Вере. Вера в командиров, вера в товарищей по плечу в

бою, вера в нашу силу, вера в превосходство нашего

мужества, вера в оружие, вера в сплоченность, вера в

единство командиров, начальников и всего за спиной

народа, вера в то, что мы одолеем врага, вера в то, что

враг нас слабее, что он нас боится, вера в наше правое

дело защищать Родину от иноземных полчищ

захватчиков! Но еще вера в то, что врага нельзя

закидать шапками, враг силен, хитер и коварен. Вера в

то, что врага можно победить только превосходством

нашего тактического ума, стратегией разума. Верой в

негасимую любовь. А о других причинах поражений и

побед, а их было много, оперативных и стратегических,

поговорим потом.

№9

Мы, говорил дальше Александр Яковлевич,

поступили на переформировку. У меня в роте, я был

уже ротным, осталось всего восемь саперов. Я попал в

знаменитую в 51 Армию, в 275 саперный батальон.

Нас спешно направили на оборону Донца. До нас этот

участок защищала Калмыцкая 110 кавалерийская

дивизия. Я ее запомнил на всю жизнь. Она полностью

разбежалась еще до подхода в соприкосновение с ними

немцев. Открыла фронт для прорыва немцев. И

фактически в Сальских степях нападала группами на

152

наши войска. Нам пришлось, потом отлавливать

дезертиров, так как они мешали нашим боевым

действиям.

Но мы и на Донце уже не удержались. Противник

обошел нас с Севера. И чтобы не попасть в окружение,

мы с тяжелыми боями и большими потерями войск

отступили в Сальские степи. И все время ходим

пешком. Вот походили и помесили нашу родную

землю, вовек не забуду. Но ясно, что в степи делать

нечего. Здесь нет ни одного живого уголка, ни дорог, ни

продовольствия, ни воды, ни боеприпасов. Тут, прежде

чем воевать, надо осваивать и обживать степь. А она не

приспособлена к жизни. Армия повернула на

Сталинград. Город большой, он растянулся по Волге

километров на шестьдесят. Еще до подхода к

Сталинграду, сначала мы заняли Котельниково, а

потом Алексеевку. Но до Сталинграда не дошли,

остановились где-то в пределах Алексеевки.

№10

Мы со своими саперами в это время занимались

минированием перед передним краем обороны пехоты.

Трудная работа. С одной стороны стреляют немцы и с

другой – наши. А потом, в основном ходили в тылы

противника, устраивали минные засады на путях

движения немцев. Группа в составе 3-5 саперов, во

главе с офицером, уходила в тыл на неделю. У каждого

сапера на спине две противотанковых мины, автомат,

боеприпасы, гранаты и продовольствие. С таким

грузом надо еще воевать, отбиваться от врага.

Известно, что Сталинградская битва было очень

кровопролитная. Если немецкие потери составили до

153

трехсот тысяч солдат, то наши, наверно, потери были

не меньше. 19 ноября 1942 года Красная Армия

окружила немцев под Сталинградом. Немецкий

генерал Майнштейн пытался придти на выручку

фельдмаршалу шестой Армии Паулюсу, но безуспешно.

Саперы принимали активное участие в отражении атак

танков Манштейна из Котельниково.

Саперный взвод расположился в воронке от

авиабомбы, метров с десяток в диаметре.

Красноармейцы закусывали сухим пайком и запивали

сухари мутной водичкой из алюминиевых фляг. Вода в

пустыне была на вес жизни и смерти. Было кругом

жутко тихо, только с запада нарастал гул танков. В небе

то и дело вспыхивали схватки наших и немецких

самолетов. Часто самолеты описывали потрясающие

пируэты и дымящими факелами взрывались и падали

на землю. И радостно было, что в воздухе

господствовали наши самолеты. Все красноармейцы

молчали, как всегда перед боем.

А один красноармеец, как и все в обмотках, в

засаленной телогрейке, снял шапку, положил рядом

шинель, вещмешок и винтовку, и став на колени, стал

креститься, что-то нашептывая.

– Не надо много наедаться! – изрек он, сапер,

бывалый в боях, прошедший от Западной границы до

Волги.

– Это почему же? Перед боем надо силы иметь. А

потом, может случиться, что вечером мне этот паек не

понадобится.

– Сегодня день есть, а завтра может и не быть. –

поддакнул другой молоденький красноармеец.

