# НАКАЗАНИЕ ЗА ПРЕСТУПЛЕНИЕ

USER wbk

НИКОЛАЙ СКАТУЛИН

Н А К А З А Н И Е З А

П Р Е С Т У П Л Е Н И Е

Книга тридцатая

Из цикла Любовь и Ненависть

Мемуары

Компьютерный вариант

В авторской редакции

Издание первое

Г Минск – 2008

1

2

№1

Около колодца в небольшой деревушке, где

начальная школа состоит из чяетырех классов, но двух

городских учительниц, встретились с ведрами у

колодца, деревенский парень тракторист и бригадирша,

у которой квартирует одна из учительниц.

– Васька, – обратилась Антонина Петровна, к

парню, лет тридцати. – Не приставай ты к учительнице

Татьяна Владимировне. Она девушка городская, а ты

кто? Деревенщина!

– Тетка Антонина, сейчас мужчины в почете. Их

всех перебили на войне. А я, как никак, мужик,

тракторист, бывший танкист. За меня выйти замуж и

королева посчитает за счастье.

– Брось ты свои глупости, ты неотесанный

мужик, а она учительница, интеллигенша. И, потом, у

нее есть парень, младший брат Николая Руднева, Олег.

Она с ним училась в школе с детства. Он воевал,

сержант, и каждый год приезжает в отпуск.

– Ну, и что из этого? Он – там, а я – здесь. Я ее

завлеку и в загс повлеку.

– Ты знаешь, я тебя должна предупредить. Паук –

ты. Ты сам-то, ты сам не понимаешь, что ты

недоделанный.

– Брось ты тетка, молоть глупости. Я этого

сержанта заткну, и тна тракторе замну.

– Васька! Ух. Ты! Стихами заговорил. У тебя

трактор – трых-пых, трых-пых и тах, не заводится до

обеда. А сержанта сапера автомат Калашникова. У него

3

пули так и летят: трррррррр – бах. Я сама их него

стреляла в стенку Степкиной и Машкиной бани.

– Ну, и что? Он же не будет в меня стрелять?

– Но он и трактор не будет твой заводить. А

стрелять в тебя он тоже не будет. Стрелять будет в тебя

его автомат Калашникова. Тррррррр! И у тебя на лбу

будет сто дырок.

– Так уж и сто дырок. Я знаю, в магазине

Калашникова 30 патронов.

Ничего, для тебя хватит и двух. Я, вон, в дырки

смотрела после пуль через дверь, когда соседи мылись.

– Ну и что?

– А ничего! Получилось красиво и мне стало

завидно и обидно до слез.

– Да что ты там увидела, в дырки из-под пуль!

– Как что! Сначала Машка парила Степку

березовым веником на полке. А потом Степка в

предбаннике Машку жарил на топчане полчаса, пока

она не закричала:

– Степка, хватит, я ослабла, больше не могу.

– Да, конечно. Я на Машке тоже собирался

жениться. Да она не пошла за меня замуж.

– Вот, видишь. Ты не каждой бабе нужен. Ты

женись лучше на Феньке, доброй молочнице. Она

поддает здорово, и тебе будет пара.

– Спасибо, за совет. Пока! Я так и сделаю. Я

пройду к Феньке.

– Иди, иди! К ней. Там тебе, что-нибудь да

выгорит. Это твоя баба. Каждому свое. По Сеньке

колпак…

4

№2

Доктор Живоглотов, по поручению ученого

Совета Академии Медицинских Наук, нашего города,

организовывал симпозиум. Он самолично назначил

состав Президиума. В списке значились самые

выдающие фамилии ученого нашего мира. И все были

академиками и докторами: Головин, Легкова,

Сердцеедов, Печенкина, Эскулапов, Брюхова, Хренов,

Ножкина, Задов и, конечно, список закругляла

Нервишина. Когда все уселись, каждый на свое место.

кто в зале, кто в президиуме, началось собрание.

