# УТЕШЕНИЕ

USER

№1***

Я не виновен даже на одну йоту,

Что лживо ты живешь сама с собой.

Никто не посягает на твою свободу,

Штыки наперевес – не врется в бой.

Но просто так, не надобно уменье,

Кого-то обмануть, не получив ответа, Себе на радость здраво утешение.

Ну, торжествуй, считай твоя победа.

Качать свои права нигде не надо,

Доказывать нет смысла словесами.

Пустые звуки, как овечье стадо,

Их к делу не подшить потом с усами.

Я так хочу, хотеть совсем невредно.

И утверждать, мое ли это дело?

Пиши на Знамени свое святое кредо.

А мне, зачем бесчувственное тело?

Еще никто не доказал на рабском рынке

Вдруг равенство полов на верное свиданье.

И женщина с мужчиной только половинки, И только вместе – целое созданье.

Нам всем присуще глупое упрямство.

На зло любви твердить одно и тоже.

Но это выглядит не более, как хамство, Повергнуть здравый смысл и уничтожить...

1

№2***

Мне жить бы да жить, как все, понемногу, В отцовском дому, какой с меня спрос?

Но сердце позвало в большую дорогу, Я пепел родимый с собою унес.

Я был лейтенантом на Северном флоте.

Шахтером в Донбассе рубил уголек.

Влюблялся в девчонок не раз на охоте.

Но душу не продал за хлеба кусок.

Я жил на Эльбрусе в селении горском.

Старателем был в позолоченной мгле.

И соли копал под землей в Солигорске, Но мне веселее жилось на земле.

Я жил на Кенарах и жил на Аляске.

И в Африке жаркой алмазы копал.

А сердце рыдало, болело по-русски,

Я плакал по-русски, по-русски стонал.

Не надо мне званье испанского гранда.

И чувства полячки мне не понять.

И я не намерен костюм фабриканта,

Родную страну на чужую менять.

Не надо! Не надо! Чужое болото!

Родное болото для кулика.

Родная земля для меня, как свобода.

И край мой родимый, мои берега.

2

№4***

Распрощались жарко у вагона,

Целовались горько без конца.

Кони, кони! Где твоя погоня?

Кто догонит в поле молодца?

Утром рано солнце в сизой мгле.

Аэродром живет своей судьбой.

Не пройдет и года на земле,

Как мы снова встретимся с тобой.

Ты все еще душой заблудшей бредишь, По воле чувств неведомых во тьме,

И музыкой улыбки и глазами светишь, И освещаешь путь духовный мне.

Спасибо, что живешь на белом свете

3

№5***

Вы просто женщина, не больше.

Вы не любви моей предмет.

Мне тем досаднее и горше,

Что я гляжу вам зорко след.

Не принимайте откровенность

За безупречность чистоты,

Порою в истине мгновенность

Дороже всякой красоты.

Мир так серьезно переменчив,

4

Он в небе рвется пополам.

Влюблен ли я или застенчив,

Не знаю это даже сам.

Но я всегда люблю кого-то,

Не принимаю жизнь пустой.

Любовь моя – моя работа,

Передний край и вечный бой.

Зачем мой парус в море рвется

И руль насмешливо скрипит?

В волнах пустая лодка бьется

Об островной судьбы гранит.

Несись по свету субмарина,

Цепей окончена гурьба.

Прощай неведома судьбина,

Да здравствуй милая судьба.

№6***

Я с вами редко нежным был,

Простите вы, вы мне судья,

Я ваши чувства оскорбил,

Не плачьте милое дитя.

Любить, наверно не смертельно,

На совести моей вина,

Я признаюсь, что беспредельно

Душа моя любви полна.

5

Я объяснить вам не могу, Когда душа поэта спит,

Как холодна, лежит в снегу,

И разум Верой с толку сбит.

О, чудное мое мгновенье,

Вернись отрадой прежних дней,

Любовью нежной, жаждой мщенья,

Огнем неслыханных страстей.

Живем мы оба словно тени,

Железом стиснуты в капкан.

Приди, я встану на колени,

Как робкий школьный мальчуган.

Конец пришел на сцене пьесы,

Закат пропели петухи.

Приди ко мне моя принцесса,

Я все прощу тебе грехи.

№7***

Я иду, она стирает.

Я давай подмигивать.

Навалил белья в корыто

И давай надвигивать.

Наше дело молодое,

Набиваюсь на пирог.

Не подумай на худое,

На-ка выстирай платок.

Соня, Соня!

6

Дай мне стоя?

Нет, не дам, Кулик,

Моя дыра болит.

Прилетай на осень,

Дам раз восемь.

Тилики-митилики,

Летели голубилики.

По кусту, по насту,

По серому канасту.

Стульчики-пальчики,

В небе перезвон,

Соколики – вон.

№8***

Микеланжелло

Мудрец говорит, что в голове:

Бушуют грозовые токи.

«Как в чернилах и пере

Таится смысл высокий,

И низкий и средний»!

А может, плохой и вредный?

И известно всем поименно,

От гениев слова слышанные:

7

«В мраморе одновременно

Кроются образы возвышенные».

А может, музыкально трубные,

Совсем бестолковые «и грубые,

В зависимости оттого, что умеет

Извлечь из них наш гений».

Сие никто опровергнуть не смеет,

Они истинны, как наши тени.

Спорить и делать нечего,

Нам этому добавить нечего

8