154

– Так-то, так! Но с плохим настроением в бой

ходить не положено. А с полным животом, если ранят,

то обязательно умрешь. А с пустым – человек выживет.

А нам надо обязательно выжить, мы победим.

Обязательно выстоим и победим супостата!

– Папаша! А откуда ты знаешь, что мы победим?

– Знаю! Точно! Мы победим!

– Ну, ты даешь, вон, какая немецкая силища прет.

Так что ты не можешь знать, кто победит.

– Разве ты не видел?

– Что я должен был видеть?

– А то, что я только что с Богом разговаривал? И

он мне сказал, что мы выстоим, выдюжим и победим!

– Папаша! Я что-то Бога не видел и с ним не

разговаривал никогда.

– Правильно! не каждому дано увидеть Бога. Тем

более, что Бог с дураками не разговаривает.

Все красноармейцы заулыбались. А некоторые

открыто засмеялись. И нашлись и еще шутники.

– Если дурак, то это надолго!

– Дурак – это неизлечимая болезнь.

– Ладно, хватит шутить, – сказал пожилой

сержант. – Вот что! Я, как парторг роты, предлагаю,

кто желает пойти в бой коммунистом? Я запишу ваше

заявление и передам в партбюро.

– Запишите меня! Я – красноармеец Соколов,

желаю пойти в бой коммунистом.

– Запишите и меня. Я – красноармеец Горбунов

желаю пойти в бой коммунистом.

– Хорошо, ребята! Молодцы!

– Товарищ сержант, я бы записался, – спросил тот

самый парень, над которым подшучивали, – но я

155

вологодский, и не знаю, можно ли мне стать

коммунистом.

– Можно! Можно, Вася! Я запишу тебя в первую

очередь. Василий Иванович Мологин...

– Саперы, выходите строиться. Танки фашистов в

трех километрах. В одну шеренгу становись. У каждого

по две противотанковые мины. Подкладывать мины

под гусеницы на пути движения танка. Ясно! Как

всегда, смело и решительно. Выжидать гадов тихо в

окопчике.

Все красноармейцы саперы смотрели на Запад.

Уже были в степи различимы в огне и в пыли танки

врага. Жутковато. Сердце замирает. Что-то будет?

Сержант спешно скомандовал:

– На пять шагов, разомкнись! В бой! Вперед! За

Родину! За Сталина! Ура! – И цепь саперов двинулась в

бессмертие...

Когда наши красноармейцы подорвали, и сожги

все танки Манштейна, а немецкую пехоту перебили,

командир роты отыскивал на поле боя своих саперов

среди убитых и раненых. Он нашел сержанта парторга

роты, у него из нагрудного кармана гимнастерки торчал

листок ученической бумаги в линейку. На нем были

написаны фамилии, желаю в бой пойти коммунистом...

Я оказался на самом острие клина танков

Манштейна, как вспоминает Александр Яковлевич

Митянин. Я был в это время представителем штаба

саперного батальона. И находился в штабе 15

гвардейской стрелковой дивизии. Танки Манштейна с

Котельникова дошли до Алексеевки. Тут их Красная

Армия остановила окончательно, танки уничтожили в

страшном и смертельном бою, что артиллеристы, что

156

саперы подорвали на минах, а пехоту нещадно

перебили. Тут уж наша сила взяла верх. Мы

торжествовали. Немецкие недобитые остатки сломя

голову покатились на Ростов и дальше. У Алексеевки

немцы атакой разделили наш саперный батальон. И

мне пришлось, чтобы соединиться с батальоном, пока

шли бои, делать круг через Сталинград.

Следует заметить, что 12 декабря 1942 года танки

Манштейна рванули из Котельникова вдоль железной

дороги на Сталинград. Основной удар обрушился на

51-ю Армию, Сталинградского фронта. Танки

противника подмяли под себя несколько наших

дивизий. Такого ожесточенного боя еще до этого не

знала история. И никто не знал, что еще будет Курская

битва. Теперь наши войска не отступали, а нападали и

громили фашистов.

Я хочу заметить, что я, автор данных записок,

встречался с капитаном Колесниковым, который тоже

участвовал в боях с танками Манштейна, будучи

сапером. То он, как-то, с горяча сказал:

– Что творилось, то это уму не постижимо.

Немцы настолько бешено и ошалело рвались к

Сталинграду, что в огне и в дыму, смерть для меня

было наградой, а ранение – счастьем. Но я чудом

выжил и потом разминировал в Минске Дом

правительства.