– Слова по составу Президиума симпозиума,

представляется академику Нервишиной, –

торжественно произнес Живоглотов! – Похлопаем,

товарищи, похлопаем. А то я гляжу, что у Ручкина руки

затекли. – Нервишина вышла из-за стола и

направилась к трибуне. Весь зал научного мира, так и

ахнул и охнул. Она блистала неописуемой красотой,

изящной одеждой костюма в талию балерины, модной

прической, обрамляющей личико с правильными

чертами, принцессы. И главное, было видно, что она

больше чем всегда, вся дрожала и трепетала, как

одинокое дерево в поле под ураганной бурей. Она

гнулась, качалась извивалась изящным гибким телом,

если не сказать станом, Дрыгала руками, ногами и

личиком.

– Ну, – сказал Чародеев, соседу Неслухину на

ушко. – Ну, Неслухин, задаст нам ходу сегодня

невропатолог Нервишина, сердце сначала обольется

кровью от жалости, а потом, застынет кровь в жидах от

5

ужаса.. Что нам придется глотать таблетки. Кстати, у

тебя с собой валидол и нитроглицерин? – Тот не

ответил, а только отмахнулся рукой, как от надоевшей

и назойливой мухи. Нервишина объявила список, все

захлопали в ладошние пальчики. Ладони были заняты

газетами и журналами с угадалками, кроссвордами и

сканвордами..

– Единогласно! – произнесла она, не глядя в зал.

Принимаем за одобрение. Спасибо! Сегодня у нас на

повестке дня всего один вопрос: Поражение чистой

крови микробами и вирусами. – Психолог Чародеев,

повернулся теперь к соседу налево. – Глазов, у тебя

сегодня кровавые подтеки над левым глазом. Это,

наверно. вчера тебе жена глазунья украсила и

испортила больное подглазье. Ты разве не видишь?

Кровь у тебя запеклась. Наверно, за основу возьмем

твою кровь, и будем исследовать. Какие у тебя

микробы и от кого ты подхватил вирусы? Вирусы и

микробы? Интересно! Как ты на это смотришь?

– Положительно! Кладу на стол вместе с

детородными приборами. Кто, кто, а Нервишина это

знает отлично.

– Ты, прав! Кровь поражается микробами черной

кровью, и заражается микробными вирусами, только в

результате работы оных приборов.

– Что ты имеешь ввиду относительно чекрной

крови, пораженной микробными вирусами?

– Если ты не знаешь истории. То вот в двух

словах. Раньше дед Николая Руднева обладал большой

властью. В 1937 году он отца Захаркиной и отца

Шишкина сделал врагами народа. Их упекли сначала

6

на Соловки, а потом на строительство Беломорского

канала. Откуда те не вернулись. Шишкин и Захаркина

дальние родственники. Были слухи, что детки

поклялись отомстить старику Рудневу. Но не успели.

Старика Руднева тоже сделали врагом народа,

обвинили и сослали на Калыму. Оттуда Руднев тоже не

вернулся, то ли умер, то ли расстреляли, как троцкиста.

– Ну, так, вроде бы квиты.

– Не скажи, – вступил в разговор сосед с тыла

хирург Носков. – Месть восторжествовала. Шишкин и

Захаркина поднялись на ступень власти и ждали

момента отомстить Рудневым. Тут подвернулся случай

с утопленницей Волочковской. И они засадили внука

Руднева и поставили его к стенке. А после расстрела

капитан-лейтенанта Руднева, оказалось, что произошла

судебная ошибка. А обвинение умышленно

подстроили Шишкин и Захаркина. Но до сих пор

наказание не понесли.И продолжают сидеть в своих

креслах: прокурора и судьи.

А во втором ряду Почкин и Брюхов шептались.

– Ну, красавица! Ничего не скажешь! Ты знаешь,

какая была раньше фамилия у Нервишиной?

– Откуда мне знать? Я с ней не спал! Ты спроси у

Глазова и Сердцеедова или Печенкина? Живоглотов

тоже знает, но он не скажет тебе. Однако, убавит

зарплату. А Нервишина отомстит тебе, как кровь за

кровь. Извращение у нее в крови. Она всех заразила

кровавыми бездетными нуклидами. И я не хочу ничего

знать.

– А зря, что ты не знаешь ее послужной список.

Она баба хоть куда. Третий раз за мужем иди восьмой.

7

Это у нее в крови. Точно, не знаю. А первичная, по

первороду мужа, фамилия была Новожилова.

– Это что? Она из Устюнагорска? Бывшая судья?

Это она подвела Руднева под расстрел? Ай-я-яй! Вот не

знал. Кровавая бабенка. А я было, к ней пристраивался.

Стрелял глазами.

– Конечно, она. Поговаривают, что как только она

призналась в клевете на суде, в любви и в клевете, к

капитан-лейтенанту Рудневу, так с тех пор и дрожит,

как осиновая хворостина на ветру. На осине повесился

Иудушка Кровопиец, что продал Исшуа за тридцать

Серебреников.

– Тьфу, и ты это знаешь? Значит, Руднев не хотел

заразиться ее зловещими микробами и черными

бактериями? Не хотел и получил свое за неохоту.

– А как она попала из судей в в медакадемию?

– А как и все. Живоглотов был раньше до

перестройки и революции 90 года, прокурором.

Власть! Они раньше состояли в институтах списках.

Дипломы сделали, купили. Организовали курсы

переподготовки и самоподготовки, и сразу же сели в

руководящие кресла, ими же организованной академии.

– Вот как, а я и не знал, а только догадывался.

– Учиться никогда не вредно.

№3

К этому времени, Нервишина села за стол

Президиума Она. пошепталась с Живоглотовым и,

встав, объявила.

– Мы тут посовещались и пришли к

единодушному выводу, что председателем собрания

8

буду я.

Позвольте объявить, что слова

предоставляются основному докладчику, академику

Кровкину. И напомнить вам, что главная задача

сотрудников академии состоит в том, что, нужно

высказать предположение или высказать утверждение,

какой микроб или вирус, заражает и поражает мужскую

клетку крови, что он или она, не стимулирует

сперматозоид и не образует сперму, и не вызывает

эрекцию при половом акте. Сокращается население из-

за мужской недееспособности. Пожалуйста, Кровкин,

начинайте свой доклад. И доложите нам, каких вы

достигли или добились успехов, на своем поприще и

опыте, с академичкой Брюхатовой.

При этом монологе Нервишиной, все ученые

мужи в зале замерли, прекратили шелестеть газетами.

На намек шашней, Кровкина с Брюхановой, никто не

обратил внимание. Еще бы! Этого монолога никто не

ожидал. И этот вопрос еще никто не ставил так остро и

прямо, и в бровь и в глаз, и еще кое-куда. Все боялись

заразиться или уже все заразились, вирусным

микробом БДР – бездетородности. Мужчины потеряли

стимул эрекции и перестали выделять сперму. Все об

этом знают и стыдливо молчат. Все устремили взоры на

Нервишину, как на звезду балета, которая пляшет на

палубе Ноевого Ковчега, и вот, вот, прольет свет на

спасение человечества.

– Дорогие коллеги! Очень сложный вопрос, а

вернее тема, которую затронула товарищ Нервихина.

Данная тема состоит из многих вопросов. И первый

вопрос нужно поставить такой. Из каких частей

состоит человек. – И сразу же с места выкрик.

9

– Это понятно – из двести восьми костей.

– Это верно. Но я имел ввиду, из каких чувств

состоит человек. И как к человеку попадают микробы и

вирусы?

– Знаем, из пяти чувств, – опять тот же голос. –

вирус попадает естественным путем.

– Верно! И все эти чувства на лице.

– Знаем, из чего состоит рожа. – А Кровкин

невозмутимо продолжал. – А вот. Кроме пяти чувств,

что еще есть?

– Ощущение – кожа лица. Рот – вкус. Нос –

обоняние, запах, Зрение – глаза. Слух – уши. Это

прямые отверстия микробов и вирусов в тело человека.

Но вы забываете, что есть еще два отверстия для

удовольствия потребностей человека. Это анальное

отверстие – для твердых испражнений. Есть и

отверстие для тонких испражнений, то есть, мягких,

жидких, мочегонные каналы и детородные приборы..