К Фельдмаршалу, после сражения в Алексеевке и

гибели всех войск Манштейна, явился командир

немецкой дивизии СС.

– Господин фельдмаршал, русские уничтожили

нашу армию. Танки сожгли, а солдат всех перебили.

– А вы, почему здесь и еще живой?

157

– Я последний из вашей армии, оставшийся в

живых, господин фельдмаршал! Явился с докладом.

– Мне ваш доклад не нужен. Не сумели

справиться с русскими? Так застрелитесь! Что же вы

стоите? Мне такие герои не нужны!

– Есть! – и генерал выстрелил себе в висок из

пистолета Вальтер. Честь превыше всего! Арийская

кровь!

№11

51 Армия начала наступать, повернула на юг в

Сальские степи и дальше на Ростов, преследуя

отступающего врага. У саперов уже была кое-какая

техника, в основном трофейная. У меня был

автомобиль на гусеничном ходу, вместо задних колес.

Никакие ухабистые дороги и сыпучие пески не

страшны. Саперные роты поредели, в них оставалось

человек по двадцать. Мы в это время придумали

боевую единицу ПОЗ – подвижный отряд заграждений.

Грузит рота полсотни мин на машины или на телеги и

галопом в тылы противника, на пересечение бегущих

немцев, итальянцев и румын. Немцы, потеряв армию

Паулюса, и армию Манштейна, натурально боялись

встречаться с нашими войсками. И даже поставляли

союзников под удары наших героических войск.

– Русь! Русь! Русь! – орут благим матом. Или

бегут сломя голову или сдаются в плен. А румынских

солдат в папахах в плен брали батальонами. Как-то в

Сальских степях за солеными озерами румыны

держали оборону. Саперный взвод с юга обошел и

зашел в тыл румын. И румыны побросали оружие.

158

Саперы построили их в колонны и привели к штабу до

пятисот вояк. Досталось на орехи и итальянцам.

А как-то наш сослуживец полковник Рудаков

вспоминал. Он тоже в этих местах воевал.

– С румынами под Сталинградом я встречался!

Мы с ними расправлялись, как повар с картошкой. Два

часа ведем бой, а потом двое суток собираем папахи.

№12

До Батайска гнали нещадно немцев, итальянцев и

румын. Под Ростовым задержались до зимы 1942-43

года. Меня ранило в июне 1943 года. В это время с нас

требовали жестко фиксировать минные поля. Я нанес

на карту минное поле перд передним краем нашей

обороны, и пошел проверять как сделали маскировку

мин саперы. И в это время передо мной взорвалась

противотанковая граната. Кто бросил гранату, немцы

или наши, я не понял? Я буквально потерял сознание,

меня ослепило. Вся телогрейка была изрешечена

осколками. В правый висок попал осколок. Левый глаз

наполовину ослеп. Оказалось в последствии поражено

глазное дно. Осколки поранили меня в живот и в грудь.

Саперы вынесли меня с минного поля. Меня

госпитализировали и направили в Краснодонск.

Примерно в это время, за боевые наступательные дала

под Сталинградом, я был награжден орденом Красная

звезда. При отступлении орденов и медалей не давали.

Не за что. Хотя при отступлении подвигов и боевых

дел было намного больше, чем при наступлении. В

госпитале я пролежал четыре месяца. Конечно, в свою

159

часть, в саперный батальон, я не попал. Сначала

направили в саперный батальон артиллерийской

бригады, потом в корпусной батальон Юго-Западного

фронта в бывшую десантную, уже стрелковую

дивизию. За это время, пока я лежал в госпитале,

фронт далеко ушел на Запад. И мне теперь

посчастливилось участвовать в боях за Одессу. Мы

прошли через местечко Пересып. Мы помним песню:

Молдаванки и Перессы... уважали Костю моряка.