Во все эти отверстия могут проникать микробы и

вирусы.

– Правильно! Надо их заткнуть пробками. –

Подал голос Задов. И тут спрятался за спину

Титькиной, сидящую впереди него.

– Знаем, знаем. Сами всеми этими отверстиями

обладаем. Вы лучше скажите, почему Брюханову из

моего отдела, вы от меня, переманили в свой отдел,

товарищ Кровкин? – Тут не выдержала и вмешалась

Нервихина. Началась перебранка во всем зале и между

президиумом.

– Товарищ, как вам не стыдно. Как вам, там и тут,

фамилия? Залупейкин или Засранкин. Зададите

10

вопросы свои служебной деятельности. А вопросы по

докладу, после доклада и выступлений.

– Как? Вы не знаете? – подала тоненький голосок

Тонька Ножкина, то есть Чернова. – Брюханова

родила живчика, мальчишку, сразу в трехлетнем

возрасте. И спрашивается от кого? От Залупейкина.

Эскулапин с Жиделевой делали кесарево сечение и два

дня вытаскивали живчика из пуза. – Она не случайно

укусила Брюханову. Она ревновала. Она когда-то была

главной судьей по делу Николая Руднева.

– А вы! Что не знаете? – Съязвила

Голоколенкина. – Когда живчик очухался, когда ему

похлопали по уму и по попе ремнем, он сразу же

заявил:

– Мама, дай на пол-литра! Ин6аче пойду в

милицию. Вы все избивали меня, малолетнего

живчика.

– Дамы успокойтесь. – Вмешалась в сыр-бор

Передкова, сидящая в первом ряду. – Мы все люди и не

без греха.

– Вы-то помолчали бы, безгрешница. – Осадил ее

Мозговой. – Вы, Передкова, всегда ходите передком

вперед. – Впереди Задова. И позади Залупейкина.

– А вы? – Встрепенулась Передкова, не оставаясь

в долгу – А вы, Мозговой, ходите передом назад.

Забываете, зачем нужны мозги? И не видите настоящих

дам.

– Так вот, я и говорю, – продолжал Кровкин, как

ни в чем не бывало, что составляет основу

жизнедеятельности человека. Отвечаю: кровь! В

человеке девяносто процентов жидкости и четыре

11

ведра крови. Извините, сбился. Четыре литра, то есть,

восемь водочных бутылок крови. Вся кровь может

быть красной, белой, черной, чистой, заразной. Не

исключено, что кровь поражена специальным, нам

неизвестным вирусом, типа птичьего гриппа, 1В5. И

тогда мужчины не могут испражняться спермой.

– Так вы, с этой точки поподробней? В чем

состоит причина? Что первичное: курица или яйцо? –

Подал опять голос Залупейкин. – Это окончательно

вывело из терпения Нервишину.

– Я же вам сказала, Залупейкин, что вопросы

потом. Кровкин ответит на все вопросы в докладе.

– Нет, мне надо ответ получить сейчас

– Послушайте, Залупа, не предвосхищайте

истину. Исправно платите налог на добавленную

стоимость. Вы скрываете доходы от

предпринимательской деятельности. Я напущу на вас

полицию нравов.

– Вопрос вопросов. Нам думается, что с кровью,

у мужчин, причин много: Во-первых, плохо у

мальчиков развитая половая система. Из-за раннего

применения оной или неприменения вовремя. Икринки

в яичках затвердевают и не пропускают достаточное

количество крови для образования спермы. Мельница

не работает, Аппарат не срабатывает. Во-вторых, рано у

мужчин портится кровь, пораженная гриппом, или

нервоточинами, невидимыми микробами и вирусами

БДР. Как вам известно, что кровь обращается в

организме для обеспечения организма питанием и

обменов веществ. Хищный вирус съедает питание и

разрушает вещества, которые препятствуют

12

образованию спермы. В мошонке не создается

гидравлическое давление и не происходит

вспрыскивание жидкости, нужного состава. – Кровкин

тяжело вздохнул, осмотрел сквозь толстые стекла очков

весь зал, как бы выискивая жертву злодейства.