№13

Война не стоит на месте. Мы форсировали Днепр

южнее Тирасполя в Дубоссарах. И наш корпус

участвовал в Яссо-Кишеневской операции. Корпусной

саперный батальон в излучине Днестра готовил

переправы, саперы ходили в тыл за Днестр на разведку

минных полей противника. В это время, можно

считать, война для меня закончилась. Меня направили

на учебу в Москву, на высшие инженерные курсы в

инженерный центр Нахабино. И я там проучился с

октября 1944 года по 30 апреля 1945 года. При

распределении получил направление на Третий

Украинский фронт. Нам был предоставлен недельный

отпуск с поездкой на Родину домой. Я направился в

Чечню в город Грозный к матери. От Москвы до

Грозного домой, добирался неделю. Приехал в Грозный

8 мая. Ну, а на следующее утро, 9 мая 1945 года

пришло сообщение, что окончилась Великая

Отечественная война. Ура! Не отбиться было от

поздравлений. Народ от радости сходил с ума. Все

целовались, пели и плясали. Я дома пробыл лишнюю

160

неделю, за что получил нарекание при приезде в часть

назначения. А часть, в которую я был назначен,

оказалась в Австрии. Пришлось прошагать почти всю

Европу. Моя новая часть, 12-я штурмовая инженерно-

саперная бригада, находилась в Вене, в местечке

Баден. На вооружении были огнеметы, как сейчас

помню, РОКС-2. Я был назначен начальником штаба

саперного батальона.

Потом я служил во многих частях и

подразделениях. Служил в Тбилиси в Грузии. Два раза

был по замене в группе войск в Германии. Служил в

Азербайджане. Окончил в Москве Академию

Инженерных войск в 1957 году. Служил в Белоруссии,

в Лепеле, Борисове и в Минске. Надо же так случиться,

что я службу начинал служить в Красной Армии в

городе Борисове в 1940 году и почти закончил служить

в Советской Армии недалеко от Борисова, в городе

Минске в 1971 году.

2

Итак, обзорно рассматривая военно-инженерное

дело и кратно, события локальных войн, мы

рассмотрели обзорно начало Великой Отечественной

войны, в качестве постановочных вопросов. На многие

вопросы дали косвенный ответ, высказали свои

сомнения, предположения. Читатель наверняка имеет

свое особое мнение. Это его право. И, мы считаем, что

свою задачу на первом этапе выполнили, заставили

думать читателя.

Рассмотрение вопросов Военно-инженерного

дела, боевого обеспечения, боевых действий Красной

Армии, на всем протяжении Великой Отечественной

войны, потребуется написание другой обзорной книги.

161

Развитие военно-инженерного дела в послевоенные

годы, настолько многогранное и много объемлемое, что

в кратком очерке не может быть изложено. И поэтому,

исследование требует активного труда, и тогда будет

представлять большой принципиальный интерес для

читателя. И поэтому мы ставим точку на

повествовании, обзорах, прошлых военных

событийных войнах.

№23

После распада Советского Союза на 15

государств, все армейские соединения и части,

Белорусского Краснознаменного военного округа,

остались на территории Белоруссии, бывшей БССР.

Образовалось новое государство Республика Беларусь.

Коснемся кратко и не полно, что в Белорусском

военном округе, по неполным данным, были две

танковые армии 5-я и 7-я, по три дивизии в каждой,

одна армия общевойсковая, 28-я, воздушно-десантная

дивизия, подчиненная ВДВ СА, и придворная, 120

мотострелковая Рогачевская дивизия. Остались и

другие многие части и подразделения, которые нет

надобности, нам упоминать, включая инженерные. Так

же в округе имелась военно-воздушная армия, с

военными аэродромами и боевыми самолетами. Кроме

того, имелись стратегические ракетные войска с

ядерным оружием и войска ПВО, с ракетами и

самолетами, подчинения Министра Обороны СССР.

Отметим, что из инженерных войск, имелось в

каждой дивизии по саперному батальону. Это

составляло 11 саперных батальонов. Окружного

162

подчинения были два полка, 10-й саперный и 11-й

понтонный, две военные инженерные базы,

материально-технического снабжения и средств

взрывания, маскировочный батальон, батальон пункта

управления штаба округа, отдельный учебный

батальон и учебные подразделения. И повторимся, что

было много других воинских частей, и частей

мобилизационного характера окружного подчинения и

Министерства Обороны СССР. Этих инженерных сил

было достаточно для обеспечения войск округа в

мирное время на первый непредвиденный случай.

Округ считался на Европейском театре военных

действий во втором эшелоне. И поэтому, в основном он

был отмобилизован по военным штатам и был

боеспособным, но далек от боеготовности.

Начальниками инженерных войск были

Каменчук, Тарасов. Одним из предпоследних

начальников инженерных войск округа был генерал-

лейтенант Нетемин. А затем, нам известный герой по

дальневосточным войнам, генерал-лейтенант Д.Д.

Абашин, /Его фамилию мы встречали еще на войне в

Монголии. Он там командовал саперной ротой, был

награжден орденом./ Затем начальником инженерных

войск Белорусского военного округа стал генерал-

лейтенант Павел Данилович Гутенко. А последним,

скажем из Могикан, был начальником инженерных

войск КБВО генерал-майор В.Н. Лепешинский. Он на

этом посту продолжал оставаться и после образования

новой Белоруской Армии. Затем инженерное

управление инженерных войск возглавлял генерал-

майор И,А, Мисурагин, потом генерал-майор Лучина.

Заметим, что свято место пусто не бывает. И Лучину

163

кто-то уже сменил. Нам сказали, начальником

инженерных войск Министерства Обороны Беларуси,

назначен полковник И.Н. Лисовский.

На этом и завершилась эпопея существования

Белорусского Краснознаменного военного округа. Все

Вооруженные силы округа достались в наследство

Республике Беларусь. Как республика Беларусь,

Президент и Правительство, распорядились этим

военным наследством, личным составом, вооружением,

это не наша тема исследования, и поэтому, на этом

ставим точку, за исключением последнего

постановочного вопроса и изложения ВИД – Военной

Инженерной Доктрины. Читайте после двух очерков о

Галкине и Митянине. Поучительные очерки приводим

в качестве интереса для читателя, придавая

художественное повествование книге. Жизнь и служба

их в армии в годы войны, поучительна и проливает свет

на многие аспекты войны, инженерного обеспечения

боевых действий Красной Армии. Они были саперами.

Книга выходит под общей редакцией кандидата

военных наук, профессора Российской Академии

военных наук генерал-лейтенанта Гутенко Павла

Даниловича

Автор выражает большую благодарность за

оказанную помощь генерал-лейтенанту Павлу

Даниловичу Гутенко. Он высказал много пожеланий

при редактировании книги, исправления неточностей,

внесения изменений в текст, и наименования воинских

частей. И сделал другие важные замечания по

улучшению издания книги. А так же оказал помощь в

164

напечатании книги и ее популяризации среди военных

читателей.

Фото с картины автора Николая Скатулина

165

УДК 413,0

ББК 22,1

Скатулин Николай Иванович

С 114 Военно-инженерные войска /Принт + 2005

года/. ISHN 898-5596/87-3

Crfnekby Ybrjkfq Bdfyjdbx

Военно-инженерные войска

В авторской редакциии. Компьютерный вариант

Подписано печати 30.10. 2005г.

Уч. изд. л. 4.7. Уч. печ. л. 4,8

Тираж 1000 экз Заказ № 423

УП /Принтер+/ ЛВ №406 от 30.10. 2005г.

220077 РФ Тверь

Отпечатано в В Тверской Ордена Красного

Знамени типографии

Полиграфкомбинат МинистерстваРФ по делам

печати

РФ. Г.Твеепь, ул. 50 Октября, 46.

Книги автора. Цикл Любовь и Ненависть:

Заряжающий 2 орудия, Сержант саперного

батальона, Офицер саперного батальона,

Устюжане сражались за СССР, стихи, Борьба

Умов. Сталин, Черчилль, Рузвельт, Тени

166

прошлого, Военно-инженерные войска, гибель

Советской Цивилизации. Проектгеометрия.

167

Document Outline

Боевые мысли вслух

1. В боевом окопе в обороне, солдат чувствует себя, как дома, в своей тарелке.

З В Е З Д Н А Я П Л А Н И Д А

Вот так, как бы, я нарисовал ее портрет, будь у меня холст и кисточки под рукой. Кажется, она, будто бы, независимая жена генерала, которого нет поблизости, но который тут, или не тут, есть он, или нет, а может пал он смертью храбрых героев. Мне страшно хотелось подойти и утешить. Сказать доброе слово. Чем-то хорошеньким и веселеньким позабавить. Но дама эта не про меня. Даже как для собеседника, подумал я. Неудобно навязываться в знакомые. Я старик, и при этом, всего лишь пастух. Хотя и в чине полковника. Я понимаю, что отработанный материал. Бывший, но еще живой и мыслящий. Я мыслю, значит, еще живу. Каждый должен знать свое место. А мое место на задворках, хотя меня знает все начальство, от мала, и до велика. Я похож на Льва Толстого, бороду ношу уже двадцать лет, и я один такой среди инженеров на всю Белоруссию. А чем я хуже, собственно, Толстого или Тонкого? Я тоже артиллерист. На войне был я не Поручик, как Толстой, а красноармеец, заряжающий орудия. И воевал что надо, как положено солдату; или грудь в крестах или голова в кустах. Родина или Смерть. Мне было семнадцать лет. У меня в ранце, как сказал Наполеон, то есть в вещевом мешке, маршальский жезл был всегда. А что вы хотите другой предмет? На меньшее счастье, как в рюкзаке, на этот чин, я не согласен. Но, черт побери, это все я о себе, а о ней когда начну писать?