– Кровь становится не полноценной для

воспроизводства спермы, а стало быть, и потомства.

Этот грипп, в основном сейчас поражает белых людей.

Желтые и черные еще плодятся, как кролики. Европа

накануне вымирания белых людей, если вы не найдем

срочно Кровавого крага белых людей, то скоро вымрем,

как динозавры.

– Так что вы сделали для спасения человечества?

– не унимался Залупейкин.

– Послушайте,Залупа. Что сделал Кровкин, мы

знаем. А что сделали для спасения человечества вы?

Вы в свое время выступите и ответите на этот вопрос.

– Наша лаборатория работает над вопросом

обнаружения вируса БДР. Белые и красные тельца у нас

на учете. Резус плюс и минус определяем. А вот из чего

состоя атомы белых и красных клеток, пока для нас

загадка. Ген не раскрывает свои тайны. Но мы

обнаружили, что Ген возбуждается при сотрясении

нервной системы. Стресс на пользу людям. При

сотрясении стимулируется естественная эрекция.

Поэтому мы рекомендуем ездит мужчинам на

общественном транспорте.

– Ну, и что же мы сделали? – не унимался

Залупейкин, – с моей женой, Брюхановой?

– Как что? Всем мужчинам известно, что у

мужчин или женщин, стимулируется желание к

13

половому акту, когда они сидят в трясучем автобусе

или троллейбусе, если они сидят на теплом сиденье.

Мы изобрели такое сиденье. И сейчас

экспериментируем. Так что, в трясучем транспорте

полезно ездить. Каждая клеточка организма приходит в

движение и начинает жить. Жизнь – это движение. И в

третьих, мы пришли к выводу, что мужчины должны

ежедневно тренировать свои половые органы. Не спать

по ночам, а работать с женщинами на кровати.

Организм живет, пока он работает. Не рабочий орган

хиреет, замирает и отмирает раньше времени.

Воздержание – это порок, а вернее смерть для

организма.

№4

№5

Отчет об этом симпозиуме был опубликован в

специальной газете. И был разнесен в каждый дом по

всему городу, не зависимо для тех, что не выписывал

газету. Как только прокурор и судья, прямо на работе,

получили газету, их обоих чуть не хватил сердечный и

мозговой удар.

– Иван Денисович. – Ворвалась в кабинет

прокурора судья Антонина Захаркина, с дрожью в

голосе и плача, – Что же это такое делается? Пасквиль–

то какой? Где главный редактор газеты? Что он творит?

Без нашего ведома, и разрешения. Напечатать такую

клевету.

14

– Я уже вызвал редактора Соловьева. Но он мне

по телефону сказал, что он не знает об этой газете ни

сном, ни духом. Он говорит, что тоже получил эту

газету. А вот он и сам.

– Не знаю, не знаю, Иван Денисович. Ничего не

знаю! Вызывайте начальника милиции. Назначайте

следователя.

– Возбуждайте уголовное дело, – вмешалась в

разговор Антонина Захаркина.

– Да все это я уже сделал, Но пока мы тут

расследуем, приедет областная прокуратура и нас

отстранять от работы, а может и арестуют. Ведь автор

утверждает, что налицо был подлог прокурора и судьи,

чтобы подвести под расстрел Руднева.

– Что, правда, то правда, – вдруг неосторожно

брякнул редактор. – Черт меня дернул за язык. Я

оговорился. – Поправился редактор. – Ходили и ходят

такие слухи в народе. Так что ждите гоголевского

«Ревизора» на черной «Волге».

– Ты, думаешь что дело принимает серьезный

оборот? Будет третий пересмотр уголовного дела?

– Да не третий, а будет первый. – Изрек редактор.

– Что ты треплешь? Петр Петрович? – Завопила

Захаркина, бывшая Чернова.

– А я тут причем? Вы, заварили кашу, вы и

расхлебывайте. Весь город гудит, что вы из мести на

старика Руднева, подвели под расстрел внука Руднева,

вместе с теткой Волочковской. И с этими лживыми

свидетелями Новожиловыми, да Зиминой. А кто эту

разоблачительную газету написал, я не знаю и понятия

15

не имею. А как мне реагировать в своей газете? Я

должен, что-то написать в очередном номере?

– Пока. Никак. Ничего не пиши. – Отрешенно

произнес прокурор.

– Как? Никак? – завизжала Антонина Петровна. –

Надо найти этого пасквиля и наказать. И потом, Иван

Денисович, надо использовать старые связи в области и

в Москве.

– Какие связи? Уже вся наша лестница рухнула.

Власть уже сменилась. Дети репрессированных

родителей потеряли власть.

За что боролись ваши родители, на то и

напоролись. И нечего было жаловаться, не надо было

мстить. Жизнь – борьба, провозгласил идеолог Максим

Горький. Этой же борьбой подвел под монастырь сына

и сам там же оказался.

– Хватит воспоминаний. Нам от этого не легче.

Ты лучше скажи, что нам делать теперь?

– Поздно, принимать какие-то радикальные

меры. – Подытожил редактор. – мне звонили из

областной газеты. И спрашивали, что прокурор и судья

еще не арестованы? И требовали взять у вас интервью.

– Боже мой! – завопила Чернова, и она замахала

руками, как полоумная. – Неужели мы должны

разделить участь наших родителей? И отправиться на

Белый Бычок или в Сибирь?

– А почему бы и нет? Ведь вы отправили внука

Руднева на гильотину? Отправили! Теперь ваша

очередь пройти по той же дороге.

16

– Не говори глупости и не пророчь нашу гибель.

Мы еще повоюем. И тебе надо быть с нами рядом. Твои

родители тоже пострадали в 1937 году.

– Пострадали, потому что воевали против власти.

И нечего жаловаться. Они, правда, выжили. И живут

сейчас. И мне наказали, чтобы я никому не мстил. И не

буду мстить. Я занимаю позицию нейтралитета. Я –

редактор, и журналист и считаю себя обозревателем.

– Вот что, редактор Закалкин, ты держи язык за

зубами. А то, гляди, мы еще при власти. – Завопила

угрожающе Чернова.

– Антонина, – сказал примиряющее прокурор. –

успокойся. И не надо Закалкину угрожать. Он с нами

просто излишне откровенен. Он со мной всегда так

разговаривает. Я доверяю ему. Он лишнее в газете не

скажет. Он – хитрый и осторожный журналист. Так что,

Антонина, не кати на него бочки. Мы ему обязаны. Он

тоже нам обязан. – Прокурор, был хитрый прокурор.

Он в открытую никогда, ни против кого не выступал.

Но спуску никогда никому не давал. И всегда оставался

незамеченной фигурой, но мстительно и коварной.

– Ладно, – сказал редактор. – Выкручивайтесь

сами, как сумеете. Мне надо идти. У меня дел по горло.

№6

Прокурор позвонил в милицию и попросил зайти

к нему Начальника милиции майора Лопатина, вместе с

милиционером Говорухиным, доверенным лицом

прокурора. Надо было обсудить с Лопатиным, что

делать с этой публикацией в газете. А Говорухина

17

расспросить, что делают старики Рудневы.? Он

позвонил на почту.

– Алевтина Тимофеевна, здравствуйте? Как дела?

Рудневы отправляли письма или получали?

– Нет, Иван Денисович. Никаких писем не было

и они никуда и никому не звонили. Все на учете, так

как вы просили. – Не моргнув глазом, соврала

почтарша. Она письма отдавала старику сама и

отправляла его письма сама. Она имела зуб на

прокурора. Он не выручил и ее племянника посадил в

тюрьму на год. А как она умоляла? Как просила его,

чтобы ее парня, не сажать за пустяковую драку с

парнями.

Пришел майор Лопатин. Хмурый, надутый и не

здороваясь сел за поперечный стол. Он всегда, своим

зверским видом, производил звериное восхищение

укусить, а то и съесть.

– Читали? Вижу, что читали. Что будем делать?