Скрывать мне мудрость – нет причины,

Вышли мы из-за столов, ходим. Я у генерала Пала Даниловича и у Чейкина Григория Никифоровича, и еще у одного товарища, попросил написать и дать мне их биографии. Хожу я по своим делам и вдруг… на глаза мне попадается прекрасный цветок. Вижу – прекрасную даму. Я растерялся, поздоровался, поклонился, и, вроде бы, она мне подала руку, а я не понял, но потом сообразил и подал ей свою лапу. Рука у меня мужицкая, в мозолях, тяжелая и твердая. Она протянула мне свою ручку повторно. Я уцепился двумя руками, как медведь хватает добычу. Ну, так здорово, что я сам себе удивился. Мы представились друг другу, как-то, совершенно, машинально, я даже не понял как?

Был я, конечно, выпивши, как говориться, на взводе, начал рассуждать... И поскольку подошел к Татьяне, удовлетворяя свое любопытство, то был уже смелым. Я стал перегружать ее вопросами. И она охотно вступила со мной в беседу. Она превосходно понимала, что я младший соратник ее отца, так что ей стесняться или бояться меня, абсолютно нет повода. Она была выше меня, как колокольня, общающаяся с небом, а я всего лишь мужичок с ноготок, ползущий внизу по земле. С верху виднее.

– Татьяна, почему вы такая печальная? Что-нибудь случилось? Вы кто, чья будете? Как вы тут оказались? – Она улыбнулась. – Вот-вот, улыбка вам идет. Ваш лик подобен проснувшейся луне. Любой цветок, включая розу, вызывает улыбку в уме или в душе, но цветок сам не улыбается. А человек, когда улыбается, становится больше, чем цветок. Улыбка – это оружие, это флаг Победы. Правда, улыбка бывает оружием победителя или побежденного. Так вы, кто? – Но она не успела мне ответить. Всех ветеранов Юрий Иванович пригласил за столы. И я, не долго думая, уселся за стол напротив Татьяны.

– Я дочь генерала, – продолжала охотно Татьяна, – Павла Даниловича Гутенко. Надеюсь, вы знаете его? – И она бросила глаза мимо меня, словно бильярдные шары, они просвистели около моего правого уха, на отца, сидящего за главным столом, в пяти метрах за спиной у меня. Отец, разумеется, видел, что я сижу теперь рядом с его дочерью, но реакцию на его лице я не мог читать. Я не хотел оборачиваться. Посчитал это не приличным делом или поступком.Я говорил о всякой всячине, молол всякую чепуху, что взбреден в голову пьяному старику. Можно сказать, что я занимал одинокую даму разговором, чтобы она не почувствовала себя, как бы помягче выразиться, чужим человеком среди своих людей. Татьяна иногда отвечала на мои вопросы, заданные как бы случайно. А вопросы я задавал без всякого умысла. Татьяна была со мной совершенно откровенна. Поведала о себе такое сокровенное, которое постороннему бы не сказала. Тем более человеку, с которым только что случайно познакомилась. Может быть, я оказался в роли служителя церковного культа. Или юридического доверенного лица.

– Я была замужем два раза, и оба раза неудачно. Жизнь как-то не сложилась. Я развелась. У меня два сына. Мне сорок четыре года.

– После такого вашего признания мне можно петь или плакать. Я искренне изумляюсь, что вам 44 года. Вы такая молодая и красивая. Вы несказанная невеста. Не печальтесь, у вас все впереди. И муж, и любовь, и вера. Счастье – это жар птица. Сидишь, опустив веки, счастье не видишь, а поднимешь глаза, – оно стоит перед тобой. – Напевал я свои песни.

Фото с картины автора Николая Скатулина