– А ничего? Я, конечно, принимал участие в

судьбе Руднева, но только по обязанности. Дать

команду: взять, арестовать, привести и увести.

Расследование вел ваш друг Тимохин. А он, как знаете

и помните, застрелился, вон, на глазах у госпожи

Черновой или Захаркиной.

– Ну, что вы треплете меня, мое честное имя.

Тимохин застрелился и застрелился.

– Да, это так! Но до сих пор не выяснено, при

каких обстоятельствах. Прокурор закрыл дело.

– А я при чем?

– Так ведь есть подозрение, что вы его

застрелили. Эту версию никто не отрабатывал, в виду

18

вашего высокого положения. А как вы стреляете, мне

известно, яблочко. Хотя у вас руки дрожать, но рука не

дрогнет застрелить и прокурора.

– Ну. Ну! Майор, кончай травить баланду. А то,

как бы вам не пожалеть.

– Вот видите. У нее и жаргон лагерницы.

– Майор, давайте к делу. Хватит пререкаться.

Дело о самостреле закрыто. И не надо мутить воду в

грязном болоте. Ты скажи, что нам делать сейчас?

– А что делать? Раз Тимохина нет, то, значит, на

нет и суда нет. Все дело можно свалить на него. Как на

следователя, проведшего недоброкачественное

расследование. А что касается судебной ошибки, то я

считают, что судья и прокурор должны выкручиваться

сами. Я тут вам не помощник. Мое дело взять,

арестовать, привести и увести.

– Вы, что? И с нами так же поступите?

– А как же иначе? Если вы прикажете себя,

мадам, арестовать, я исполню немедленно, даже без

санкции прокурора.

– Да на каком праве?

– Все по закону. По подозрению и признанию. –

Парировал Лопатин, зловеще бросив белки глаз, с

черными углями на судьиху. Он ее давно ненавидел

черной ненавистью. Руднев в пятом или десятом колене

был ему родственником. Скорее всего, это родство

было хорошим знакомством по Балтийскому флоту их

отцов на войне. Но Лопатин любил исполнять свои

обязанности по долгу и чести.

19

– Ишь! Нашелся законник. – Уколола Чернова. –

Попадись ты мне на суде. Получишь на полную

катушку.

– Знаю, знаю! Вывернешь матку на изнанку.

– Ладно, ладно хватит ссориться. Ты скажи мне, а

молодого Руднева Олега, ты случайно не встречал?

– Нет, не приходилось встречать. Он, как я

слыхивал, служит в спецназе, то ли в Москве, то ли в

Ленинграде. С месяц назад подъезжали на двух джипах

командой в пять человек, вооруженных до зубов и в

бронежилетах. Показывали фото кавказкой

национальности. Но мои милиционеры такого турка не

видели у нас в городе.

– А вы выяснили, личность того трупа, который

был обнаружен на кладбище?

– Нет. У него не было документов. Он был

неузнаваемый. И родственников у него не нашлось.

– А сколько у вас числится пропавших людей без

вести? Разумеется по заявкам родственников?

– На сегодняшний день восемь человек. Три из

них женского пола. Ищем, Подаем розыски.

– При такой милиции недолго и мне пропасть.

– С чего это вы взяли? У вас есть оружие и

стреляете вы отлично. И не светитесь одна по ночам на

улицах.

– Откуда вы это взяли? Что вы за мной ведете

наблюдение.

– Да нет. Постовой мне доложил, что видел вас в

три часа ночи около сквера. Что вы там делали?

– Это не ваше дело.

20

– Я спросил для порядка. В ту ночь Был убит

молодой мужчина на Бульваре по фамилии Дерюгин.

Убит был из пистолета с глушителем прямо в грудь. Он

был сброшен с обрыва к реке с полуспущенными

штанами. Врачи утверждаю, что он занимался сексом.

Они сейчас исследуют, какой даме принадлежат

слизневые мокроты на члене убиенного.

– А я-то тут при чем? – смущенно сказала

Чернова. – Мне что? И на улицу выйти нельзя для

прогулки?

– Да нет! Я к тому, что Дерюгин косвенно

проходил по дулу Николая Руднева. Видите ли, это уже

второй трупик по одному и тому же делу. А это

следователей из области наводит на кое-какие мысли.

– А почему я – прокурор не знаю, что у нас в

городе работают иногородние следователи?

– Меня они тоже не ставят в известность.


№7

– Слово предоставляется доктору технических

наук Валентину Человечкову.

– Я начну с того, что все знают о человеке все, и

ничего не знают о человеке. Вот вы сами, чувствуете

себя человеками, все о себе вроде бы знаете. И в тоже

время, вы ничего не знаете о себе. Например, о

строении своего дома, как вам кажется, вы все знаете,

видите, все понимаете, но названия всех частей не

знаете. А вы себя чувствуете всеми фибрами души, и,

кажется, вы себя знаете, и что вы хотите, но не боле

того, что хотите есть, пить и отправлять естественную

21

надобность. Чувствуете боль, раздражительность,

Опять чувствуете и поэтому, будто, что-то знаете о

себе.

А впрочем, человек состоит как целое из двух

половинок: из мужского начала и женского – по

половому признаку. Кратно: из частей, органов, систем,

сред, структур, стволовых клеток, типов тканей. И в

целом немного расширенном изложении, можно

сказать, что человек состоит:

1. Из совокупности составных соединительных

частей.

2. Из совокупности отдельных органов, как

целого организма.

3. Из совокупности профессиональных систем,

функционирующих в общей сложности: нервной,

кровеносной,


лимфатической,


сигнальной,

стимулирующей.

4. Из, только ему, принадлежащих сред, как

целой организации организма.

5. Из регеративной, ретроферативной,

ретроспективной,


реферированной


структур

воспроизводства, продолжения рода жизни.

6. Из стимулирующих элементов стволовых

клеток, как основы функционирования жизни.

7. Из определенных типов тканей.


Пока изложение на этой совокупности целого

организма ограничимся. Но начнем в начале, из курса

общей Гистологии, приведем для понимания, что

организм разделяется на четыре типа тканей:

1. Из эпителиальной или пограничной ткани.

22

2. Из соединительных тканей, тканей

внутренней среды, или опорно-трофических тканей.

3. Из мышечной ткани или подвижной,

повторяемой, сократительной и восстанавливающей

ткани.

4. Из нервной ткани или пороговой ткани, или

раздражительной, возбудительной ткани.

– Я, великий врач из диагнастизорогов, имеющие

медицинское и юридическое образование, утверждаю:

1. Что, милиция правильно считает, был бы

человек, и каждый может быть задержанным, если это

необходимо начальству, независимо от совершенного

поступка, которого и не было.

2. Был бы человек, а статья УГ всегда найдется,

чтобы посадить задержанного в тюрьму за

правонарушение или расстрелять.

3. Была бы шея, а хомут найдется, – так считают

мужики крестьяне на селе.

4. Была бы шея, а петля найдется, – так считают

революционеры, досягатели власти.

5. Был бы больной, а диагноз всегда будет, не

зависимо от того, правильно или неправильно умирает

человек. 90% в мире врачи ставят диагназ неверно или

неправильно. И это независимо от компетентности и

ума врача. Нет ума не врача, а у науки о человеке.

6. Был бы покойник, а диагноз врачи могут и

поставить и ставят, всегда, с точкой до дециметра,

точно импровизированно, как истину в первой

23

инстанции. Хотя, истина, всегда, как результат смерти

бывает не та, которая есть. Ее обнаружить невозможно

при вскрытии, ибо она результат, последствия болезни

преждевременной или старческой смерти. Истина

всегда кроется в недосягаемости нашего разума. В чем

состоит смерть? Она состоит в отсутствии жизни. Это

легко доказывается без врачей.

Врачи наши превратились в обыкновенных

научных знахарей, с правом выписки рецептов на

лекарства. Болезни не лечатся, болезни подавляются,

притупляются, ограничиваются.


24

Document Outline

НИКОЛАЙ СКАТУЛИН

П Р Е С Т У П Л Е Н И Е

Книга тридцатая

Г Минск – 2008